– Э… э… э… Что за…

Такэру не мог больше произнести ни слова. На миг ему показалось, что мир исказился, а в следующее мгновение он увидел перед собой землю. Он лихорадочно завращал глазами, пытаясь ухватить происходящее. Увидел знакомые до боли собственные ноги.

Он всегда это знал. Знал, что почивал на таланте, в то время как Дзютаро упорно трудился. В этом и была разница. Он собирался всё исправить. Должен был… но…

– Я возьму?

Ледяной голос, красивая рука, подобравшая его жетон. И тьма.

На ежедневном полуденном совещании Кавадзи Тосиёси с порога заявил:

– Завтра.

По залу разнеслись вздохи восхищения. Сакакибара из «Мицубиси», Моросава из «Сумитомо», Дзинбо из «Мицуи» и Тикаяма из «Ясуды» – все они подающие надежды наследники своих кланов. Кодоку финансируется из средств их дзайбацу, но только так, что главы семейств остаются в неведении, чтобы в случае провала тень не пала на них. Иными словами, всю ответственность берут на себя эти молодые люди. Если что-то пойдёт не так, они не просто вылетят со своих мест – без преувеличения, под ударом окажутся их головы.

Но если замысел увенчается успехом, не только им, но и потомкам обеспечены места в дзайбацу. Есть среди них и те, кто, поставив всё на кон, мечтает прибрать клан к рукам. При столь высокой ставке их самоотверженность неудивительна.

– Остаётся ещё Маэдзима, – вздохнул Тикаяма. – Что-нибудь о нём известно?

– Мы точно знаем, что он покинул Хамамацу. Дальше его след потерян, – ответил Хирагиси, старший секретарь, вероятно заметив, как Кавадзи скривился.

Они планировали перебить всех разом в почтовом отделении Хамамацу. Но в этот раз противники оказались умнее. Не стоило их недооценивать.

На дело послали военных и отряд офицеров, вооружённых мечами. В их числе были Госэн Юма и Адзума Рокуити, больше известные как Хокусо и Утэна, – искусные фехтовальщики, не раз занимавшие высокие места в турнирах по кэндо. К тому же удалось подкупить того самого Кандзию Букоцу, потому никто и не сомневался: с ним перебьют всех.

Только вот в действительности всё вышло иначе. И военные, и полиция понесли огромные потери убитыми, а этот ублюдок Маэдзима со своими приспешниками ускользнул. А Адзума и Госэн… Выжившие говорили, что противник их зарубил без всяких усилий.

Букоцу тоже пропал без вести. На пепелище в Хамамацу его тела не нашли, похоже, успел сбежать. Такого головореза легко не испугать: наверняка сейчас зализывает раны и наслаждается кодоку.

– Если бы не Окубо, этот Маэдзима так и остался бы пустым местом.

Он всего лишь мелкая сошка. Никто не поверит ему, подумают – спятил после смерти Окубо, помешался на заговорах. Да даже сам Кавадзи, будучи в деле, не может отделаться от мысли, что кодоку – не более чем абсурдный вымысел.

– Ну, основные трудности мы преодолели, вот-вот проявится истинная суть кодоку, – весело выпалил Сакакибара, весь горя от нетерпения.

Должно быть, Маэдзима думает, что кодоку устроили, чтобы разом расправиться со всеми недовольными самураями, особенно наёмниками. В каком-то смысле это было правдой. Но для этого достаточно было обманом мобилизовать военных и расстрелять весь этот сброд там, в Тэнрю-дзи.

Истинная цель кодоку была в другом.

– Остались самые достойные. Не желаете взглянуть? – спросил Хирагиси.

Наследники дзайбацу кивнули одновременно. И четыре ухмылки – сардонические, чудовищные – расползлись по их лицам. Удивительно, как, при всей несхожести происхождения, возраста и нрава, одержимость общей целью делает их пугающе похожими.

– Осталось двадцать три человека, включая тех, кто примкнул к Маэдзиме, и пропавшего Кандзию Букоцу. Вот список.

Хирагиси обошёл всех четверых, вручая каждому список выживших. Те тут же впились в него глазами.

