— Пока вы работаете с нами, Маргарита, никто не найдёт вас, никто не заставить вас сдаться своим обвинителям.

— То есть… — его слова казались Марго абсурдными, и только знание того, кто он такой, мешали ей рассмеяться ему прямо в лицо, — даёте мне политическое убежище?

— Я могу предложить, что угодно, если этого недостаточно.

Марго резко втянула носом воздух и замерла, не веря собственным ушам.

— Что угодно? — а потом разочарованно выдохнула. — Ну, конечно, не из-за меня, а ради королевы…

— Да, дело действительно в ней, — признался он, — но мы очень тепло относимся к вашему народу и в любом случае не станем причинять вам вред.

— Почему я должна верить вам, существам из галактических легенд? Вдруг всё это иллюзия, вдруг я…

— Ричард Нейтан, — сказал Мэйксанейро, прервав её порывистую речь.

— Что Ричард Нейтан? — глупо произнесла Марго. Это имя будто ударило её в солнечное сплетение, и она на миг потеряла способность дышать.

— Мы можем ему помочь. С ним ведь что-то случилось, не так ли? С вашим другом.

Марго широко распахнула глаза и схватила ртом воздух, вдруг наполнившийся пыльцой, ощутила медовый привкус и не произнесла ни звука. Мэйксанейро продолжил.

— Мне не нужны особые способности, чтобы знать об этом. Половине Млечного пути о нём известно. Неслыханное прежде дело, по обоюдному договору представители Человечества направили вашего друга в одно из лучших криохранилищ Ригеля.

— Крио… что? — Марго пошатнулась. — Он… — она не могла произнести это слово, просто не могла.

— Нет, — уголок губ Мэйксанейро впервые за весь разговор дрогнул, когда Марго облегчённо выдохнула, — но может, если мы не вмешаемся… — он смотрел на неё, оценивая реакции, и вдруг спросил. — Что вам известно об Аур-эсенада?

— Аур-э…

— Понятно, — Мэйксанейро задумался, и на какое-то время между ними воцарилось молчание. Как выяснилось позднее, он думал, как начать, как подать информацию так, чтобы она поняла. — Аур-эсенада, — заговорил он спустя время, — это врождённая способность расы Ауро. Много световых лет назад в связи с конфликтом в системе Ли Мо, Ауро обязались избавиться от этой способности своего организма. Аур-эсенада с тех пор не появлялась ни в одной из галактик, но теперь она здесь. Это не болезнь, как многие думают, и не вирус, как привыкли считать невежественные учёные с разных планет, но это опасно для любого, кто когда-либо имел дело с Ауро.

— Как оно действует?

— Это связано со способностью Ауро перенимать облик любого существа во вселенной. Они рождались с отростком в области сердца под грудной клеткой, вроде пробивающегося из земли цветка, и, когда наступало время цветения, маленький Ауро находил жертву, смотрел ей в глаза, тем самым гипнотизируя, затем принимал облик жертвы. Обычно жертвами становились существа разумные или близкие к разумным, осознающие себя и окружающую реальность — пристальный взгляд вгонял их в оцепенение, и они не замечали, как противник оказывается рядом и пускает в их тело семена. Из семян прорастали длинные лианы, сжимали внутренности, но не смертельно, а так, чтобы влиять на процессы жизнедеятельности. Конечно, на первых этапах развития Ауро эту способность использовали для охоты, заранее готовили жертв, а потом просто приказывали им прийти на заклание, но века спустя стали применять в войнах с другими расами. Через лианы внутри врага Ауро могли управлять своей жертвой как и когда им вздумается, но для этого необходимо было находиться недалеко от жертвы, иначе действие сходило на нет. Уже не говоря о том, что для начала враг обязательно должен иметь глаза.

— Таких рас много, — задумчиво отозвалась Марго, — с глазами.

— Да. Поэтому Ауро и достигли такой незыблемой славы… — заключил Мэйксанейро и вернулся к первоначальной теме разговора, — ваш друг, Маргарита, носитель лиан Ауро.

Марго вздрогнула.

— Хотите сказать, Ричард был под властью какого-то Ауро?

— Был. И вы были.

— Что? — мороз пробежал по коже Марго, и Мэксанейро поспешил успокоить её.

