— Так это у меня отдых такой, дальше может быть куда веселее, — ответил я, и в этот момент к нам присоединился Леонид, а сразу за ним Александр. — Рад вас приветствовать, господа. Понимаю, что времени для ознакомления и анализа прошло слишком мало, но прошу вас высказаться по поводу договора.

— С юридической точки зрения к нему не подкопаться, — тут же ответил Рюмин. — Он чист с любой стороны, как ни посмотри. Почти идеален, и этим вызывает кучу вопросов. Но главное — нас хотят втянуть в какой-то блудняк.

— Как верно подмечено, — цокнув языком, улыбнулся Багратион. — Пока это не наш конфликт, но рано или поздно будет. Так если нам всё равно с ними воевать, почему бы не сделать это заранее и на чужой территории?

— Для того чтобы война началась, должны проиграть дипломатия и торговля, — возразил посол. — А сейчас и то и другое развивается семимильными шагами. Даже за один вчерашний день мне удалось поговорить с генеральными консулами Османской империи и Египта. И хочу заметить, они тоже очень не хотят войны. Более того, оба просят заключения пакта о ненападении.

— И оба же активно скупают корабли у общества Тесла, а Орден Асклепия в их странах получил почти полную свободу, — вмешался Багратион. — Теперь их клиники-крепости неприкосновенны уже как территории отдельных стран, а нападение на них приравнивается к нападению на Единую Монархию. Взять медицину под контроль, как это удалось сделать в России, уже не выйдет.

— Ещё и Асклепий… — поморщившись, вспомнил я, а затем внутри шевельнулся червячок беспокойства. Да что там — даже страха. — Они могут выпустить на неподконтрольные страны эпидемию, чтобы потом стать спасителями?

— На фоне того, что африканский пожиратель почти остановлен — да, — ответил Леонид, и Сан Саныч картинно вздохнул.

— Если вы каждый свой разговор так строите, то понятно, почему его величество по всему свету с шашкой скачет, — сказал посол. — Вы вначале подумайте, как этого можно избежать, не тратя наши ресурсы или расходуя их минимально. А в идеале вообще — заработать на чужой проблеме. Не денег, так имидж и репутацию.

— Предлагаете дождаться эпидемии, а потом наладить выпуск вакцины? — уточнил я, и посол медленно поднял брови.

— А мы можем? — заинтересованно спросил он.

— Теперь, когда от наркотической зависимости врачи освобождены, и мы вернули на родину тех, кто ещё её помнит и любит, — можно попробовать, — ответил я осторожно. — На разработку лекарства могут уйти месяцы, за которые эпидемия заберёт сотни, а то и тысячи жизней. К тому же, если Асклепий сами выпустят вирус, то и вакцина у них будет готова сразу. Тут только вариант, если разведка сумеет заранее выявить такое заражение и выкрасть вакцину.

— Боюсь, после вашего успеха они значительно усилили меры безопасности и контроль за входящими сотрудниками, — покачал головой Багратион. — Это почти нереально, тем более в промышленных масштабах.

— Даже с опозданием в полгода, появление вакцины вполне сможет покачнуть чашу весов в нашу пользу. Особенно если её связать с вашим образом и прививать всех во время визита его императорского величества, — задумчиво проговорил Рюмин, и что-то мне от этих рассуждений стало ещё тревожнее.

Мне-то, казалось, что он будет ратовать за мир, сосуществование и договоры, а старый волкодав не гнушался таких методов, от которых открещивались даже армия и внешняя разведка. Одно дело — диверсии и шпионаж, другое — устроить эпидемию.

— Мы не будем создавать вирусное и бактериологическое оружие и тем более применять его на третьих странах не участвующих в войне против нас. Это закрытый вопрос, — отрезал я, и посол тут же откинулся в кресле, пожав плечами. — Вакцины же можно и нужно делать. Школы графа Игнатова и ордены не в состоянии пропустить через себя столько людей, чтобы всех обучить раскрытию чакры земли.

— Тогда ордену Богоматери Марии стоит начать двигаться в этом направлении уже сейчас, — заметил Рюмин. — Если мы покажем, что в состоянии конкурировать в этом плане со специалистами Асклепия, то они вряд ли будут создавать для нас удобное поле.

