В общем, Тайвань вызывал чувство неловкости, и я решил впредь не вкладывать туда столько энергии. Сочувствие и преданность являются неотъемлемой частью Алмазного пути, а нарушенные связи блокируют всякое развитие. Имея так мало времени, следует проводить его с теми, кто хочет учиться для блага всех, – с учениками и друзьями из западного мира.

Гонконг

В Гонконге наша работа тоже заключалась в том, чтобы удержать людей вместе. Индивидуальные беседы были там важнее, чем лекции, а это не очень хороший знак. Когда нас приглашали пообедать, несколько раз приходилось менять ресторан. Огромные аквариумы с красочными рыбами стояли там не для украшения. Предполагалось, что ты выберешь ту, что тебе приглянулась, и она немедленно окажется у тебя на столе. Это было не так плохо, как позже собаки и крысы в материковом Китае, но для нас все же чересчур. К счастью, поблизости всегда находились кафе, предлагавшие говядину или тофу, и наши хозяева, не жалуясь, шли за нами.

Таиланд

Бангкок, последняя остановка перед Индией, был шумен и суетлив. Мы осмотрели важнейшие храмы и с удивлением заметили, как в голосах гидов внезапно начинала звучать глубочайшая религиозность, когда они заводили речь о том, сколько золота и драгоценных камней содержится в статуях. Безусловно, буддийское Учение благоприятно сказалось на этой стране, но той глубокой преданности, какую демонстрировали наши тибетцы, мы там не увидели.

Индия

1 января 1985 года наш самолет приземлился в Калькутте. Как обычно, мы поспали в аэропорту, на ковре перед рестораном. Ближайшие отели были дорогими и изматывали нервы. В Калькутте мы встретили Беру Кхьенце Ринпоче. Ханна осенью переводила для него, и теперь им было о чем поговорить. Затем приехала сотня друзей, и, проведя пару часов в хаосе аэропорта, мы уже летели дальше, в Восточные Гималаи.

В Дарджилинге было холодно и ясно. Власти Дели снова осложнили нам въезд в Сикким, и на этот раз мы им ототмстили: контрабандой провезли через границу семнадцать поляков. Пока мы устраивались, приехал драгоценный Бокар Ринпоче, чтобы учить в отеле «Лхаванг». Добравшись до Румтека, опять без официального разрешения, мы по нескольку раз в день слушали поучения держателей линии преемственности. Прекрасный опыт! Даже относительно новые ученики вскоре почувствовали себя как дома в семье Цультрима Намьгяла и во всем Румтеке.

Непал

Затем был классический переезд на ужасном автобусе до Катманду, где в «Ваджра Отеле» Беру Кхьенце ежедневно давал поучения, комментируя текст Махаяны о поведении Бодхисаттвы. Когда он закончил свою речь одной особенно тяжелой цитатой о плохом влиянии женщин на медитацию, мы с Ханной с трудом удержались от смеха: мы знали, что на следующе утро у него назначена свадьба. Кстати, для четко регламентированного брачного рынка Азии отношения молодых развивались очень необычно: как только красавица-невеста увидела кругленького Ринпоче, она убежала от него прямо в объятия прекрасного принца из Мустанга. Через несколько лет Ринпоче нашел другую женщину – тоже благородного происхождения, но не столь необузданного нрава.

Во время этой поездки главное внимание мы уделили поучениям, а не святым местам. Мы хотели, чтобы наши друзья узнали как можно больше. Посредством все более тесных связей от Рейна на восток их знания будут быстро передаваться в другие центры.

^{Беру Кхьенце Ринпоче объясняет поведение Бодхисаттвы}

Италия

Весной 1985 года Дхарма начала укрепляться на севере Италии. Правда, важнейшие прозрения здесь обретались за обеденным столом, и одаренные люди из разных городов не могли прожить ни дня без веселящей травки и белого порошка. Тем не менее, там появились хорошие дружеские связи, прежде всего в Брешии. Некоторые из них сохранились до сих пор, и спустя годы нам удалось создать прочную сеть групп в этой стране, довольно серьезно поcтрадавшей от католицизма.

Швейцария

В Швейцарии Учение развивалось так же, как и все остальное в этой стране, – систематично, постепенно пуская корни. Еще несколькими годами раньше мы основали центр в исторической части Берна. Сегодня у нас есть часть особняка в Базеле и прекрасный дом в Цюрихе, подаренный близкой подругой по имени Аннемари. Там во дворе мы вместе с Лопёном Цечу Ринпоче построили гранитную ступу. Маркус, Гизела и остальные тесно сотрудничают с немецкими и другими европейскими группами. У нас с Ханной была в Цюрихе своя комната. В 2003 году мы приобрели также Амден – ретритный центр, расположенный в сорока минутах езды от Цюриха. Эта жемчужина превосходит все представления о красоте. В рейтинге пожеланий любого ламы эта страна занимает первое место, и туда совсем не трудно привлекать учителей. Нам только приходилось следить за тем, чтобы они еще и учили. Некоторые ограничивались тем, что просто роскошно проводили там время.

^{Наш центр в Цюрихе}

Дания

Поскольку для Родбю не нашлось ни одного тибетского ламы, я впервые в жизни провел двухнедельный летний курс, посвященный подготовительным практикам. Хотя Родбю находится в Дании, сотня участников состояла в основном из немцев и поляков. Все остались довольны, и с тех пор каждый год я провожу два десятка медитационных курсов по всему миру – в основном я учу «умиранию в сознании» (пхове). Затем из Калифорнии приехала Кэрол, и мы начали работу над черновиком «Открытия Алмазного пути».

Швейцария

Этим же знойным летом недалеко от городка Рикон в Швейцарии Далай-лама дал посвящение в Колесо Времени. Мы отправили туда шумную толпу буддистов Кагью – в основном для того, чтобы поддержать общее дело, ведь большинство уже получали эту инициацию у Калу Ринпоче или Тенги Ринпоче. Вначале Далай-лама дал очень мощное посвящение в Гуру Ринпоче. Ему предшествовали продолжительные поучения, предназначенные для публики, ориентированной главным образом на школу Гелуг – последователей «пути добродетельных». К Гуру Ринпоче они относятся неодобрительно, потому что у него было много женщин. Из-за неадекватного перевода во время посвящения почти никто ничего не понял, и даже Кэрол, профессор из Америки, не знала половины слов, которые сконструировал переводчик для описания полей силы.

Франция

Наутро после ночи, проведенной в дороге, мы встречали Кюнзига Шамарпу в аэропорту Парижа. Затем мы вместе отправились в «Ваджрадхара Линг» – ретритный центр Калу Ринпоче в Нормандии. С большим удовольствием наша «Ауди» разделывалась с тамошними узкими дорогами. В архитектуре деревенских домов той местности и сегодня угадывается стиль викингов, а население там более высокое и светловолосое, чем на остальной территории страны. Шамарпа провел церемонию обещания Бодхисаттвы, во время которой я изменил формулировку своего «антиалкогольного» обета. С 1971 года я придерживался правила «вообще ничего», а теперь пообещал «не доходить до состояния опьянения». Тем самым я надеялся расширить свои социальные горизонты, что отчасти было правильно, посколько иначе я все время работал. Радость я все равно испытываю постоянно, так что алкоголь интересует меня только из-за вкуса. Его химическое воздействие скорее неприятно и приводит к напрасной потере времени.