Почему же даосы с таким неослабевающим упорством занимаются совершенствованием? На то есть еще и особые причины. Во-первых, без длительного опыта совершенствования сознание не может достичь высокого уровня, и высшие откровения древней культуры останутся недоступными для нас. Во-вторых, не владея секретом «внутреннего делания», нельзя будет применить на практике многие принципы и приемы, доставшиеся нам в наследство от древних наставников. В-третьих, сама идея «единения Неба и Человека» настолько глубока и многопланова, что осмыслить ее в полной мере можно лишь совместными усилиями многих подвижников и в течение жизни многих и многих поколений. А что касается медицины, то, скажем, со временем свойства некоторых веществ могут изменяться, и одна из задач последующих поколений даосских врачей как раз и состоит в том, чтобы отмечать эти изменения и с их учетом составлять новые лекарства.

Если же говорить в целом, то развитие китайской медицины неотделимо, во-первых, от развития всей китайской культуры, во-вторых, от практики «внутреннего достижения», и, в-третьих, должно поверяться повседневной жизнью и достижениями западной медицины.

В этой главе речь пойдет о преодолении мыслью узких границ чувственно воспринимаемого нами времени и пространства. Способ же этого преодоления есть практика гадания, которая позволяет знать о событиях, чрезвычайно удаленных от нас как во времени, так и в пространстве.

Древняя наука гадания или, как ее теперь называют, «прогностика», сегодня не очень-то в чести. Разобраться в ней мешают многие предрассудки, привитые односторонней материалистической наукой Запада. И если человек с помощью этой науки добивается хорошего результата, многие люди склонны утверждать, что ему просто «повезло», Только отказавшись от современных предрассудков и взявшись со всей серьезностью за изучение китайской традиционной науки, мы можем по достоинству оценить наследие древнекитайской прогностики. Хотя методы гадания в данном случае являются только вспомогательным инструментом, своего рода заурядным ремеслом, отчего не воспользоваться ими, если они тоже помогают сделать жизнь лучше?

Прогностика необходима и отдельным людям, и обществу в целом. Все мы хотим знать будущее и разными способами пытаемся предсказывать его. Ведь только имея какое-то представление о будущем, мы способны действовать в настоящем.

Умение предсказывать будущее предполагает знание законов мирового движения. К примеру, все люди знают, что солнце, сев за горизонт, через несколько часов вновь выйдет из-за горизонта с другой стороны. Но многие ли знают, когда произойдет солнечное затмение? Знание таких явлении дается уже не житейским опытом, а методами науки. Прогностика есть, в сущности, знание связей между вещами. Если информации недостаточно, невозможно сделать и правильный прогноз. Но что такое, в самом деле, «знание связей между вещами»? Как становится возможным определить, например, по лицу, руке пли спине человека его судьбу? Как можно по одному моменту жизни человека узнать весь его жизненный путь? Многие, наверное, скажут, что эти вещи отстоят друг от друга слишком далеко и никак не связаны между собой.

Однако традиционная культура зиждется на другой посылке, а именно: идее о том, что жизнь природы и жизнь человека находятся между собой в нерасторжимой связи, и все вещи, все явления бытия, материальные и духовные, вплетены в одну всеобъемлющую, хотя и чрезвычайно сложную, сеть соответствий.

Читатели должны помнить, что с тех пор как Ван Липин пережил опыт смерти или, можно сказать, прошел «посвящение в смерть», он уже не был просто человеком низшего, материального мира, хотя и продолжал в нем пребывать. Все, чему он теперь учился у своих наставников, имело отношение к высшим уровням бытия. И мы сможем понять смысл его «посмертного» обучения только в том случае, если будем иметь представление о законах, управляющих этими высшими мирами. Однажды старший наставник обратился к Ван Липину со словами:

— Ты еще помнишь двадцать первую главу книги Высочайшего Старого Правителя? Конечно же, Ван Липин помнил наизусть эти слова: «Сила жизни исходит только от Дао, а Дао — такое смутное, такое неуловимое! В нем пребывают подлинные образы — такие смутные, такие неуловимые! В нем есть нечто воистину сущее — такое сокровенное, такое глубокое! В нем есть семи всего живого, и это семя в высшей степени достоверно. Оно есть высшая подлинность. С древности и до сего дня имя его не преходит и через него мы прозреваем начала. Откуда мне ведомы начала? Благодаря этому».

