– Почему? – Ёко повернулась к Тацуо и посмотрела ему в глаза, отчего тот потерял дар речи.

– У тебя же нет семьи. Даже если ты сбежишь от службы, никому не доставишь этим неприятностей.

Слова Ёко пронзили Тацуо, его лицо исказилось. У него действительно никого не было. Мать рано умерла от болезни, её он толком даже не помнил. А отец погиб пару месяцев назад в результате несчастного случая на фабрике. Дядю, чья семья сейчас заботилась о Тацуо, откровенно раздражал лишний рот, поэтому, когда пришла повестка, он сиял от радости. Отсутствие семьи было огромной раной на сердце Тацуо. Шрам, оставленный смертью отца, только начал затягиваться, но от слов Ёко он разошёлся и начал сочиться душевным гноем. Тацуо не мог игнорировать настолько обидные слова даже от любимого человека. Только он хотел открыть рот, чтобы возразить Ёко, как почувствовал лёгкий тычок. Девушка прижалась своим лбом к его.

– Я стану твоей семьёй, – прошептала она. Гнев Тацуо испарился, так и не успев извергнуться из его рта. – Я стану твоей новой семьёй, чтобы мы смогли вечно быть вместе. И ты будешь защищать… Но не страну, меня.

– Ёко…

В голове роились мысли, мешая Тацуо дать ответ.

– Мне нужно подготовиться. – Ёко оторвалась от Тацуо и поднялась. На её лице сияла яркая, как подсолнух, улыбка. – Выдвигаемся завтра в полночь. Встречаемся здесь. С тобой или нет – но я решила бежать. Но лучше делать это вдвоём, чем одной. Я буду ждать.

Тацуо только и оставалось молча наблюдать, как Ёко проворно удаляется вдоль берега реки. Ещё с полчаса после того, как фигура любимой скрылась из виду, он сидел, уставившись на воду, и размышлял над их разговором. Серьёзна ли была Ёко? Как ему следует поступить?

Сзади раздались шаги. Решив, что вернулась Ёко, Тацуо обернулся. Но к нему приближался незнакомый мужчина лет сорока. Несмотря на то что на улице не было жарко, по его обрюзгшему лицу стекал пот. Жирный свисающий живот обтягивала плотная ткань дорогого костюма. За мужчиной стоял чёрный автомобиль, за рулём которого сидел крупный, похожий на медведя водитель. Уже с первого взгляда Тацуо почувствовал отвращение к незнакомцу. И причиной была не только уродливая внешность, но и его взгляд: он смотрел на Тацуо как на пустое место.

– О чём вы говорили? – выпалил мужчина. Его двойной подбородок трясся, когда он говорил.

– Мы знакомы?

– О чём вы говорили с Ёко?

– Ты кто такой вообще? Не твоё дело! – Услышав имя любимой изо рта этого урода, Тацуо сжал кулаки от злости.

– Ещё как моё. Она моя невеста, в конце концов. – На лице мужчины появилось откровенное превосходство.

В этот момент Тацуо понял: именно о нём рассказывала Ёко.

– Не смей приближаться к Ёко. Мы с тобой из разных миров, – надменно бросил мужчина, выводя из себя Тацуо.

– Замолчи! Я…

– Тацуо Минами, ты же друг детства Ёко?

Тацуо опешил, услышав своё имя.

– Вполне естественно проверять прошлое девушки, которая станет моей женой. И я знаю, что вы видитесь с ней каждый день с тех пор, как мы приехали из Токио. Но не зазнавайся: эта женщина – моя. – Взгляд мужчины стал сальным, в нём проскользнула похоть.

– Вы же ещё не женаты. – Ненависть Тацуо к мужчине нарастала.

– Но скоро будем. А теперь представь её в моих объятиях и отвали.

Тацуо вскипел, в глазах потемнело от ярости. Он занёс кулак, чтобы ударить мужчину, но кто-то схватил его за запястье. Оглянувшись, он увидел водителя, который протянул к нему толстую, как бревно, руку. Непринуждённо подняв ногу, обутую в кожаный ботинок, мужчина пнул Тацуо в живот с такой силой, что казалось, пробил в нём дыру. Изо рта прыснул жёлтый желудочный сок. Женишок Ёко, тряся двойным подбородком, от всей души наслаждался видом Тацуо, лежащего на земле.

– Ты всего лишь бедный дворянин… – процедил Тацуо сквозь зубы.

Эти слова стёрли ухмылку с лица мужчины. Он так широко растянул губы, что обнажились дёсны, а затем подмигнул водителю. Тот молча кивнул, а затем несколько раз со всей силы пнул Тацуо. Он сжался, пытаясь защититься от шквала ударов, а женишок со всем презрением плюнул в Тацуо. Не в силах пошевелиться от боли, он поймал плевок лицом.

