Николай Сергеевич Кашкин.

В доме-музее Достоевского в Москве на видном месте помещена фотография Оптинского монастыря в том виде, в каком застал его Достоевский. Писатель в романе «Братья Карамазовы» назвал Оптино замечательным местом и подробно обрисовал его окрестности. Много раз Достоевский возвращается к дороге от города к монастырю с поворотом на половине пути, где начинается аллея из ракит. Помните, как именно под первой уединенной ракитой ожидал Митя Алешу с вестями от Катерины Ивановны. Достоверно описывается скит с расписными воротами и клумбами, с редкими и прекрасными цветами, одноэтажная деревянная хибарка старца с галереей при входе, скитская пасека, старый огромный вяз у скита, могильные памятники у монастырского собора, река у подножья монастыря, озеро с пескарями и многое другое, что сохранилось до наших дней.

Обычно Достоевский в своих произведениях не любил рисовать пейзажи. Но в наших живописных местах он с большой силой описал свежую тихую ночь у скитского озера, белые башни, сверкающие на яхонтовом небе, заснувшие цветы и необычную земную тишину. Пейзаж помог Достоевскому оттенить настроения и переживания людей. Мрачные думы Алеши при расставании с братом Иваном кажутся более ощутимыми, когда прочтем только одну фразу: «Поднялся опять, как вчера, ветер, и вековые сосны мрачно зашумели кругом его, когда он пошел в скитский лес».

В наших местах Достоевский отмечал факты и явления, которые потом вошли в роман как суровое обвинение крепостничеству. Случай, когда генерал затравил собаками ребенка на глазах матери, имел место в деревне Лубны — и имении генерала Зеленого.

Прототипом старца Зосимы явился оптинский иеросхимонах Амвросий. Достоевский много с ним беседовал, читал его поучения, стремился показать его как идеал добра и смирения. Но логика развития действительности оказалась сильнее субъективного, ложного в авторских представлениях. И Зосима выглядит нерешительным, прячущимся за святые писания. Его лечения кликуш Достоевский разоблачает как результат самовнушения верующих и больных женщин. Еще при жизни Зосиму прочили в святые, а едва он умер, как труп его разложился, и монах Феропонт закричал: «Поган, а не свят».

Один из героев романа Миусов говорит о монахах: «Веками вырабатывалась наружность, а в сущности шарлатанство и вздор». Другой герой романа прямо в лицо игумену заявляет: «Нет, монах святой, ты будь-ка добродетелен к жизни, принеси пользу обществу, не заключаясь в монастыре на готовые хлеба и не ожидая награды там наверху, — так-то потруднее будет. Это мужик русский, труженик, своими мозольными руками заработанный грош сюда несет, отрывая его от семейства и от нужд государственных. Ведь вы, отцы святые, народ сосете!»

В своем романе Достоевский хорошо показал разложение и духовный крах дворянства. Этому в какой-то мере способствовало его знакомство с бытом и нравами помещиков Козельского уезда, наставников и обитателей монастыря.

В жаркий июньский полдень Достоевский покинул Оптинский монастырь. Через полгода он завершил роман «Братья Карамазовы» и вскоре умер, надломленный неустанной работой и тяжелыми условиями жизни.

Талантливый русский поэт и писатель Алексей Николаевич Апухтин значительную часть своей жизни и творчества связал с Козельским уездом. Он родился в 1841 году в городе Волхове, но летние месяцы проводил в родовом имении — деревне Павлодар (Павлово), входившей тогда в состав Бетовской волости Козельского уезда. Милые сердцу деревенские картины Апухтин хорошо отразил в ряде стихотворений. В Козельском уезде в 1853 году юный Апухтин написал одно из первых своих стихотворений «К родине». Здесь же он, уже будучи взрослым, создал ряд знаменитых стихов, которые были позднее положены на музыку П. И. Чайковским и другими выдающимися композиторами. О романсах Апухтина с восторгом отзывались И. С. Тургенев и А. А. Фет. Апухтину принадлежит несколько прозаических произведений, интересных своими сатирическими тенденциями в обрисовке аристократии. Привязанность к нашим местам, неиссякаемая память о них дали право писателю присвоить одной из героинь своей повести фамилию Козельская.