— Соглашусь. Зачем тратить ресурсы, если можно не тратить? — кивнул Пётр. — Но, господа, мы что-то ушли не в том направлении. Предлагаю обсудить предложения индусов, которые его величество уже подписал. Мне бы тоже не хотелось ввязываться в прямое противостояние, и в то же время очень желательно эти силы, находящиеся в нашем подбрюшье, подсократить.

— А что, если послать не флот, а штурмовые роты? Скажем парочку? — живо поинтересовался Леонид. — Если ваш десант покажет себя столь же отлично в реальном бою, как и на учениях, это станет решительным аргументом не связываться с нами в полноценной войне. В то же время участие даже трёхсот воинов, да ещё на территории, которую Единая Монархия официально не контролирует…

— Можно провести их через увольнение, а затем создание добровольческого корпуса, — предложил дипломат. — Так чтобы официально они к нам, если и имели отношения, то очень опосредованное.

— Вряд ли выйдет. Всё же элитные войска… — поморщился я.

— В таком случае подойти с обратной стороны и сделать их абсолютно легальными силами миротворцев, которыми распоряжается лично император, — тут же переиначил идею Рюмин. — Ограничить им сферу деятельности, например, наведением порядка и оказаниям помощи мирному населению, и под этими предлогами использовать в других странах. При их официальном запросе, естественно.

— А вот это хорошо, — поддержал его Леонид. — Имперская гвардия… нет, орден Ангелов Императора… Да ладно, вы сами придумаете, как его назвать. Выделить из каждого подразделения несколько человек, которые наиболее приспособлены к поставленным задачам, и, объединив их в это подразделение, посылать в разные страны. Ну или даже не в те, которые нас интересуют, а в их соседей.

— Именно, — кивнул Пётр, которому идея тоже пришлась по душе. — Отправить сейчас в Индию, на границу, и под этим предлогом зачистить все соседние страны от присутствия остатков английского экспедиционного корпуса.

— То есть вы не против подписания договора в таком виде?

— Если вы хотите, мы можем затягивать его ратификацию на бесконечное время. Можем вообще никогда не подписывать, — тут же ответил Рюмин. — Но на мой взгляд, это довольно удобный повод начать вводить наши подразделения для создания плацдармов. Можно и вовсе запрашивать для их размещения… нет, лучше выкупать землю и, раз уж они будут официальными, присоединять их к территории посольства.

— И дипломатическая неприкосновенность на случай конфликтных ситуаций, — кивнул я, больше своим мыслям, чем словам посла.

— Это будет не лишним, но если получится, то они станут лицом русской нации за рубежом, — подтвердил Пётр. — И тогда это должны быть лучшие из лучших. И объединять собой самые важные направления всех орденов.

— То есть возражений нет, — констатировал я. — Тогда подготовьте бумаги, чтобы комар носу не подточил. Про землю и статус обязательно не забудьте. А я займусь подготовкой всех орденов. С вами, Пётр Николаевич, тоже поговорим на эту тему.

— Конечно, ваше величество, я подготовлю список кандидатов, — кивнул он.

Распрощавшись, я отключил связь только для того, чтобы отдать распоряжение о совещании с магистрами орденов. Что было не так-то легко сделать: они были разбросаны по стране и часовым поясам, и каждый из них занимался важным делом. В результате решил написать общий перечень вопросов, дав им возможность подготовиться заранее, а уже потом разговаривать по существу.

— Уже закончил? — заглянула ко мне Ангелина, когда в окнах стало совсем темно.

— Боюсь, у правителя дела никогда не заканчиваются, дорогая. А у нас ещё и постоянный аврал, так что даже он становится рутиной, — вздохнул я, отодвигаясь от стола, заваленного бумагами.

— Ты мне всё больше напоминаешь отца, моего, — заметила Мария с кривой улыбкой. — Такой же трудоголик. Правда, ему с женщинами не везёт, как он считает, а вот тебе явно фартит. Иначе бы как ты стал супругом таких потрясающих нас?