Встав в стойку, он поманил меня рукой.

— Вы серьёзно?

— Спарринг, — кивнул он, — лёгкий.

Сказав это, он тут же пошёл в атаку. Прямой удар рукой, ногой… блокирую, отхожу, и…

… подсечка.

— А вот это уже интересно! — усмехнулся сэнсей, вставая с пола, — Похоже, я тебя недооценил! Атака пошла жёсткая…

… и пусть по очкам я выигрываю, но весовых категорий, да и разницы в возрасте, никто не отменял!

Пару раз получив по рёбрам и разок пропустив касательный по голове, я несколько разозлился, сконцентрировался, и…

— Как-то так, — неловко сказал я, расслабляясь и глядя на сэнсея, скрючившегося на полу после удара в печень.

— Как в кино! — очень громко прошептал упитанный парнишка, — Конкурирующие школы и…

Он понёс в массы что-то гонконгское, из видеокассет.

— Какой у тебя пояс? — напряжённо окликнул меня всё ещё хромающий Антон, — Какая школа?

— Годзю-рю, коричневый, — отозвался я, идя к своим вещами.

' — Как море перед Моисеем' — пришло невольное сравнение при виде расступающихся учеников.

— Но у сэнсея чёрный! — громко сказал один из «цветных».

— Едва ли, — отозвался я, — синий в лучшем случае.

' — Вот зачем это было⁈ Промолчал бы, но нет…'

Впрочем, переодеться и уйти из зала мне никто не помешал…

… и вслед за мной ушло ещё несколько человек.

Глава 15

Семейные традиции

— Миша! Ильин! — издали окликнул меня классный, и я оторвался от приятелей во дворе, поспешив к нему.

— Да, Лев Аркадьевич?

— Я вижу, ты сильно опережаешь программу, — сказал он, поправив очки и ссутулившись ещё сильнее, чем обычно, — скучно иногда бывает?

— Ну… иногда, — неловко согласился я, — но вообще нравится — не зубрёжка, а задачи, обсуждение, поиск решений. Много нового узнаю!

Здесь я не то чтобы лукавлю — Альтэр Эго, привычному к университетской манере преподавания, да к тому, занявшегося математической лингвистикой уже во Франции, это привычно. А вот мне… душой отдыхаю! Задачки в общем-то в пределах школьной программы, но пошире, да и подход совершенно иной. Бывает, что не прям откровение, но — неожиданный подход, ну и вообще — интересно. Не просто уроки, а почти что математические квизы и головоломки, да и коллектив — самое то!

— Как ты смотришь на то, чтобы поучаствовать в Туре Городов, — поинтересовался математик, — это ещё не Всесоюзная Олимпиада, но уровень вполне достойный. Но главное, отборочных туров нет, я тебя, как учитель, могу просто выдвинуть.

— Положительно, Лев Аркадьевич! — с энтузиазмом откликнулся я, — С радостью!

— Хорошо, — довольно кивнул классный, — тогда я дам тебе сегодня задания с предыдущих Туров Городов, попробуй на уроке порешать, ну вообще — посмотреть. Если что будет непонятное, спросишь потом, будет работать вместе.

— Отлично! — воспылал энтузиазмом я, — Спасибо, Лев Аркадьевич!

— Но учти, он будет проходить двадцатого ноября, — бликанул очками педагог, — так что нужно будет оценить свои силы здраво, и если всё будет нормально, ничего не планировать на это время.

— Хорошо, хорошо, — закивал я, предвкушая не только, и пожалуй, не столько даже предстоящее испытание, сколько более или менее свободный график походов в школу.

— Чего звал-то? — поинтересовался Пашка, с которым мы, похоже, не просто соседи по парте, но уже и приятели, без малого друзья.

— В Туре Городов предложил участвовать.

— А… я тоже планирую, — обрадовался приятель, и тут же, без перехода…

— … Слушай, помнишь, я на днях говорил тебе, что на каратэ собираюсь пойти?

— Помню, как же, все уши прожужжал, — усмехнулся я, — и захочешь, а не забудешь!

— Блин… — вздохнул он, — не смог в тот день, тётка ногу вывихнула, пришлось в больницу везти, ну и потом возиться. Ничего страшного, но ты же знаешь…

— Знаю, — прерываю Пашку, уже неплохо зная его историю. Он из Твери, сейчас живёт у двоюродной тётки, спит на кухне, ибо квартира маленькая. Условия так себе, да и тётка не то чтобы сахарная, с характером и вечно недовольной физиономией. С другой стороны, она прописала племянника у себя, чтобы он смог поступить в хорошую московскую школу. Да и Пашка не то чтобы паинька, думаю, у тётки есть причины поджимать губы и воспитывать парня. Много причин! Семья у него, мягко говоря, пролетарская, когда ещё не маргиналы, но рядышком, так что не интеллигент, далеко не… даром, что интеллект зашкаливает.

