«Ко мне уже приходила одна, настойчиво распрашивала, вынюхивала, я испугалась, потом она ушла, где-то взяла мой номер и начала доставать звонками, а сейчас, знаете ли, мошенников на каждом углу, пять минут с ними поговоришь, окажется, что и комнату отписала, и себя на органы!»

«Понимаю, но вот вы видите меня в отеле, это чистая случайность, я знаю, кто вы, по вашему, я сюда заселился, зная, что вы однажды сюда зайдете? Мы здесь уже несколько дней!»

Дама призадумавшись вымолвила: «Пожалуй, выглядит как случайность, что вы хотите знать?»

«Место могилы и, если есть, то данные о братьях и сестрах Сергея. Это все, что требуется, он хочет приехать, поплакать на могилу, а своим кровным родственникам оказать поддержку и помощь, если они им требуются».

«Ох, она им точно требуется»

«Как это?»

«У Сергея два брата и две сестры, двое уже совершеннолетние, а двое живут в детдоме».

Владимир парировал: «Но у них же есть вы!»

«Я есть, а что у меня есть? Иногда мне приходится жить в отелях, потому что у нас в коммуналке течет крыша, а ремонтировать ее никто не собирается, ни одна УК не хочет браться за ремонт, дорого, невыгодно!»

«В каком они хотя бы детдоме? Мы были в одном, там все закрыли, нет больше детдома».

«Ну да, нечисто что-то было, их потом объединили, как помню, и перенесли почти в соседнее здание».

Вот охранник сыч, наверняка все знал, но решил сделать отсутствующее лицо. Получив адрес детдома и место захоронения, любезно нарисованное ручкой на салфетке, как в классическом русском квесте начала 90-ых, Владимир снова прилег, пока дама беседовала с администратором, оформляясь в отель. Она была тучной женщиной, поэтому поднимаясь на второй этаж, она сопела и пыхтела так, будто приближается к финишной прямой ультрамарафона.

Когда Женя проснулась и не обнаружила Владимира в комнате, она пошла искать его, сначала заглянула на общую кухню, посетив тем самым ее первый раз за всё время поездки, на кухне странного вида индус что-то старательно оттирал от пола. «Здравствуйте», - на чистом русском, без акцента, сказал он. «Доброе утро!» - ответила она и тут же ушла. Спускаясь по лестнице, она увидела Владимира на диване, долго объяснять ей, что с ним случилось, не пришлось, она знала, что спина - это его ахиллесова пята. Он рассказал ей, что добыл адрес и что можно ехать. Женя задумалась и сказала: «Ну это же точная информация, от самой их тети, значит, можно не ехать, значит можно просто отдать адреса Сергею и возвращаться домой».«Тогда я смотрю билеты на поезд?»

«Давай сначала попробуем добраться до номера, а там и посмотришь». - ответила Женя.

Она, будучи крохой по природе, подставила ему плечо, чтобы Владимир мог встать, оперевшись. У него получилось. Сквозь боль у одного и тяжесть от груза у другого, они минут за десять, с передышками, смогли добраться до номера. Женя переслала все данные Сергею, Сергей прислал в мессенджере пару сотен евро со словами благодарности, путем прикрепления к сообщению EURC.

Глава 3. Скверне быть!

Поезд уходил обратно в Москву с того же вокзала, куда и прибывал из нее. Они долго не могли найти платформу, потому что у РЖД до сих пор какие-то невнятные указатели, похожие на кривые подсказки к отдельному квесту по поиску предметов. Подойдя к охраннику, Женя уточнила, как добраться до нужной платформы. Оказалось, что путь лежал через подземный переход, неприметный вход в который был прямо с внутренней стороны вокзала. Все это напоминало чем-то Санкт-Петербург, нет, не великой архитектурой, а ситуацией, когда ты открываешь рандомную пластиковую дверь, а за ней может быть и вход в метро, и роскошный ресторан. Поезд тронулся, когда часы пробили полдень.  Жене пришло сообщение от детектива с координатами и справкой о смерти, деньги пришлось отдать, человек выполнил свою работу. Они сидели на нижней полке, кровать была разобрана в столик с двумя сидушками. Смотря в окно на отдаляющиеся остатки тульских муравейников, которые еще называют спальными районами, они периодически поглядывали друг на друга в отражении. Небо с одной стороны заволокло черными тучами, похожими даже не на дождевые, а на снежные, тогда как вторая половина неба была девственно чиста. Примечательно, что поезд ехал как бы во тьму, несогласно поскрипывая смыканием колес с рельсами. Через полчаса в вагон зашел проводник, чтобы проверить документы, странно, но в этот раз он был не один, с ним был человек в форме и с собакой, он кого-то, выборочно, просил достать и показать сумку, рюкзак, мешок, не всех. Такой контроль обычно проводился при переходе поездом границы одной страны с другой. Проводник особенно долго вглядывался в фото. Когда паренек с соседней койки спросил, в чем дело, сотрудник с собакой сказал, что сверху дали особое распоряжение из-за напряженной обстановки. Владимир плюнул и полез смотреть в интернет, что там такого напряженного могло случиться, раз даже переезд из области в область теперь под таким контролем.

Владимир прошипел: «Да уж…»

«Чего там?»

Владимир читает: «Сегодня ночью на территории западной Европы массово отключился интернет, встало производство, некоторые города, управляемые ИИ через массивные базы, расположенные в облачных хранилищах, остались без света. Страна Орла в поисках причины нашла перерубленные интернет кабели на дне океана и обвинила нас, т.е. Россию, в международном терроризме, в ответ на это Россия укрепила границы своих Арктических владений двумя подводными лодками, которые, как предполагается, могут носить ядерные заряды».

Женя ответила, едва нахмурив брови: «Тогда понятно, чего они вдруг решили усилить, боятся терактов или еще чего-то подобного, кто их знает, что выкинуть могут».

«Достали они, если честно, я родился на пару лет позже после афганской, потом чеченская, потом грузинская, потом еще и еще, а теперь это, мы вообще собираемся спокойно жить?»

«Мне с тобой спокойно».

«Подожди, я сейчас приду!» - Он встал и пошел в сторону комнатки бортпроводника.

Через несколько минут он вернулся, неся в руке пряник: «В Туле побывали, а пряник так и не попробовали, держи, написано вон, «по особому тульскому рецепту»».

Женя развернула вкусняшку и надкусила сверху. Жуя, она пристально читала состав на упаковке и вдруг рассмеялась.

«Анекдот напечатали?» - спросил Владимир.

«Нет, смотри», - она тыкала пальцем в адрес производства, где красовался город-изготовитель Москва.

Часть пути они посвятили игре в города, ложиться, стелить белье они так и не решились, проведя весь путь сидя. К Москве они подъехали, когда уже начинало темнеть.  Из вокзала теперь нельзя было выйти просто так, не смотря на то, что была выборочная проверка в поезде. Теперь там стоял отдельный переносной рентген, которые обычно ставят на входе на массовые мероприятия. Из-за того , что он был один, была километровая очередь, начинающаяся буквально от вагонов. Нужно было снять не только металлические вещи, но даже ботинки, хотя они никак не пикали. Без ботинок было холодно, поэтому люди старались снимать их находясь уже перед проходом сканера. В зале пахло носками, не смотря на то, что из дверей на улицу задувал уже совсем не теплый свежий ветер. Пока Женя и Владимир ждали своего прохода, они разглядывали стены вокзала. Все выглядело вполне обычно, кроме странного рекламного щита, который сообщал о том, что в стране Паркан лето заканчивается в ноябре, что нас ждут в гости на вкусную лепешку из тандыра и на поход в горы, где, если повезет, можно даже увидеть снежного барса. Это была туристическая реклама, но первая на памяти Владимира, которая зовет именно в Паркан, будто бы последнее время эта страна все чаще появлялась в поле зрения, тогда как ранее про нее знали всего ничего, не говоря уже о туристическом потенциале. Уже на выходе из зала, пошел ливень, они замерли под козырьком здания, думая, стоит ли бежать до метро или лучше остаться здесь на какое-то время, зато сухими. Телефон обозначил входящее, это писал Антон: «Привет, сегодня был заказ в ваш отель, спросил, там ли вы еще, описал, сказали, что нет, уже уехали, стало быть, как знать, может еще свидимся».