Однако прежде чем мальчик схватил Бекки и они принялись бежать, индеец Джо скользнул в темноту и исчез. Должно быть, он не узнал Тома, эхо изменило его голос.

Всё же от перенесённого страха каждый мускул в его теле ослабел, и Том сказал себе, что, если у него хватит сил вернуться к ручейку, он там и останется. Ничто не заставит его рисковать, чтобы снова наткнуться на индейца Джо. Он скрыл от Бекки, что видел его, сказав, что крикнул просто так, наудачу.

Но голод оказался сильнее страха, и Том решил попытаться снова. После долгого сна у него появились силы исследовать пещеру дальше. Бекки была очень слаба. Она находилась в полусознательном состоянии, её ничем нельзя было расшевелить. Она говорила, что останется тут, где сидит, и будет ждать смерти — смерть уже недалека. Пусть Том возьмёт верёвку и идёт, если хочет, но она только умоляет его возвращаться почаще, чтобы быть с ней и держать её за руку, когда наступит конец.

Том поцеловал Бекки, чувствуя комок в горле. Он сделал вид, что не теряет надежды либо найти выход из пещеры, либо встретиться с теми, кто их ищет.

Терзаемый мучительным голодом и страхом безысходности их положения, Том взял верёвку и ощупью пополз на четвереньках по одному из коридоров пещеры.

Весь город оплакивал погибших детей. Настал вторник, Тома и Бекки искали уже три дня. Многие горожане оставили поиски и вернулись к своим повседневным делам, решив, что детей уже не удастся найти.

Миссис Тэтчер была очень больна. Навещавшие её говорили, что просто сердце у них разрывается, когда она зовёт Бекки, поднимает голову и прислушивается, нет ли ответа, затем с тяжёлыми стонами опускает её на подушку.

Тётя Полли впала в глубокую тоску, и её седые волосы совсем побелели за одну ночь.

Во вторник весь городок мрачно отошёл ко сну: люди уже ни на что не надеялись. Вдруг среди ночи на городской колокольне поднялся безумный трезвон. В один миг улицы наполнились ошалелыми полуодетыми людьми, которые орали: «Нашлись! Они нашлись!»

Горожане били в железные сковороды и трубили в рожки. Всё население толпой побежало к реке навстречу Тому и Бекки. Они ехали в открытой коляске, которую с криком везли горожане.

Весь город ожил, всюду сияли огни. Ещё никогда городок не переживал такой замечательной ночи! За первые полчаса в доме Тэтчеров перебывали чуть ли не все горожане. Они целовали Тома и Бекки, пытались что-то сказать, но не могли. Все плакали от радости и облегчения.

Тётя Полли была совершенно счастлива. Миссис Тэтчер недоставало только одного: чтобы гонец, отправленный в пещеру, сообщил её мужу, что дети нашлись.

Том лежал на диване в окружении толпы взволнованных слушателей. Он рассказывал им необычайную историю своих приключений, украшая её поразительно эффектными выдумками. Он описал, как оставил Бекки одну и отправился на разведку, как исследовал два прохода настолько, насколько позволила верёвка, как пошёл по третьему, пока верёвка не кончилась, и хотел было вернуться, но неожиданно увидел вдали какой-то проблеск, похожий на дневной свет. Он бросил верёвку и стал ощупью пробираться туда, потом просунул голову и плечи в небольшое отверстие и увидел перед собой широкую реку Миссисипи!

— Подумать только, — сказал Том, — будь это ночью, я не увидел бы проблеска света и не прошёл бы до конца прохода! Итак, я вернулся к Бекки и сообщил ей радостную весть, но она попросила меня не приставать к ней с такими пустяками, потому что у неё уже нет сил и она чувствует, что умирает. Я долго уговаривал её и наконец убедил, что нашёл выход. И потом она чуть с ума не сошла от счастья, когда своими глазами увидела голубую полоску дневного света.

Мы выбрались наружу, сели на землю и заплакали от радости. Мимо проезжали на лодке какие-то люди. Я окликнул их и рассказал нашу историю. Сперва они не поверили мне, решили, что это всё враки, затем всё же взяли нас к себе, накормили, уложили спать и спустя несколько часов привезли домой.

Три дня и три ночи напряжённых блужданий в пещере и голода не могли пройти даром, и Том и Бекки в этом скоро убедились. Всю среду и весь четверг они пролежали в постели, и казалось, что с каждым часом они всё больше устают и слабеют. Том в четверг начал понемногу вставать, в пятницу пошёл бродить по городу и в субботу почти поправился. Но Бекки не выходила из комнаты до воскресенья, а выйдя, имела такой вид, будто перенесла изнурительную болезнь.

Том узнал, что Гек тоже болен и лежит в постели в доме мистера Велша. Он пошёл навестить друга, но его строго-настрого предупредили не волновать Гека и запретили упоминать о происшествии с вдовой Дуглас. Тому уже рассказали о его храбром поступке, а также и о том, что в реке обнаружили тело, по всей вероятности, компаньона индейца Джо. Бродяга, очевидно, утонул, пытаясь спастись от погони.

Недели через две после освобождения из пещеры Том отправился навестить Бекки. Мистер Тэтчер и его знакомые спросили мальчика, не хочет ли он ещё раз побывать в пещере. Том ответил, что он не против. Тогда мистер Тэтчер объяснил ему:

— Чтобы больше никто и никогда не заблудился в этой пещере, я ещё две недели назад распорядился плотно забить дверь и запереть её на три замка.

Том побелел, как полотно.

— Что с тобой, мальчик? — закричал мистер Тэтчер. — Эй, кто-нибудь! Стакан воды!

Принесли воду и прыснули Тому в лицо.

— Что с тобой? — повторил мистер Тэтчер, и Том прошептал:

— В пещере индеец Джо!

В пять минут новость разнеслась по городку, и около десятка мужчин отправились в пещеру вместе с Томом и мистером Тэтчером. Когда они открыли дверь, в смутном полумраке их глазам представилось печальное зрелище. У самого входа лежал мертвый индеец Джо, прижавшись лицом к дверной щели, словно он до последней минуты не мог оторваться от света и радости вольного мира.

Том был потрясен, потому что по опыту знал, какие страдания пришлось пережить этому человеку. Он почувствовал жалость, но в то же время испытал огромное облегчение, так как ощутил себя в безопасности. Индеец Джо был мертв. Больше никогда страх его мести не будет преследовать Тома. Больше никогда ему не придется ходить по улицам с оглядкой, не поймает ли его свирепый убийца.

Неподалеку валялся кривой нож индейца Джо. Его лезвие было сломано пополам в безнадежных попытках расколоть дверь.

Обычно в расселинах стен неподалеку от выхода можно было найти с десяток сальных огарков свечей, оставленных путешественниками. Теперь не было ни одного. Индеец Джо, должно быть, отыскал их и съел. Он ухитрился поймать несколько летучих мышей и тоже съел их, оставив одни ноги. Несчастный погиб голодной смертью.