Нэс.

Я обернулся.

Она раскрыла крылья и раскинула руки и ноги, став ещё больше похожей на противное насекомое. Руки так и зачесались взять мухобойку. При этом по её телу стекала бурая жидкость — кровь. А в мистическом фоне она буквально пылала. Чуть присмотревшись, я заметил, что она побитая. Не хватает одной руки, где-то прорехи в крыльях. А ещё из бока торчит неприятное такое костяное копье явно производства Митарес.

Она ничего не сказала, но по взгляду было понятно: именно она лопнула петлю. Или не лопнула, а синхронизировала хронопотоки? Почему-то второй вариант казался правильным. И что удивительно, вместе с этим я почувствовал, что нахожусь в чём-то сферическом. В границах временной петли. Получается, из-за Нэс я могу их чувствовать?

Думать было некогда. За моё спасение Королева Окари платила огромную цену. Её тело разрушалось на глазах, а из Сердец, как и у Эхериона, осталось одно, и то на грани.

Не теряя времени, я схватил бывшего претора за руку и вытащил из границ ловушки. Как только мы оказались за спиной Нэс, сияние мистической энергии от неё прекратилось, и я вдруг понял, что время в петле продолжило идти. Но главное — я чувствовал границы пространства, которые нарушать не стоит.

— Мрак! Уроборос!

Я повернулся, но понял, что поздно. Клякса уже наполовину впиталась в его тело. Знай я, что петля разрушится именно в этот раз, не стал бы тратить секунды на растерянность и уничтожил бы её! Но драгоценное время упущено.

— Ты могла спасти Уробороса!

— Ценой твоего спасения.

Слова Нэс разом остудили мою разгорячённую боем голову. Я грязно выругался, понимая, что мог бы вырваться и сам, мог бы всё переиграть. Но со смертельным риском для человеческого тела и неизвестными последствиями.

— Ты как? — повернулся я к Нэс.

— Дальше сам.

— Тогда пригляди за Эхерионом.

— Сделаю.

— А сколько прошло времени, пока я был там?

— Время непостоянно. В ловушке ты мог провести двести часов относительно меня. А я в свою очередь пробыла тут относительно этой части Уробороса пару минут. Вопрос не в том, чтобы узнать, сколько времени прошло. Правильнее — относительно какого момента оно прошло. Но если брать реальность, где осталась Скарлет, то по приблизительным прикидкам прошло от часа до двух лет.

— Двух лет! Ты издеваешься? А можно как-то парой часов обойтись? — ошарашенно спросил я.

— Всё будет зависеть от того, в какой момент ты покинешь врата. Если очень схематично упростить, у каждого из секторов врат есть пространство вокруг. В этом пространстве внутри есть три временных линии. И когда ты оказываешься у одного — попадаешь в одну, перемещаешься к другому — в другую. Меняется не только время, но и пространство. Из-за этого в один момент ты можешь пролететь сто метров, и до врат ещё тысяча километров, а при пересечении границы времени ты тут же оказываешься перед ними спустя пять секунд. Или на два месяца позже. У врат нет чётких границ. Имей это в виду.

— Ну хоть что-то стало понятно, пусть и ничего не понятно. На обратном пути пригодится.

Я сменил фокус зрения на окружающее пространство. Обстановка изменилась. Врата, что были целыми, почти исчезли. Тело Уробороса во многом тоже уже распадалось, хотя в некоторых местах было ещё живым и целым. Но главное — Юм. Я увидел его сидящим на платформе в центре врат.

— Я синхронизирую потоки насколько смогу. Лети.

— Спасибо, Нэс. И да. Раньше ты мне нравилась больше.

Сказав это, я развернул корпус к Юму и полетел. Петля морально очень вымотала. Объяснения Нэс только загрузили голову. Пора всё заканчивать.

Т-Нуль-Пространство

Призрачные врата

Несмотря на обещание Нэс, я неспешно полетел к Юму, ожидая чего угодно от врат.

Новая гадость не заставила себя долго ждать.

Я снова увидел сцену. Опять рыба из нейрожидкости, опять мы сражаемся с Юмом. В ней у меня нет руки с клинком, я парю над жидкостью и стреляю в Юма Печатью. Он мне отвечает волной концентрированной энергии такой силы, что моё тело испепеляется, и остаются всего лишь обломки карбиона.

