— Твои лианы прекрасно обездвиживают мертвяков, а мне нужны ещё образцы плоти, — пояснил Макс, без спроса таская конфеты из вазочки.

— Я что-то не поняла, ты маг или нет? Неужели за тысячелетия развития магическая наука не придумала никакого, ну не знаю… обездвиживающего заклинания?

— Если бы обычная магия действовала на оживших мертвецов, людей моей профессии не существовало бы вовсе, — насупился маг.

— Тридцать процентов.

— Что?

— Я хочу в добавок к оплате аренды ещё тридцать процентов от твоего гонорара за услуги ассистентки и компенсацию за риск для жизни.

— Да ты смеёшься⁈ — изумился Макс, едва не подавившись конфетой.

— Ничего подобного, это разумная цена за мою помощь, — уперлась я.

— Я не понимаю, вы все в провинции такие жадные или мне просто так крупно повезло?

— Ну я бы на тебя посмотрела, если бы тебе пришлось жить на одну лишь пенсию!

— Ты же журналистка? Да и молодая ещё на пенсию жить, — хмыкнул маг.

— Во-первых, намекать на возраст женщине — верх бескультурья. Это и в нашей глухой провинции знают. А во-вторых, я — внештатный репортёр, нет статьи — нет денег. Это, между прочим, из-за тебя!

— Пятнадцать процентов и ты прекращаешь попытки заставить меня мыть посуду, — неожиданно выдвинул своё предложение Макс.

Я мысленно хмыкнула. Ну не зря же тридцать лет в редакции проработала, за людьми наблюдала. Наш главбух, когда к Дориану ходил размер премии утверждать, тоже всегда начинал с заоблачных цифр, чтобы после переговоров у шефа возникало чувство, что он смог таки переиграть коллегу. Правда работало это только до тех пор, пока главбух по чистой случайности не раскрыл эту схему на корпоративе. Неловко как-то получилось.

— Идёт. Но если со мной что-то случится, то так и знай, мой муж-гном не побрезгует познакомить тебя со своей секирой, — на всякий случай пригрозила я.

— Вчера был орк, теперь гном, я даже стесняюсь спросить, сколько всего мужей в твоём гареме? — усмехнулся Макс, разглядывая висящий на стене календарь садовода-любителя.

Я такой пассаж проигнорировала. Хоть в нашем королевстве и не узаконена полигамия, но любой уважающей себя даме приятно помечтать, что если её загрызёт какой-нибудь захудалый зомби, то за неё хотя бы будет кому отомстить.

Обтерев полотенцем тарелки, я наскоро заплела свои локоны в косицу. Маг тем временем собрал целую сумку барахла, и мы выдвинулись на кладбище.

Ночь, луна, красивый мужчина рядом. Если бы не гнетущая тишина и сюрреалистичные тени от памятников, в которых то и дело чудилось движение, это могла бы быть вполне себе романтичная прогулка.

Макс привычным жестом развесил свои голубые шарики, осветив всё пространство кладбища. Я встала поближе к склепу бывшего бургомистра. Его тело маг уже развеял, голову взял в заложники, а из добротного каменного склепа могло получиться отличное убежище в случае, если трюк с усами-лианами не сработает.

— Всё, ждём здесь, — скомандовал маг, видимо, окончательно войдя в роль моего босса.

Я огляделась по сторонам, нашла отломленную ногу гипсовой козы и на всякий случай вооружилась ею. Жаль, не подумала прихватить лопату.

Пока я сокрушалась о своей недогадливости, Макс извлёк из сумки знакомый череп и разместил его на могильной плите рядом с собой.

— А эту гадость ты зачем притащил?

— Хочу посмотреть, что будет. Мертвецы восстают по двое-трое и всё время разные. Прошлой ночью он тоже ожил, посмотрим как будет в эту, — маг достал карманные часы, — почти полночь, приготовься.

Я отодвинулась подальше от черепушки и вслушалась в звуки ночи.

Минут десять ничего не происходило, но неожиданно справа от склепа послышалось движение. Я быстро среагировала, спрятавшись за спину мага.

— Очень интересно, свежая могила у склепа и совсем старая вот там, — кивнул налево Макс.

— Откуда ты знаешь? — насторожилась я.

