Как это называют психологи? Газлайтинг?

Или у опекунши реальная амнезия от этих её пилюль?

– А давай я её просто убью? – предложил дедушка, резко успокаиваясь.

«Рано, – возразил Арти. – Сначала выпотрошить. Не верю, что она спустила всё, к чему имела доступ. Вытащить из неё имущество, а уже потом…»

«Стоп!» – мысленно возопила я.

Это было слишком. Просто слишком. Я чувствовала себя сумасшедшей. Мне реально хотелось вызвать какого-нибудь врача.

Закрыв лицо руками, я вынесла единственный вердикт, на который была сейчас способна:

– Под домашний арест.

Эрон неодобрительно цокнул языком, а Арти предпочёл воздержаться.

– Арест? – переспросила Офелия удивлённо. – Я что, преступница?

Это было хуже, чем разговор глухого с немым.

– Девочка моя, я воспитывала тебя с того самого момента, как твоя матушка… А ты… А теперь… – Офелия громко всхлипнула, слёзы покатились в два раза быстрей.

Но это было всё. Финиш. Я не могла. Я поспешила к выходу, призывая с собой Эрона.

Из приятного – в дальней части коридора обнаружился Хайс. Управляющий явно выскочил из постели и прибежал на крики. Надеюсь для того, чтобы подстраховать работодателя? То есть меня.

– Офелию из дома не выпускать, – вместо приветствия сказала я. – Входную дверь запереть на ключ. Я решу этот вопрос позже, когда буду адекватна.

– А… – начал было Хайс, но осёкся. – Понял.

– Благодарю! – Я круто развернулась на каблуках и удалилась к себе.

Ночь выдалась нервная, спала я плохо. Меня мучали картинки разной степени бредовости – снились полуголые мужчины в масле, убитая горем Офелия в белых одеждах жертвы, и отдельно – неестественно напомаженный «господин Д».

Именно Д, а не Дрэйк! Но даже в сонном бреду я понимала, что без лорда Дрэйка во всём этом деле не обойтись. Мне придётся попросить помощи. И да, мне всё-таки нужен собственный безопасник.

А ещё деньги… Много денег!

Наверное, если продать все найденные в тайнике бриллианты, я сумею покрыть актуальные расходы, но такой поворот вызывал резкое неприятие. Жабка протестовала. Она требовала оставить это богатство как неприкосновенный запас.

Итог? Я проснулась с нервной мыслью, что нужно срочно создавать золото.

Много золота!

Вот прямо запереться в доме и творить.

Я даже подскочила на постели и успела спустить ноги на прохладный пол, прежде чем поняла – я на дичайшем стрессе. Это сильно напомнило мою предыдущую жизнь.

Та, прежняя жизнь, была отличной. Даже великолепной. Но стрессы… Я всегда находилась в состоянии бешеной гонки. Работа, подчинённые, контракты-переговоры, планы, деньги… Дом, тело, социальные сети, саморазвитие… И всё это требовалось уместить в какие-то двадцать четыре часа.

Тридцать дней в месяц. Триста шестьдесят пять дней в году. Цифры кажутся большими, но этого категорически мало, чтобы успеть всё, что хочется и что необходимо.

А ещё планка эффективности… Не знаю, кто и когда её повесил, но моя планка всегда была задрана выше нормы. Однажды, после окончания очень сложного периода на работе, когда мы с командой сделали невозможное для нового финансового рекорда, я устала настолько, что наконец осознала, в какой ловушке нахожусь.

Непрерывное движение истощает.

Победы ради побед приводят к выгоранию.

А общественное мнение не имеет никакого значения, когда лежишь в гробу.

Не пройдёт и пары лет после смерти, как о тебе забудут. Все достижения, равно как и провалы, превратятся в пыль.

Именно об этом я думала незадолго до того, как очнулась на приёме в доме какого-то аристократического семейства, под возгласы незнакомых людей и охи Офелии. Незадолго до смерти, я стала белкой, которая ищет выход из своего колеса.

И что теперь?

Новое тело, новый мир, но старый маршрут по любимым граблям? То есть я из тех «горбатых», кого даже могила не исправит?

Нет.