На эту сцену я смотрел философски. Если в первый раз было не по себе, то теперь уже всё равно.

Сцена закончилась. Чтобы появиться в другом месте, чуть выше и чуть дальше. На ней ударяю Юма клинком, прорубаю вертикально половину корпуса, но он своей рукой протыкает мой корпус и вырывает Сердце Роя. И затем пинает моего безжизненного механоида.

Сцена снова меняется. Вот я рвусь вперёд, подкат и бью сферой прямо в Юма из позиции снизу вверх на расстоянии меньше метра. Моя атака поглощается прозрачным щитом, а через пару секунд Юм полностью её возвращает в десятикратном размере. И вот уже мой корпус наполовину дезинтегрирован.

…Теперь я быстро рвусь под динамическим щитом в лобовую атаку, телепортируюсь. И на точке выхода меня протыкает десятка два тонких копий, выросших из пола.

…А теперь я едва коснулся пола, как меня затянуло и поглотило, словно болото.

…Я швыряю иглы, Юм бьёт метеоритом, скопированным у Киллира. Я разбиваю его Печатью, но сверху меня бьёт ледяная сосулька, пробивает щит, а затем в меня ударяет жёлтая молния. И после этого меня расстреливают из оружия со взрывными гоматическими патронами.

…А вот мы с Юмом сражаемся на клинках: у него серебряный, у меня зелёный. Его клинок истончается, но Юм быстрее. Он наносит мне порезы, и я всё больше покрываюсь серебром. Движения замедляются. И в конце Юм разрезает меня на тысячи мелких кусочков.

…А вот мы вошли в клинч. Его призрачный плащ окутывает меня и растворяет.

…заморожен и разбит на тысячи кусочков

…я сгорел в белом пламени

…я растворился в мутной жиже в виде сферы

…меня распяли на копьях из квазижидкости

…меня раздавили

…дезинтегрировали

…взорвали

…разорвали

…разрезали

…проткнули

…удушили

…закоптили

Сцены начали повторяться. Сцены возвращались. Сцены зацикливались. И все они показывали одно: мою неминуемую смерть. Её сотни вариантов. Где-то Юм не напрягался, где-то наоборот, выкладывался. Где-то мы дрались на кулаках. Где-то от наших атак сотрясалась сцена.

Пока я летел, рассматривал внимательно каждую из сцен. В голове крутились разные варианты: прошлое, будущее, петли? Реальность это или фантазия? К чему приведёт наше столкновение?

Но в какой-то момент в голове щелкнуло.

Это всё не настоящее.

Я знаю, что Юм умеет создавать иллюзии. Так почему бы ему не создать множество сцен и кидать их во временных разрывах, заставляя меня упасть духом. Но… зачем? Сомневаюсь, что он боится встретиться лицом к лицу. Я знаю его мощь. Видел неоднократно в деле. Да и характер у Юма не тот, чтобы прятаться за иллюзиями. Тогда зачем это всё?

Параллельно я отслеживал всё, что мог. Любые изменения реальности. Но пространство и время как будто устаканились. Сцены, мелькавшие передо мной, разошлись, и я наконец-то увидел её. Ту самую платформу, а на деле кусок то ли обшивки корабля, то ли кусок стены. Карбион? Металл? Большой, примерно десять на пятнадцать. Неаккуратно оторванные края, даже видны следы ладоней с той стороны, где его вытаскивали. Юм сидел ко мне спиной на краю, свесив ноги, насвистывая незатейливую мелодию.

— Давно ждёшь? — поинтересовался я, снизившись, но не касаясь платформы.

Сейчас мы с Капитаном оба работали на полную. Следили за всем пространством, что нас окружало.

— Месяцы? Годы? Здесь, знаешь ли, время течёт по-разному.

— Да знаю. Успел уже вкусить все прелести временных петель, — усмехнулся я.

— И как тебе?

— Повторять не хотелось бы.

— Ха-ха. Это да. Я вот тоже посидел в петле и больше не хочу.

— И зачем? Ты же легко мог вырваться.

— Пытался себя заточить после того, как напал на Город Заражённых.

Я замер, осмысливая сказанное. Юм боролся. Пытался бороться с сутью Уюн.