Номер 1 – Дзикумару Судзусукэ

Номер 7 – Адасино Сикура

Номер 11 – Икари Такэтора

Номер 24 – Накагири Ёма

Номер 48 – Ходзоин Эисюн

Номер 66 – Кандзия Букоцу

Номер 84 – Гома Гэндзи

Номер 92 – Гилберт Капелл Колеман

Номер 99 – Цугэ Кёдзин

Номер 108 – Сага Сюдзиро

Номер 111 – Акицу Каэдэ

Номер 120 – Кацуки Футаба

Номер 139 – Лу Цянь

Номер 142 – Окабэ Гэнто-сай

Номер 160 – Тодороки Дзюдзаэмон

Номер 168 – Кинугаса Ироха

Номер 186 – Исии Отосабуро

Номер 215 – Мянь

Номер 222 – Тэнмё Тоя

Номер 251 – Дзикэн Хаято

Номер 269 – Саяма Синдзиро

Номер 277 – Камуикотя

Номер 292 – Кэагэ Дзинроку[15]

– Гома Гэндзи? Тот самый медведь из Уцуномии? – заговорил Сакакибара.

– Знакомы с ним? – Хирагиси с подозрением прищурился.

– Я ведь из княжества Ояма. В Симоцукэ… то есть в Тотиги, все о нём знают. Он настоящая легенда.

Поговаривали, что он из бывших самураев княжества Уцуномия, а ростом был – настоящий великан: шесть сяку пять сунов[16]. В битве при замке Уцуномия[17] он продолжал крушить врагов своим тяжеленным молотом, хоть и поймал пулю, – за такую отчаянную храбрость его прозвали Медведем.

– Дзикумару… Дзикумару… Знакомое имя. – Моросава прикрыл глаза и постучал пальцем по переносице, пытаясь вспомнить.

– Он из школы Юсюкан в Оите, последний и сильнейший из учеников убийцы Каваками Гэнсая.

– Точно, видал его в списке особо опасных преступников.

Кавадзи взглянул на Хирагиси, тот без промедления начал рассказывать про остальных:

– Среди выживших вы также можете видеть Накагири Ёму. Он бывший самурай княжества Окаяма и ученик Иноуэ Юсинсая, того самого, который возродил школу Тёкуюсин-рю. Согласно докладам наблюдателей, он обращается с кусаригамой[18] так, словно та продолжение его тела. И сильных соперников он положил немало. – Хирагиси прокашлялся и продолжил: – Ходзоин Энсюн, монах из храма Кофуку-дзи в Ямато. Владеет копьём так, будто является воплощением Инсюна[19]. Дзикэн Хаято, бывший самурай княжества Курури, обладает сразу двумя кайдэнами[20]: в школе меча Дзикисинкагэ-рю и в школе стрельбы Буэ-рю. Использует ятаган.

– Ятаган? – переспросил Тикаяма.

– Османский клинок. По слухам, в конце Бакумацу его использовали в некоторых княжествах, – вежливо ответил Хирагиси и перешёл к следующему участнику: – Исии Отосабуро, бывший самурай княжества Гудзё-Хатиман, был правой рукой командира знаменитого отряда Рёсо-тай[21].

– Вспомнил! – внезапно воскликнул Дзимбо. – Это же его называются вторым Мусаси![22]

– Верно. Он всё так же использует два меча. – Хирагиси кивнул и продолжил: – Так, следующий. Тодороки Дзюдзаэмон. Бывший вассал сёгуна, служил в отряде Дэнсютай. Его мастерство меча было так высоко, что только одно его имя вселяло в противника ужас. Однако, поговаривают, во время битвы при Уэно он лишился слуха в результате обстрела. Как он смог дойти досюда – удивительно.

– А Икари Такэтора… Неужели из той самой банды Икари? – спросил Сакакибара, увидев ещё одно знакомое имя.

– Верно. Главарь одной из самых кровожадных группировок бакуто[23] во всём Токио. За деньги готов расправиться с кем угодно. Неужели среди вас, господа, никто не пользовался его услугами?

Хирагиси осмотрел собравшихся, хитро улыбнувшись. Некоторые опускали глаза в пол: если и не нанимали его, то, по крайней мере, хотя бы раз задумывались об этом.