— Понимаешь, о чем здесь говорится? — спросил Чжан Хэдао.

— Не совсем. Прошу вас, наставник, разъяснить мне.

— Дао не имеет вещественности или формы, но пронизывает все вещественное и обладающее формой, — начал свои пояснения Чжан Хэдао. — Все вещи и все явления мира приходят к единству в Дао. и псе сущее хранит в себе Дао. Откуда мы можем это знать? Все вещи имеют образы, есть образы ян и образы инь, и они переходят друг в друга. В вещах есть семена жизни, а в семенах сокрыта «подлинность» жизни. Нужно постичь, во-первых, эту подлинность и, во-вторых, внутренние образы вещей. Непосредственно созерцать семена вещей и подлинность семян — это и есть постижение высшего уровня. Созерцая образы вещей, мы приводим к гармонии инь и ян. Таково постижение среднего уровня. А превращения вещей, наблюдаемые обыкновенными людьми, — это знание низшего уровня.

Чжан Хэдао подробно объяснил Ван Липину, что такое высший и средний уровень постижения применительно к «пяти искусствам».

В даосских «пяти искусствах» основными элементами являются «Небо, Земля, Человек, инь, ян, стихии Воды, Дерева, Огня, Земли и Металла». Эти десять элементов соотносятся определенным образом с Небесными стволами и Земными ветвями, Восемью Триграммами и Девятью дворцами, а главную роль среди них играют силы инь и ян. В книге Лао-цзы сказано: «Дао рождает одно, одно рождает два, два рождает три, три рождает всю тьму вещей». «Два», о котором говорится здесь, это инь и ян, «три» — это Небо, Земля и Человек, а Небо, Земля и Человек содержат в себе Пять стихий. Из первозданного хаоса исходит Единая Энергия, а в этой энергии содержатся силы инь и ян, элементы чистые и мутные. Чистая энергия вращается налево, поднимается вверх и рождает стихию Дерева, а Дерево, достигнув своего предела, превращается и Огонь. Мутная энергия вращается направо, опускается вниз и рождает стихию Металла, а Металл, достигнув своего предела, превращается в Воду. Энергия же центра, действующая во взаимных переходах иль и ян, соответствует Земле. Что же касается инь и ян, то эти две силы мироздания выступают как «отец-мать» всех метаморфоз, начало и конец всякого существования, вместилище духовной просветленности.

Восемь триграмм образуются из пространственных и временных изменений прерывистой черты инь и сплошной черты ян. Три черты в триграмме соответствуют Небу, Земле и Человеку. Парные комбинации Восьми Триграмм образуют 64 гексаграммы, которые являют собой образы всего сущего в мироздании. Символика Девяти дворцов добавляет к Восьми Триграммам, располагающимся по кругу, образ центра, и это сообщает полноту пространственно-временной схеме мира в древней китайской космологии.

Лю Хар — даосский вестник счастья. XVI в.

Таковы основные исходные данные традиционной китайской «науки о числах». Наибольшее значение к ней имеют схемы Пяти стихий и Восьми Триграмм.

Схема Пяти стихий чрезвычайно проста, но она содержит в себе образы всего существующего в мире. Пять стихий располагаются в порядке взаимного порождения (Дерево рождает Огонь, Огонь — Землю, Земля — Металл, Металл — Воду, Вода — Дерево) и взаимного подавления (Вода подавляет Огонь, Огонь — Металл, Металл — Дерево, Дерево — Землю, Земля — Воду), Смысл круговорота Пяти стихий выражен в словах Лао-цзы: «Тот, кто учится наукам, каждый день приобретает. Тот, кто учится Дао, каждый день теряет». Понятие «потери» указывает на полную естественность превращений Пяти стихий и наличия в этих превращениях некой внутренней, невидимой глубины.