Алексей Николаевич Апухтин.

Еще в детстве и юности А. Н. Апухтин ежегодно посещал козельский Оптинский монастырь. Мать поэта Мария Желябужская старалась привить своему первенцу набожность, но Алексея Николаевича интересовало в Оптине другое. В воспоминаниях о своих посещениях Оптина Апухтин отмечает, что ему не импонирует монастырская жизнь, зато нравятся красоты здешней природы. Неизгладимое впечатление произвел, например, цветник в скиту: «Такой массы и таких чудных цветов, как в Оптинском скиту, я уж потом во всю свою жизнь не знал. Мне теперь кажется, что я видел там голубую георгину даже». Впечатления об оптинских окрестностях, а также свои взгляды на монастырскую жизнь А. Н. Апухтин обобщил в лучшей своей поэме «Год в монастыре». В ней он осуждает мир богатых тунеядцев:

Герой поэмы хочет найти спасение в монастыре, но, убедившись в том, что он ошибся, бежит оттуда. И именно в миг разрыва с монастырем «радость страшная всего зажгла и воскресила». Эта радость заключена в симпатиях к труду. Очень хорошо описал поэт зимний пейзаж оптинского леса, куда герой поэмы пошел рубить дрова. Простой труд А. Н. Апухтин ставит несравненно выше светских развлечений и удовольствий:

Лев Николаевич Толстой был в козельских местах шесть раз. Первое посещение относится к 1841 г., второе — к 1877 г. В это время писатель, заканчивая роман «Анна Каренина», старался уточнить правильность созданных им образов, хотел поближе познакомиться с крестьянским бытом. Вместе с известным критиком и философом Н. Н. Страховым (1828–1896) Толстой предпринял поездку из Ясной Поляны в Тулу, Калугу и Козельск. В Калуге, на станции, Толстого встретил его старый друг князь Д. А. Оболенский, о котором Лев Николаевич еще в «Воспоминаниях детства» отзывался с теплотой и радушием. Оболенский повез Л. Н. Толстого в Оптино. 26 июля Лев Николаевич писал своей жене: «Пишу тебе, милый друг, из гостиницы Оптиной. Приехали мы прекрасно, благодаря Оболенскому… Я здоров и мне очень приятно».

Сын Д. Оболенского Алексей Дмитриевич так описал этот приезд Л. Н. Толстого в Оптино: «Он остановился в так называемой странноприимной гостинице, всегда битком набитой разным народом. Отец мой, знавший давно Льва Николаевича, решил позвать его к нам в гости. В это лето у нас гостило довольно много знакомых, в том числе был и Н. Г. Рубинштейн, так что мы могли угостить Л. Н. Толстого и хорошей музыкой. Мы все поехали в монастырь. Отец пораньше, к обедне, а я и другие молодые, не особенно любящие молиться, позднее. Целой гурьбой вошли мы в гостиную, где уже сидели наши и разговаривали с Львом Николаевичем».

Весь день 26 июля Толстой осматривал окрестности монастыря, говорил с посещающими монастырь простолюдинами, восхищался при виде кедровой рощи, красивых озер и гигантского бора, ночевал в Оптине, а утром поехал через город в имение князя Оболенского, которое тогда находилось на северо-западной стороне села Березичи. В рукописях писателя сохранились краткие, но интересные записи из его наблюдений за природой здешних мест: «Пригорок над рекой весь как в бархате, в мягкой зелени мха», «…воздух свежий. Взор отдыхает на неподвижной темно-зеленой опушке леса», «После дождя, на закате солнца вся зелень разбухла, размокла густо и матово».