Что? Это я у своего дружка спрашиваю. Надо было утром будить её, если так хотелось. Нет же, пожалел. Думал, пусть отоспится. Теперь страдай.

Семью нужно восстанавливать, а я снова отвлекаюсь. Ну что поделать, если уже даже ходить больно.

— Макар, всё в порядке? — спрашивает меня Камиль.

Я по телефону, пока ехали с Настей в машине, попросил его подъехать к Светиному дому.

— В порядке. Спасибо, что согласился помочь.

— О чём речь, Макар. Давно пора было во всём разобраться.

— Куда едем?

— Сначала в лабораторию. Потом по обстоятельствам. Скорее всего, больничку навестим. Там уже работают мои люди. По дороге тебе всё расскажу.

— Если ты… насчёт девочек… так они как две капли воды…

— Камиль, я уже знаю, — я довольно улыбаюсь и пожимаю руку другу.

— Тогда зачем? — удивляется он.

— Есть вопросы по моему сыну.

— Я ничего не понимаю.

— У Насти тройня была. Мальчик умер при родах.

— Да ты что! Ты думаешь, что Алька…

— Камиль, пока никому ни слова. Я просто с ума схожу… А что будет с Настей, даже представить боюсь. У нас ведь, оказывается, даже могила есть.

— Поехали. Нельзя терять время.

О вчерашнем побеге Настеньки мне доложили спустя пару минут. Конспираторша, даже парик купила. С ней ещё по этому поводу будет отдельный, особый разговор. Твою дивизию, я скоро не буду знать, как мне сесть поудобнее. Только подумаю о ней, и нате вам, пожалуйста… Эх, надо было по-быстрому с ней, экспромтом… Чего уж теперь…

— Камиль, ты прости, что я … пропал.

— Не оправдывайся. Алька так всё подкрутила, что любой бы потерялся в пространстве. Да и горе у вас было большое…

— Что за горе, ещё придётся выяснить.

— Мы с Матвеем сами недавно узнали, что у Насти дети есть. Ирка за границей с ней встретилась, но про детей ничего нам не сказала. Может, тоже не знала.

— Настя опасалась. На это были причины.

— Если бы она не отпустила их с Алёнкой на море, то никто бы ничего и не знал до сих пор. Все сразу догадались, что дети твои. Не решались тебе сказать. Хотели, что бы ты сам всё увидел своими глазами. И сделал соответствующие выводы.

— Я и увидел. Только не сразу понял, — улыбнулся я, вспомнив, как малышки по очереди знакомились со мной. — Вчера вели её мои ребята до самого аэропорта. И носом землю рыли. Светлану Фёдоровну вычислили мгновенно. Не было сомнений, что Настя ехала встречать её. Но вот две пятилетние малышки никак не вписывались в картину мира… Пока мой начальник службы случайно не обнаружил скрытые файлы на компьютере. Кто-то настойчиво подтирал информацию, а мне подсовывал только сухие факты. Уже тогда закрались сомнения — зачем нужно было скрывать от меня информацию, что у Насти с Женей есть общие дети. Мои ребята благополучно довели их до дома и выставили охрану. Только почти сразу же спалились. Светлана Фёдоровна — опытная женщина. Не зря её всё время хвалил мой папа. До вечера мы проверяли информацию. И только ночью я оказался под окнами, где предположительно заснула моя любимая.

— Долго будем стоять под дверью?

— Разрешите войти?

— Варшавский, я всегда думала, что ты умнее. Проходи. И своим скажи, чтобы вели себя потише.

— Как прикажете, Светлана Фёдоровна.

— К Насте до утра не пущу. Она и дети и так с трудом уснули. Кстати, она думала, что ты её вычислишь только завтра.

— Так Настя надеялась, что всё продумала.

— Как и ты! Бегаете под камерами, как дети. Даже мой Францевич был в шоке. Вы кого на работу понабрали? По объявлению что ли?

— Вы правы. Появился в моих рядах предатель.

— И не один, я тебе так скажу. Давай, садись, перекуси. И рассказывай. Настя тут начала историю. Потом расплакалась, отложили на утро.

— Она не всё знает.

— Так и есть. Считает, что разбивает счастливую семью.

— Нет больше у меня семьи. Да и не было никогда. Сынок только остался. Натворил я дел, Светлана Фёдоровна. Нет мне прощения.