Я встала с кровати и заставила себя выдохнуть. Проблем и забот у новой Алексии Рэйдс действительно много, но это не повод уподобляться стартующему космическому аппарату. Нужно замедлиться. Вспомнить о том, что проблем-то может и много, но жизнь всё-таки одна.

Новый глубокий вдох, я потянулась, зевнула и… махом отодвинула все сегодняшние планы.

Их было много, и все важные. Но!

«Арти, милый, а в этом мире есть салоны красоты?»

Ментальный вопрос улетел в пустоту. Провалился словно в яму, а я наконец заметила, что не ощущаю присутствие артефакта.

То есть он как бы был, но где-то не здесь.

Это напоминало ситуацию с обследованием дома, в результате которой ключевой артефакт отыскал тайник с бриллиантами. И я сначала встрепенулась, но тут же сообразила – если Арти и отправился на разведку, то второго такого тайника, вероятнее всего, не существует.

Поэтому лучше закатать губу и просто своего компаньона поискать.

Последний нашёлся быстрее, чем рассчитывала – материальный Арти и полупрозрачный Эрон находились в соседней комнате, в гостиной. Мужчины стояли и о чём-то беседовали. Замолчали едва я вошла.

Я, увидав это мини-собрание, удивилась, а они…

– Доброе утро, – сказали слаженно и хором.

Доброе-то оно доброе, но…

Додумать не успела. Раздался стук в дверь, на который я тут же среагировала:

– Кто там?

– Мм-м… Это Хайс, леди.

– Мы подождём в спальне, – сориентировался Арти. Он вышел, а Эрон улетел.

Я осталась одна, в лёгком недоумении, потому что возникло ощущение какой-то засады. Понимаю, что мы команда, но что эти двое тут обсуждали? И почему без меня?

Но!

На пороге ждал Хайс, и я, тряхнув головой, отправилась открывать – благо, невзирая на привычку ходить по утрам в чём проснулась, была уже в халате.

Щёлчок замка, и…

– Ваш кофе, леди Алексия, – произнёс управляющий, протягивая подставку и два стаканчика.

Вот теперь утро действительно стало добрым!

– Это… – начала я вопросительно.

Меня поняли и даже ответили:

– От лорда Дрэйка.

Всё-таки хороший он человек!

Настроение подпрыгнуло ещё на пару пунктов, и взлететь бы ему к самому потолку, но выражение лица, которое явил управляющий, помешало.

– Что-то случилось? – принимая стаканы, поинтересовалась я.

Мужчина коротко кивнул и попросил:

– Мы можем поговорить?

Мы, конечно, могли. Хотя погружаться в дела абсолютно не хотелось. Я, разумеется, белка, но волшебный пендаль, которая отвесила себе несколько минут назад, уже действовал. Жаль, что на каждого возжелавшего отдохнуть трудоголика найдётся свой форс-мажор.

Я отстранилась, пропуская Хайса внутрь. Затем прикрыла дверь и, сделав несколько шагов от двери, посмотрела вопросительно.

Мужчина, что поразило, окончательно растерялся.

– Леди Алексия, тут такое дело… Я даже не знаю как объяснить.

Млин, почему мне это не нравится?

– Речь о мадам Офелии, – добавил он.

Я не выдержала и скривилась. Только не говорите, что опекунша сбежала! Мы её, конечно, найдём, но для этого придётся просить у Дрэйка больше, чем планировала. Или делать красивые глаза и подкатывать к Эпикуру, шантажируя его усмирением элементалей.

– Понимаете… – снова замялся управляющий.

– Просто скажи как есть.

Я вынула один из стаканов, ловко отодвинула шпуньку на гибкой полупрозрачной крышке и сделала первый бодрящий глоток. Если новости полное дерьмо, то у меня хотя бы кофе. Буду думать, что я уже в плюсе.

– Хорошо. Со мной случилось странное, я не могу объяснить этот свой поступок. Но сегодня ночью… Я вышел из особняка и обратился к одному из дежуривших возле дома шпионов. Я попросил его срочно вызвать сюда лорда Дрэйка.

Счастье в том, что я успела проглотить кофе. Иначе быть нашим коврам оплёванными.

Впрочем, у нас же нет ковров.

– Кхем, кхем, кхем! – сказала я.

Хайс понял правильно и продолжил: