Она не чувствовала страха. Совсем. Возможно, в этом-то и была вся проблема.

Некрия уселась на верхний край стены, свесила ноги в пустоту и только тогда позволила себе оглядеться. Впереди была пропасть — бесконечная. С такой высоты невозможно было понять, что там внизу: река, острые камни или просто смерть, поджидающая неосторожных.

Она убрала волосы с лица, отряхнула ладони и положила их по обе стороны от себя на грязный камень. Воздух здесь, наверху, был другим — чистым, холодным, почти стерильным. Она закрыла глаза и просто дышала. И улыбнулась. Сама не заметила, как.

Вечер с Унсином всплыл в памяти — его голос, его истории, его лёгкая, ни к чему не обязывающая болтовня. Как давно она не чувствовала себя так просто, так… свободно?

Улыбка дрогнула и исчезла. Голос. Другой. Низкий, напряжённый, въевшийся в подкорку.

Некрия.

Она зажмурилась сильнее. Нет. Пожалуйста. Не сейчас.

Некрия.

Громче. Отчётливей. Напористей. Он звучал в её голове так ясно, будто стоял рядом — с этими своими тёмными кругами под глазами, с вечно взъерошенными волосами, с руками, которые то сжимались в кулаки, то тянулись к ней, но замирали на полпути.

— Уходи, — прошептала она в пустоту. — Пожалуйста, уходи.

Но голос не унимался. Наоборот — становился громче, заполняя собой всё пространство внутри черепа.

— Пожалуйста! — выкрикнула она уже вслух, срываясь на прерывистое дыхание. — Исчезни! Ты мне… Убирайся из моей головы!

— Некрия.

Она вздрогнула так, что едва не сорвалась вниз. Резко обернулась — и замерла: Ноктифер стоял внизу, на том самом месте, где она карабкалась на стену. Стоял, задрав голову, и смотрел на неё снизу вверх. Ветер трепал его волосы, рвал полы камзола, делал его фигуру почти нереальной, сотканной из серого утра и тёмного камня.

— Что ты… что вы здесь делаете? — крикнула она, пытаясь перекрыть шум ветра.

— Утренняя… прогулка, — донеслось снизу.

Она быстро, почти судорожно, попыталась пригладить волосы — бесполезно, ветер тут же снова растрепал всё, что она успела уложить.

— Спускайся! — крикнул он, делая шаг к стене.

— Н-не надо! Я сама!

Но он уже полез. Хватался за те же выемки, что и она, но пальцы его — слишком крупные, слишком неуклюжие для таких крошечных углублений — соскальзывали раз за разом. Камень сыпался из-под ног, но Ноктифер продолжал лезть.

Некрия смотрела на это и чувствовала, как губы сами собой расплываются в улыбке: он был совершенно не приспособлен к такой примитивной задаче.

— Отойдите! — крикнула она, махнув рукой. — Я сейчас спущусь, только отойдите!

Он послушался — отступил на пару шагов, не сводя с неё глаз.

Некрия ловко, привычно уже, перекинула ноги, нашла опору и спрыгнула вниз, в последний момент отпуская стену. Приземлилась бы удачно — но он шагнул вперёд и поймал. Схватил и прижал к себе.

— Я бы не упала, — выдохнула она, упираясь ладонями ему в грудь. — Не стоило.

Он промолчал и сильнее сжал её в объятиях. Некрия же опустила голову, не в силах выдержать его взгляд.

— Отпустите, — попросила тихо.

Он медленно опустил руки, ставя её на землю. Но продолжал держать её руку, сжимая пальцы.

— Отпустите, — повторила она, уже чуть громче, но в голосе не было уверенности.

Он нехотя разжал пальцы. И когда почти отпустил — провёл большим пальцем по её запястью. Некрия сама подалась на это прикосновение — на долю мгновения, — и тут же отшатнулась, отступила на шаг, низко склонила голову в поклоне.

— Ваше высочество, — заговорила она сбивчиво, не поднимая глаз. — Разрешите мне съездить в агентство? Уточнить у Бер… у госпожи насчёт заказа. Чтобы не подвести…

Он вдруг усмехнулся.

— Ваше?..

Она рискнула поднять взгляд: он стоял перед ней, и на лице его было такое выражение, которого она никогда раньше не видела — лёгкое, почти беззаботное, с хитринкой.