— Человек умеет прощать. Проходи. Вот здесь руки можно помыть. Что будешь, Макар? Борщ или котлеты?

— А можно и то, и другое. С утра во рту росинки не было.

— Переживал? Сбежала Золушка?

— Ну мало ли… Вдруг про своего Медведского вспомнила.

— Дурак ты, Варшавский. Она любит тебя так, позавидовать можно.

— Я исправлюсь.

— Не паясничай. Жуй, давай. И рассказывай, как ты вообще докатился до такой жизни? Ты зачем с Апекс связался?

Глава 56

Макар

* * *

Упрямая тётка эта — Светлана Фёдоровна. Пришлось выложить ей всё как на духу.

– Алька… Первая любовь – она такая. Долго не забывается, многое прощает и не замечает очевидного. Всё принимается за истину. И если бы не узнал про её аборт на первом курсе, то, возможно, простил бы и раньше.

– Так там же вроде Егорский постарался?

– Он. Я всегда в детстве хотел сестричку… или маленького братика. Но мама тяжело и долго по-женски болела. Знаю, что у неё выкидыши были. Хорошо помню, как они с папой переживали. Ненавижу аборты. Поэтому когда Алька забеременела от меня… после того, как я от Насти ушёл, то других вариантов у меня не оставалось. На УЗИ увидел кроху и решил, что ему нужна семья.

– Почему не дал Насте объясниться?

– Хм… Объясниться. Если бы вы видели тот поцелуй! Всё, как я учил. Точь-в-точь. Мотался по городу на огромной скорости. Лишь бы не вернуться в общагу и не придушить обоих. Я ведь и к декану ревновал. Держался, как мог. Молчал, чтобы её не обидеть. Думаете, мне легко было, когда он её глазами пожирал.

– Привыкай, Настя – девушка видная.

– Ревновал, ревную и буду ревновать.

– И сразу к другой! Отличное решение! Браво!

– Да она так вовремя появилась. Нет мне оправдания, но Алька очень умело ко всему подошла. А я был как в бреду в тот вечер. Боль давила со страшной силой. Не знаю, что на меня нашло в тот момент. Точно нечистые повеселились. А тут Алька: да это её бывший, у них большая и чистая любовь. И так далее. Уже весь поток об этом говорит, пока я по командировкам разъезжаю. Мол, и переспать уже успели. Настя якобы не знала, как всё рассказать мне. Думала, что Игорёк её бросил, когда она уехала в другой город. А тут влюблённые воссоединились.

– И ты поверил в этот бред?

– Опомнился, когда Настя в дверях появилась. Да поздно уже было. Сомнения некоторые на время закрались. А потом как в тумане. Совсем выпал из жизни. Пока Алька не сообщила, что беременна от меня. Затем выкидыш. Апекс так переживала, что я думал, как бы она руки на себя не наложила. Больница, слёзы. Я даже винил себя, потому как понял к тому времени, что без любви не построишь ничего. Понял, что люблю Настю по-настоящему. Давно люблю. Глупо всё вышло, по-мальчишечьи как-то. Я Альку даже в свою квартиру не смог привести. Там мы были счастливы с Настей. У нас с Апекс и интимные отношения стали сходить на нет…

– Но она вдруг снова забеременела, – Светлана Фёдоровна внимательно следила за разговором.

– Да. Я уцепился за ребёнка. Бежал от самого себя. Родился Максим, и мы переехали в другую страну. Мне предложили интересный контракт. А что Настины девочки?

– Пусть Настя тебе сама и расскажет. Я, конечно, тоже могу. Но это… как тебе сказать? Жизненное, личное дело.

– Подожду, скоро утро. Ничего страшного, лучше из первых уст всё узнать.

– Вам многое надо обсудить.

– А почему Настя с детьми уехала из нашего города?

Светлана Фёдоровна нахмурилась и снова покачала головой:

– Всё у Насти спрашивай.

* * *

– Вот такие дела, Камиль. А утром Настя призналась, что девочки – мои. Представляешь, что я сейчас чувствую? А если окажется, что и сын наш… общий…

– Да, Макар. Такое в жизни иногда случается, даже в кино не увидишь.

Мы сдали материал на проведение теста ДНК и рванули в больницу. Начальник по безопасности сообщил мне, что некий доктор Константин Власович приобрел на завтра билет в Египет. Возможно, совпадение, а может – и нет.