Элейн вошла, одетая в однотонное облегающее платье чёрного цвета. Выглядела она одновременно строго и при этом соблазнительно. Глядя на неё, я вдруг осознал, что безумно соскучился. По нашим совместным прогулкам по вечернему острову, по совместным обедам, по часовым разговорам и бессонным ночам. Захотелось вскочить, обнять, поцеловать и больше не отпускать. И я почти дёрнулся, но погасил порыв и так и остался сидеть.

Стелла и Джоуи встали и поприветствовали новую императрицу. Та им ответила так же любезно, а затем обратилась ко мне.

— Не против, если я сяду рядом?

— Падай, почему нет, — я указал на место рядом с собой.

Девушка села. Достаточно близко, если учитывать свободное место, но достаточно далеко, чтобы случайно не коснуться друг друга.

— Мы тут как раз обсуждаем личную жизнь Джоуи. Я вот рекомендую пойти к Кроуфорду и всё рассказать прямо и поинтересоваться, куда их отношения пойдут дальше. Она же пока в шоке от того, что Кроуфорд знает обо всех её делах на стороне за последние сорок лет.

— И в чём ты не прав? — Элейн взяла чашку. — Давно пора поговорить им обоим. А потом и троим. И всей семьёй.

— А вы-то откуда в курсе⁈ — возмутилась Джоуи.

— По статусу положено. Спасибо, Вигерда. Ммм, какой аромат. Клубника, ваниль, листья свежей руники и щепотка серебренника?

— Удивительно точно, — зарделась Вигерда.

Джоуи не заметила их общения.

— Кости Танула! Мне дают советы два человека не в отношениях!

— Я вообще-то почти женат. Вот как раз на ней, — указал пальцем на Элейн.

Вигерда в шоке подавилась и закашлялась. Герцог, стоявший тенью, тут же подошёл и предложил помощь.

— Как ни посмотри — на пару вы никак не тянете! — указала на нас Джоуи. — Могли бы обняться для приличия.

— Это… сложная тема, — вздохнул я. — Не хочешь её обсудить за прогулкой?

— Идём, — согласилась та. — Герцог, мы сами.

Тот кивнул.

Мы же встали и покинули дом моего брата. Некоторое время шли молча. Я не знал, с чего начать, потому что мыслей было очень много.

— Хочу прояснить. Ты принял мою нечеловеческую часть? Или же у тебя на этот счёт есть какие-то другие соображения? — спросила Элейн.

— Я тоже не человек. Влияние Сердца Изначальной Королевы таково, что я то ли сверхчеловек, то ли часть или особь мега-Роя. От этого я могу использовать способности и даже в большем количестве, чем обычные пилоты. И от этого же могу слышать и понимать Рой. Ты знала об этом?

— Я бы не была столь категорична. Я наблюдаю за тобой и всеми изменениями в тебе с попадания в проект. В классическом понимании ты человек. Хочешь определение — возьми сверхчеловек. В науке так называют людей, которые могут взаимодействовать с мистической энергией, зачастую это пилоты механоидов. И некоторые дети в единичных случаях.

— В таком варианте всё звучит не так уж и плохо, — усмехнулся я.

Её слова для меня авторитетны, и после них наступило облегчение. Приобняв её за плечо, мы продолжили идти.

— Забавно, да. Мы с тобой оба не люди в полном смысле этого слова и оба нашли друг друга, — поделился я.

— Нашлись два одиночества во всём Т-Нуль-Пространстве, — она поддержала.

— Может, сбежим в Империю? Зачем нам это всё? Отправимся к моей семье.

— Саманта будет в восторге, — легко приняла моя невеста. — Особенно от перспективы внуков.

— Согласись, план идеален.

— И вполне осуществим за сутки. Так что с тебя останется только собрать вещи. Хотя и вещи не нужны. Ну что? Поехали к Кроуфорду за К-Тераксом?

— Давай. И тогда мне не придётся лететь во врата и сражаться с Юмом.

Мы оба замолчали.

Мимо проехал аэрокат, обдав нас волной воздуха, от которого её волосы затрепетали и упали на глаза. Я поправил прядь волос. Лицо Элейн было печальным.

— Я как раз пришла сообщить, что Призрачные врата вышли из темпорального перехода и туда можно попасть.

— Если бы я не догадался — ты бы не сказала, кто меня там ждёт?