— Когда мертвецы оживают, я могу их почувствовать даже через толщу земли.

После разъяснения маг приспокойно уселся на могильную плиту, достал блокнот и перо.

— Ты что, решил написать завещание прямо сейчас? — испугалась я.

— Нет, конечно. Я зарисовываю схему, по которой оживают мертвецы. Из всего выходит, что они поднимаются вот в этом треугольнике, — Макс очертил геометрическую фигуру, которая складывалась из точек.

— А ты уверен, что сейчас самое время для черчения? К нам вообще-то могут пожалуют несвежего вида гости.

— Сомневаюсь. Из старой могилы мертвяку, скорее всего, вообще не вылезти, там плита гранитная сверху, а вот у того, кто лежит в свежей могиле шансы есть, там никакой плиты, только памятник с зеркалом. А кстати, это какой-то народный обычай, вставлять зеркала в памятники?

— Нет, конечно. На сколько я помню, там похоронена Виталина, дочка пекаря, она при жизни знатной красоткой была, пока не подавилась орешком, вот подружки и надоумили родителей зеркальце в памятник вставить, вроде как символ девичьей красы. По мне, так дурь какая-то.

— Мда, оригинальные у вас порядки. Статуи гипсовые, памятники странные, не приличное кладбище, а выставка авангардных скульптур, — почесал подбородок маг.

Тем временем шевеление возле склепа усилилось, и вот уже в свете фонарей показалась зомби-девушка. Она была с ног до головы перепачкана грязью, но даже сквозь слой земли была видна разлагающаяся плоть. По сравнению с красавицей Виталиной скелет бывшего бургомистра был почти симпатичным.

— Ну, твой выход, — поторопил меня маг.

Я бы и рада спеленать эту куколку, но проклятые клубничные усы почему-то не желали появляться. Покойница в это время огляделась по сторонам и, увидев своё отражение в зеркале, с размаху врезала по нему кулаком, а потом направилась прямиком к нам.

— Может вам стоит прекратить эти архитектурные издевательства над усопшими, и они тут же обретут покой? — пробормотал Макс, сильной рукой обхватив меня за талию и вытаскивая вперед.

— Что ты удумал⁈ Прикрываться мной как живым щитом?

— Давай же, призывай лианы, — крепко удерживая меня на месте, приказал маг.

Такие тесные обнимашки это, конечно, очень интересно, но не тогда, когда к вам шаткой походкой идёт зомби.

Я взвизгнула и зажмурилась, чувствуя ударивший в нос запах гнили. Перед собой как оберег я выставила козлиную ногу.

— Вот так бы сразу, — удовлетворенно хмыкнул Макс, размыкая объятия.

Я осторожно открыла глаза, мои верные зелёные лианы вновь вылезли из-под земли, надёжно удерживая зомби на месте.

— А если бы у меня не получилось? — дрожащим от волнения голосом спросила я.

— То мне пришлось бы превратить её в пепел, а тебе выставить штраф за отлынивание от работы, — невозмутимо ответил этот жадный тип, доставая склянки из сумки.

Череп бывшего бургомистра весело щелкнул челюстями, видимо, в знак мужской солидарности.

Глава 10

— Господин Белл, я всё понимаю, что магия — наука деликатная, требующая, так сказать, творческого подхода. Но скажите мне ради Бога, зачем вы превратили городское кладбище в огород? Смотритель требует увеличения зарплаты вдвое за ставку садовника! Наш бюджет просто не может себе такого позволить, — сокрушался бургомистр.

Ага, значит дядя Юстус неожиданно протрезвел, осознал, что он в последнее время стал подозрительно много работать, и пошёл жаловаться бургомистру.

Я придвинулась поближе к двери, чтобы было удобнее подслушивать.

Сегодня наш глава почтил мой дом своим присутствием сразу после обеда. Я, конечно, всё равно не выспалась, но магу, судя по всему, повезло ещё меньше. Вчера, когда мы вернулись с кладбища, он что-то долго писал в своём блокноте, а потом до самого утра что-то химичил. Полагаю, на момент, когда пришёл бургомистр, Макс только планировал завалиться спать.

— Господин бургомистр, это необходимая мера по обезвреживанию мертвяков и получению материалов для исследований, — терпеливо разъяснил маг.