— Пропустил, — печально вздохнул он, — и теперь так жалею! Прикинь? Как в кино было! Нет, ну реально! Пришёл парень, вроде как обычный, в спортивке, на пробный урок.

— А оказалось… — Пашка сделал паузу и выпучил глаза, — он из другой Школы каратэ! Прикинь? Сперва старшего ученика на поединок вызвал, а потом и самого сэнсея.

— Та-ак… протянул я, начиная подозревать.

— Ага! — энергично закивал приятель, — А потом и сенсэя победил, и говорит — ты недостоин чёрного пояса!

— Ничего себе! — почти искренне удивился я, — Что за парень хоть?

— Да фиг его знает! Говорят, наполовину японец, что ли… или дедушка из пленных японцев, не знаю точно. Прям вертушки крутил, как в кино! Школа, понимаешь? Настоящая, а не это… не копирка с копирки. Чисто Шаолинь, только японский.

' — Я? Вертушки? Максимально же просто было… сэнсей тот доморощенный не принял меня всерьёз, да и подставился по-глупому. Да я ещё и японец теперь? Однако…'

— Да, это надо было видеть, — согласился я, — ты многое упустил.

— Да вот… — вздохнул тот, но почти тут же встряхнулся, — Слушай… ты же в инглише сечёшь?

— Секу, — кивнул я, — А что, помощь нужна? Учти, списывать тут бесполезно, и тесты без понимания зубрить тоже не вариант.

— Да нет, — отмахнулся тот, — и сам понимаю. Языки, история, литра и всё такое мне тяжеловато даются, но в общем, справляюсь. Хотя не понимаю, зачем они, если я… Ну да ладно, это моя боль. А вот инглиш, это же и журналы технические, и ЭВМ, и поездки на конференции, сечешь?

— Секу, — повторился я.

— Нет, ты не подумай, преподы у нас нормальные, — заверил он, — особенно если сравнивать с моей прежней школой. К ним претензий нет! Веришь ли, никогда не думал, что в школу буду ходить с радостью, а по выходным скучать по занятиям! Но вот сейчас, пока можно, без дикой гонки, хотелось бы английский подтянуть. Полезно, да и в универе сильно попроще будет. Есть какие-то мысли?

— Как не быть. Если вкратце… — я задумался, подбирая программу именно под Пашку, — то самое простое для тебя — берёшь интересные журналы на английском… найдёшь такие?

— Найду!

— Берёшь журналы, можно технические, и тащишь мне, помогу перевести. Но учти! Нужно, чтоб это прям интересное было для тебя, понимаешь?

— Интересное? — он задумался, — Ну да, технические… найду!

— А машинку с латинским шрифтом? Хотя отбой, это слишком геморройно… Вот что, Паш, ты спроси у ребят, кому ещё это интересно, пусть подойдут дня через два после уроков, поговорим. Обдумаю, и может, придумаем что-нибудь интересное с Лидией Михайловной. Так-то она тётка знающая и прогрессивная, но вас, балбесов, у неё не один десяток, на всех не разорвётся. Она конечно пытается, и в общем, неплохо получается, но повторюсь — вас, балбесов, много!

— Но учти! — предупредил я, — Не рассчитывайте, что я вам прям как репетитор буду, каждый день. Помогу планы составить, консультации пару раз в неделю, не больше — для всех сразу, а не каждому. Сам понимаешь, своих дел хватает.

— Понимаю-понимаю! — отчаянно закивал Пашка, — Больше и не прошу! Так… к Ирочке сейчас, поговорю, а потом к Толику… всё, я побежал, на уроке увидимся!

— Миша, — подошла ко мне наш комсорг Вера, не очень красивая, но отчаянно славная девушка, по которой сохнет иудейский тёзка, о чём знают решительно все, кроме самого комсорга. Да и Миша не знает, что мы знаем… Впрочем, поклонников у девушки и без тёзки хватает — благо, все адекватные, оленьих боёв не устраивают, да и Вера такое не провоцирует, — У нас в конце месяца, на выходные, экскурсию по ленинским местам собирают, поедешь?