— По-разному. В нём проросли лианы Ауро, а вы лишь случайно оказались в зоне действия спор, которые являются неотъемлемой частью самих Ауро и избранных ими жертв. Разве вы не чувствовали влечения к своему другу, разве не готовы были пожертвовать всем, что у вас есть, ради него?

Марго сглотнула.

— Но тогда… разве тот Ауро, кто управлял Ричардом, не должен был принять его облик?

— Не обязательно. Ауро могут принимать облик любой из прежних жертв. Это всё хранится в тёмной сфере их духа.

— Тёмной сфере духа? — Марго не помнила, когда последний раз выглядела настолько глупо. Наверное, в начальной школе.

— Тёмная сфера духа Ауро, — объяснил Мэйксанейро, — это подобие того, что вы называете «душа». Нечто внутреннее, энергия жизни, суть личности…

— Я… — Марго зажмурилась и помассировала виски, — … мне нужно обдумать всё это… Ричард… да, Ричард… как же он мог оказаться рядом с Ауро? — медовый запах и привкус на языке становился сильнее и, казалось, действовал как успокоительное.

Мэйксанейро совершенно по-человечески вздохнул.

— Хотя, как я и сказал, у Ауро очень давно не рождались дети с Аур-эсенада, ваш друг каким-то образом получил лиану ещё в раннем детстве. Уже не существует врачей, способных удалить это из его организма, но мы можем это сделать и сделаем, Маргарита… в обмен на вашу услугу.

Марго провела ладонями по собственным щекам снизу вверх, запустила пальцы в волосы и, сдавив голову на мгновение, расслабила руки, и они безвольно упали вдоль тела.

— Я танцовщица, — выдала она последний аргумент, — я не наёмник и не агент. Я ничего не умею.

— Полукровка учил вас, я знаю, — возразил Мэйксанейро, — вы сможете. Разумеется, он не мог научить вас многому, поэтому пойдёт с вами для подстраховки… после того, как восстановится.

— Лар? Принц Ларсион? Но он же… он… — она махнула рукой в ту сторону, где последний раз видела тело Лара.

— Для восстановления здесь ему нужно совсем немного времени. Он пойдёт с вами, и вы приведёте мне человека… того, кто принял в себя дух правительницы, — Мейксанейро сделал шаг к Марго и взял её руку.

Марго подняла на него взгляд. Её будто коснулся прохладный эфир, он перетекал от него в её тело, в саму душу, заполняя медовой сладостью и её, и всё вокруг, изгоняя неуверенность, страх и сомнения, вселяя силу и бодрость, избавляя от остатков боли.

— Нам легче всего взаимодействовать с человеческими душами, — объяснил он, — но мы не знаем почему. Прошу прощения за это вмешательства. Но я чувствую, что вам это необходимо. Эффект длится недолго, однако вам хватит на то, чтобы завершить все дела и вернуться. Приведите мне человека, и я сделаю всё, чтобы ваш друг избавился от проклятья. Приведите живым.

— Кого? — Марго подумала, как странно, что он до сих пор не назвал ни имени, ни координат, и испугалась, что им с Ларом предстоит искать иголку в стоге сена.

Мэйксанейро отпустил её руку и отошёл, вновь принимая свой истинный облик. Ответ прозвучал глухо и эхом разнёсся над равниной цветущих примул.

— Нину Леоновенс.

Глава 8

Тина

Кто она такая? Что с ней не так?

Эти вопросы не оставляли Нину ни на миг с тех пор, как они покинули «Илларион». Она старалась спрятаться от них в тренировках, в проработке плана, в рассмотрении всех аспектов грядущего задания, и за этим не заметила, что они с Антоном избегают друг друга не выходят на открытый диалог и перестали обсуждать даже будничные насущные темы. То, что она чувствовала к нему на «Новой Земле» — её ревность и недовольство — перестали иметь значение на фоне возникших вопросов. Почему она смогла понять главу Конфедерации без переводчика? Почему смогла ответить ей? И как это связано с её умением использовать очарование Флёрсарин.

Антон всё прекрасно понимал и в любом другом случае постарался бы не дать Нине остаться наедине с собой, однако не находил в себе сил нарушить её одиночество. Ему казалось, что напоминание о том вечере или любой другой личный разговор разозлят Нину или, что ещё хуже, заставят её посмеяться над ним. Он боялся её обидеть, не хотел соблазнять, и потому понятия не имел, что вообще с ней делать и с чувствами, которые с каждым днём становились только сильнее.