— Матушки с отцом до вечера не будет, — сказал он, присаживаясь на корточки, чтобы заглянуть ей в лицо снизу вверх. — Я встретил отца, когда бродил по дворцу в поисках…

Он запнулся. Не договорил. Но она поняла — искал её.

— Он сказал, что сегодняшний день будет для меня неплохой тренировкой перед коронацией, — продолжил Ноктифер, заламывая пальцы с хрустом. — Так что помощь твоя мне нужна сегодня как никогда.

Он тихо вздохнул и тише добавил куда-то в землю:

— Я ведь не справлюсь без тебя.

Некрия кивнула, пряча улыбку.

— Тогда... можем приступить прямо сейчас. Если сейчас же отправимся...

— Босиком? — улыбнулся он.

Она только сейчас осознала, что стоит на холодной, усеянной мелкими камнями земле без обуви. Метнулась взглядом по сторонам, ища туфли, — их не было.

— Но я же здесь… они были здесь… — растерянно пробормотала она.

Когда она наклонилась к отдалённому кусту, сзади, за стеной, послышался шум — что-то проскоблило стену с другой стороны и резко исчезло. Некрия обернулась на звук, потом снова на Ноктифера — он с невинным видом отряхивал руки.

— Мы уже как-то это обсуждали, — сказал он вставая. — Твой внешний вид сказывается на моём статусе.

— Но никто не увидит, — возразила она. — Все спят.

Он только пожал плечами и, подойдя к ней вплотную, подхватил на руки.

— Лучше так, — буркнул он, — чем вновь вызывать придворного лекаря.

Она замерла в его руках, не зная, куда деть взгляд, куда деть руки, куда деть... себя. А он пошёл — неспешно и осторожно, будто для него это стало каким-то обычным делом.

— Ваше высочество, я… я ведь могу к этому привыкнуть.

— Угроза?

Он смотрел прямо перед собой, и в профиле его читалась та особенная, отстранённая решимость, которая появлялась у него в моменты, когда он принимал решение и не собирался отступать. Ни тени сомнения, ни намёка на то, что он вообще рассматривает возможность опустить её на землю.

— Ваше высочество, — начала она снова, пытаясь вернуть контроль над ситуацией, — ваши родные…

— Плевать, — перебил он. — Кажется, у нас с ними это взаимно.

— Но я…

— Мы ходим по кругу, — оборвал он, не дав ей договорить. — От этого начинает тошнить.

Он свернул с гравийной дорожки в узкий проход между кустами — явно срезал путь, ведомый только ему известными тропами. Здесь ветки цепляли её за волосы, за плечи, но он пригибался, прикрывал её собой, заслонял от колючек, даже не думая об этом. Каждое движение было почти нежным — хотя на лице не дрогнул ни один мускул.

— Ваше высочество, — снова заговорила она, когда молчание стало совсем уж невыносимым, — куда мы идём?

— В кабинет отца, — ответил Ноктифер коротко. — Он велел мне сегодня заниматься делами оттуда. Сказал, что это будет неплохая тренировка перед коронацией.

— Но я… зачем я вам там?

Он остановился.

— Затем, что без тебя я не справлюсь, — сказал он тихо. — Ты нужна мне. Я же говорил.

Она отвернулась, пряча лицо: щёки загорели. И когда он снова двинулся дальше, она позволила себе на секунду — всего на одну крошечную, украденную секунду — прикрыть глаза и просто быть. Быть в его руках. Быть той, кого несут. Быть той, о ком заботятся.

Бессонная ночь, переживания, этот безумный подъём на стену, а теперь мерное покачивание на руках — всё смешалось в тягучую дымку. Некрия сама не заметила, как её голова склонилась к его плечу, как веки отяжелели, как дыхание выровнялось и стало глубоким. Она уснула на его руках, а очнулась на чём-то твёрдом.

— Проснулась?

Голос раздался справа, из-за чего Некрия тут же села рывком. Ноктифер сидел в соседнем кресле, чуть откинувшись на спинку. Перед ним лежала раскрытая папка, в руке застыло перо — он явно работал, пока она спала.

— Ваше… ваше высочество? — Некрия заморгала, пытаясь проснуться окончательно. — Я… как я здесь? Мы же… мы шли…

— Ты уснула, — коротко пояснил он. — Я не стал будить. Посадил тебя в кресло, чтобы ты не упала. Ты лёгкая, но спать на руках, когда я работаю, было бы... неудобно нам обоим.