– Ёко от меня не убежать. А ты не смей даже думать о ней. Она будет счастливее со мной. А что её ждёт, если она сбежит с таким голодранцем? – Лицо мужчины раскраснелось от гнева, он снова сплюнул.

Он что, знает об их плане? Тацуо из последних сил поднял голову.

– Пошли. – Мужчина кивнул водителю и, покачивая тучными телесами, поднялся на насыпь.

В нос Тацуо ударила вонь выхлопных газов. Мужчина уехал.

Прошёл день, наполненный болью и тревогой. Теперь с наступлением вечера Тацуо, стиснув зубы, шёл на встречу с Ёко, и каждый шаг отзывался ноющей болью. Но куда мучительнее была неопределённость, снова и снова заставлявшая его возвращаться к одному вопросу.

Что же делать?

Тацуо вновь и вновь повторял этот вопрос, идя по дороге, освещённой бледным лунным светом. Его терзали сомнения: сбежать с любимой или уйти на войну? Ответ менялся каждую минуту, но решить он так и не смог.

Тацуо должен был отправиться на фронт завтра. Дядя, который был рад избавиться от нахлебника, подбадривал Тацуо, прося его постараться для страны. Хоть его слова и были искренни, но «постарайся» из его уст звучало для Тацуо как «умри». В течение дня он не раз думал о том, насколько бесполезно его существование. Во всём мире существовал только один человек, которому он был нужен. Чувства к Ёко продолжали расти в его сердце, именно поэтому он колебался. Тацуо не был уверен, что она будет счастлива, если они сбегут. От мыслей заболела голова.

Тацуо добрался до насыпи. Сейчас он поднимется, и они встретятся.

– Ёко! – выкрикнул он, дойдя до места встречи.

Ночной ветер унёс его голос. Тацуо застыл. На берегу никого не было. Он истерично рассмеялся. А чего он ожидал? Она просто играла с ним. Не в силах остановиться, Тацуо закрыл лицо обеими руками и с силой впился ногтями в виски, так, что выступила кровь. Завтра он уедет на фронт и умрёт за страну, как пророчил ему дядя.

– Что за странные звуки? – раздался голос сзади. – Извини, я немного задержалась.

Тацуо выдохнул и обернулся. Перед ним стояла Ёко в элегантном европейском платье и с большим чемоданом. Лунный свет освещал её смущённое лицо. Тацуо молча обнял Ёко, так, будто боялся, что она сейчас уйдёт.

– Тацуо, что случилось?

Тацуо продолжал молчать. Если он скажет хоть слово, то разрыдается. Наконец-то его терзания закончились. Он хочет защищать любимую женщину, несмотря ни на что. Тацуо стиснул зубы и принял решение. Как только буря эмоций улеглась, он медленно отпустил Ёко.

– Я же обещала прийти, – сказала девушка с лучезарной улыбкой.

– Тебе так идёт это платье.

– Правда? В кимоно было бы сложно передвигаться.

– Отец или тот дворянин тебя не заметили?

– Это было самое сложное. Жаба-сан будто почувствовал, что я хочу сбежать, поэтому с самого обеда следил за мной. Он даже рылся в моей комнате, пока меня не было. Отвратительно! Когда стемнело, мне удалось через окно перелезть на дерево и убежать. – Ёко театрально пожала плечами.

– Всё-таки это очень важное умение, – рассмеялись влюблённые. Но в груди Тацуо нарастало волнение. – Ты уверена? У меня и денег нет, и от повестки я бегу…

– Молчи. – Ёко приложила палец к губам Тацуо. – Я хочу тебе кое-что показать.

Из чемодана она достала мешочек. Из него Ёко извлекла круглый леденец, такой же, как и вчера. Тацуо с недоумением посмотрел на него. Девушка сделала глубокий вдох, леденец выпал из её рук.

– Подожди немного, Тацуо. Я сейчас вернусь.

– Что-то случилось?

– Я быстро. Жди меня здесь. – Ёко, так и не ответив Тацуо, развернулась и побежала вниз по насыпи.

Тацуо не мог вымолвить ни слова, глядя вслед любимой. Что же случилось? Куда убежала Ёко? Он застыл на вершине насыпи, словно пугало. В чувство его вернул оглушительный рёв: по берегу нёсся огромный автомобиль. Машина с визгом остановилась возле Тацуо. Дверца пассажирского сиденья резко распахнулась, из машины на берег вылетел жабообразный мужчина – жених Ёко.