— Хорошо, когда есть такой дедушка, — философски заметил Валера.

— Хорошо, — согласился я, не став развивать тему.

— С самообороной у нас вообще проблемы, — задумчиво сказал Гена, машинально потерев челюсть и поморщившись.

— Прилетало? — поинтересовался Валера.

— Да… — не сразу ответил крепыш, — есть у нас один, из параллельного класса. Тоже… каратист, но так, неофициально, хотя ногами лихо машет. А я, вы ж знаете, разрядник по борьбе, и хотя врезать могу крепко, но стараюсь в драках в борьбу переводить, если это, конечно, не где-то вечером в переулке.

— Одобряю, — покивал я, — к спортсменам у нас отношение у милиции особое. Если у тебя разряд, и не по шахматам, то чуть не автоматом начинают превышение шить. По меньшей мере, письма счастья напишут.

— Да, — кивнул Гена, — я то отобьюсь скорее всего, ты же знаешь, кто у меня родители. Да и с тем, каратистом, замирились после драки. Ему свои таких навтыкали… не буквально, но прям сильно проработали, так что лучше бы просто огрёб. Да и в той драке я не проиграл, но так… не знаю просто, что в таких ситуациях в следующий раз делать.

— А здесь… — я задумался, — пожалуй, есть идея.

— Потренируешь? — заинтересовался Гена.

— Не… какой из меня тренер, — отмахнулся я, — да и не надо тебе. Годзю-рю стоящая штука, но сложная — если прям всерьёз заниматься, то первые нормальные результаты будут через год-два, не раньше.

— А я бы позанимался, — вздохнул Валера, — вот только времени бы где взять?

— Тебе хоккея и лёгкой атлетики мало? — удивился я, — Тем более хоккеисты на улице, если что, только так рубятся!

— Нет… — я сделал паузу, задумавшись, — Вот что, Ген, ты подойди к тренеру по борьбе и обрисуй ситуацию — без подробностей, понятное дело. Хотя здесь тебе видней, не маленький. Просто объясни, что не хочешь по морде получать, но и срок за самооборону тоже не хочешь. Я ж знаю, борцы страшные противники, но это если прям всерьёз. А там пока сблизишься, можешь крепко огрести. Тебе бокс нужен!

— Бокс? — удивился Гена, — Переходить, что ли? Я не хочу, у меня результаты хорошие, думаю к концу школы КМСом стану, не меньше. И это если не буду акцент на спорте делать, а как и сейчас, учиться всерьёз.

— Да не переходить! А поговорить с тренером, чтобы он поговорил с тренером по боксу… В общем, тебе главное ведь не победить, а по морде не огрести, верно?

Гена, чуть помедлив, кивнул.

— Вот… — продолжил я, — а бокс, это в первую очередь дистанция и умение наносить удары, не получая их! Ты объясни, что тебе не полноценные тренировки нужны, а это самое… чтобы по морде не огребать. Физуха тебе точно не нужна, своей хватает, а дистанцию, уклон и пару ударов можно поставить за полгода-год, если будешь раз в неделю по полчаса отрабатывать именно это, но под руководством тренера.

— Полчаса? — засомневался Валера, и Гена поддержал его.

— Хватит! — парировал я, — В любой секции большая часть тренировки — физуха, а тебе, вольнику, её и так за глаза. На ринг тебе выходить тоже не надо, программа упрощённая выходит. И что остаётся? Те самые полчаса! И частить с тренировками по боксу тоже не надо, у тебя ж драки не каждый день, верно?

— Не каждый год, — усмехнулся Гена, — школа у нас не та, да и двор…

— Ну и вот, — развёл я руками, — сходится!

— У нас секция бокса тоже есть, — задумчиво сказал Валера, — вот думаю теперь…

* * *

— Миша, тебя! — позвала меня мама от телефона, — Из Ульяновска. Валеев Сергей!

— Да? — удивился я, подходя к телефону, — Серый? Привет!

— Привет, Миша! — прозвучало в трубке, — Я от твоего дедушки звоню, новостей — куча! Лапоть… ну, Лаптев, в Москву походу переезжает! Он здесь в соревнованиях участвовал, показал себя, и его тренер из Москвы заметил, прикинь?

— Да ты что? — удивился я, — И как?

— Да в спортинтернат предлагают! Он и здесь… ну, ты знаешь, у него с предками… ой, в смысле с родителями, не то чтобы прям хорошо.

Киваю машинально, забыв, что разговариваю по телефону. С предками у Лаптя и в самом деле не очень… пьют! Крепко притом, и оба.