— Нет. Он просил не говорить.

Мы свернули на широкую улицу. Несмотря на разгар дня, людей было достаточно. Дети играли во дворах. Кто-то мыл аэрокат. Кто-то катался на велосипеде.

— Как ты себя чувствуешь? — не знаю, что хотел услышать в ответ.

— Мерзко я себя чувствую. Отвратительно мерзко.

— Вот и я чувствую себя примерно так же, — ответил я, грустно усмехнувшись. — Болтаю с Джефри, играю с Джастином, пью чай с Вигердой. Обсуждаю вот чужую личную жизнь. А сам будто горю изнутри. Когда память восстановилась, я прокручивал в голове хронологию. Считал, что с Уюн покончено и это врата плюются квазижидкостью. И ни разу мне не пришла мысль о том, что Юма готовили быть аспером. Он мне чуть ли не лично сказал, что от остатков Уюн придётся избавляться. От всех. Я представлял, что убивать придётся тебя, Джулиана. Это как-то было само собой разумеющееся. Но не Юма. Так объясни мне — как к этому пришло? Я же встречался с ним! Чувствовал его! Он не был заражён!

— Был. С того момента, когда ты убил Джулиана.

Я остановился посреди тротуара, пытаясь осознать временные рамки.

— В тот момент управляющего блока не стало, а директива осталась, — Элейн говорила ровно, будто зачитывала отчёт, и я понимал, чего ей это стоит. — Ей просто нужен тот, через кого она будет работать. Ближайшим приёмником была я.

— Ты им стала?

— Должна была. И тут надо понимать, что Уюн — это нечто чуждое для понимания людей. Директива перешла, можно сказать, по наследству мне, а я её тут же разделила со вторым аспером, выращенным для этого. Юм взял на себя столько, сколько смог удержать. Именно это позволило мне не наделать катастрофических вещей в первые же часы.

— А тело?

— Тело предложили позже. Вместе с переносом моего сознания в это тело была уничтожена большая часть той самой системы управления, так что Юм получился неполноценным аспером. Квазижизнь неоднородна. Какая-то часть не более чем обычный прожорливый паразит, а какая-то заставляет подчиняться директиве. Умная квазижизнь сама по себе конечна и не может воспроизводиться. Из-за этого поглощение Юма растянуто. Недостающие элементы он черпал со временем во вратах. Поэтому у нас и было время, чтобы помочь тебе адаптироваться к Т-Нуль-Пространству.

— Почему же я ничего не чувствовал?

— Будучи только прибывшим в Т-Нуль-Пространство, ты и твоя способность работали не так хорошо, как сейчас, после получения Капитана. В то же время Юм, чьё Ядро Оруса только слегка соединилось с квазижидкостью, искусно прятал её и от Роя, и от тебя. Бороться с директивой сложно, можешь поверить мне на слово. Когда ты разговариваешь с тем, кем дорожишь, и в то же время на тебя накатывает желание убивать — это сложно сдерживать. Поэтому он часто был вне доступа. Иногда сущность Уюн брала над ним верх, заставляя делать неприятные вещи, которые ненадолго сбивали жажду уничтожения. Подкинул заражённых тварей, где-то манипулировал, сталкивал, поставлял фрилансерам торы, закрывал глаза на многие незаконные вещи. Даже твоя травля в сети из-за Джоуи, стравливание спецслужб — всё с его подачи. Ты же знаешь, что основная суть — уничтожить всё живое. Как могла, я учила его оставаться человеком. И мне повезло, что он нашёл тебя и смог довериться. Повезло, что я смогла ослабить давление приказа на максимально возможное время.

— А что же было все эти годы, пока я был в Империи?

— Мы разделили ношу на двоих. Как когда-то с Джулианом — один устраивал катастрофу, второй пытался её решить. Т-Нуль-Пространство и Мета-Альянс страдали, но зато я смогла многое сделать в Империи. Нам удалось связаться с предками и наладить контакт. Они и предложили создать заряды для уничтожения врат. Юм лично их закладывал.

— Директива разрешила это?

— Если правильно подать это себе как указание. Я сотню лет была аспером и достаточно изучила Уюн, чтобы гибко обходить некоторые ограничения.

— Насколько гибко?

— У меня нет чёткого ответа, потому как каждое действие нужно тщательно взвешивать и подавать. Иногда делать сто, двести попыток, чтобы добиться своего.