— … а тут ещё и в Москву, прикинь⁉ После Нового Года переедет!

— Класс! — порадовался я, — А сам не думаешь?

— Не… у меня нормально всё! А, кстати… я в Туре Городов осенью участвовать буду, училка… ой, то есть учительница выдвинула!

Непроизвольно улыбаюсь на «Ой», хорошо представляя сцену, как друг оглядывается на мою бабушку, большую ревнительницу русского языка. Дед, несмотря на партийность и номенклатурность, в этом смысле более демократичен, может и ввернуть словцо.

— Я тоже! — сообщаю ему, — В Москве увидимся!

— Миха, ты чего? Думаешь, меня на математическую Олимпиаду отберут?

— А почему бы и не да? — начинаю выкручиваться, совсем позабыв, что Тур Городов проходит одновременно в разных городах. Всё-то у меня Москва…

— А может, на Новый Год приедешь? Погоди…

— Ма-ам… — зажав трубку зову её, — ничего, если я Серёгу из Ульяновска на Новый Год к нам приглашу?

— Да пусть, — отозвалась она, — Москву покажешь заодно.

— Приезжай, мама приглашает! — сообщаю другу, — Я тебе потом письмо пришлю, чтобы родителям показал и всё такое, чтоб им спокойнее было. Да и Лаптю не так менжово будет переезжать.

— Шикардос! — отозвался Валеев, — Я в Москве один раз был, проездом можно сказать, только в Мавзолей с родителями попали, да в ЦУМ, а больше ничего и не помню, только очереди и спины.

— Ну вот, как раз на каникулах можно будет пошататься по столице! — радуюсь я, — Заодно тебя с московскими друзьями познакомлю, отличные ребята!

Глава 18

Юниор

— Да нормально, мам, — отвечаю, продолжая неспешно собираться, — отказаться конечно можно было, но думаю, не стоит, с «Динамо» дружить полезно. Сама понимаешь — мало ли… а это уже связи.

— Связи… — вздохнула она, — совсем ещё мальчик, а туда же. Хотя… у тебя отец такой же, чего это я? Везде покрутился, всё успел… иногда совсем необычные знакомства всплывали.

— Ну, вот так, — пожимаю плечами, — лучше соломки подстелить. Я тогда, в милиции, почти сразу дедушкой козырнул, а то могли бы… для профилактики. Серьёзного ничего не было бы — и несовершеннолетний, и ваши с папой связи, но нервы потрепали бы. Просто потому, что могут!

— А дедушка… да где же борцовки? Да… дедушка всё чаще о пенсии поговаривает, — продолжил я, — Ещё пару лет, и всё, понимаешь? Вы с папой, конечно, тоже очень многое можете, но увы, не номенклатура, хотя и рядом. А это — личные связи, пора уже заводить, я считаю. Да и… в бане и спортзале все равны, так что, сама понимаешь, сильно проще будет.

— Подвезти? — предложила мама, сменив тему разговора.

— А удобно? — засомневался я, — Так-то до Петровки близко, нормально доберусь.

— Удобно, — решительно кивнула она, — как раз к подруге заеду, давно не виделись. Сейчас только позвоню, узнаю, дома она или нет. Игорь всё равно в командировке…

— А вообще, — продолжил я уже в машине, — это даже хорошо, что предложили. Сам уже думал, где секцию поискать. Но каратэ…

— Да, каратэ не стоит, — согласилась мама, выезжая со двора, — не после того, что было.

— Не стоит, верно. Я потом в пару секций зашёл — из тех, что вы с дядей Игорем подобрали, то есть не самых плохих, и всё равно как-то не впечатлился. Дома я, конечно, тренируюсь, но иногда хочется по мешку постучать, в спарринге с кем-то постоять. Не хочу форму терять, хотя всерьёз заниматься тоже желания нет, да собственно, и негде.

— А после той истории… — я непроизвольно поморщился, — ни в секции каратэ не хочу, ни куда-нибудь на бокс. Рано или поздно это всё равно всплыло бы, а предугадать реакцию людей, не отягощённых интеллектом, я не возьмусь.

— Здесь налево, — подсказываю я, — ремонт,проще объехать. А судя по этим идиотам, людей, насмотревшихся кино «про кунг-фу» и воспринявших это всерьёз, хватает. А я ни местной легендой становиться не хочу, ни мстителей ждать. Мало ли… наверняка найдутся дураки с «моё кунг-фу круче»! А они, боюсь, непременно найдутся.