Женя спросила: «Пони, как у нас, похожи на профурсеток из 90-ых?»

«Точно, как из фильма «Особенности Русской бани», - выпалил Антон.

«Рыбалки?» - аккуратно попытался поправить Владимир.

Антон: «Да нет, бани!»

На одном из перекрестков они попали в пробку. «Странно, - сказал Антон. - Обычно здесь достаточно свободно в это время». После этого с левой стороны понеслись грузовики явно военного назначения, внутри сидели люди, это можно было понять по щели между тентом и забралом фургона. Колонна состояла из 5 грузовых автомобилей, сзади ее замыкал советский уазик с синей мигалкой, она работала, мерцала, но не издавала звука. Скорее всего, там находился офицерский состав, вряд ли они захотели бы сидеть в темноте со своими подчиненными.

«Куда это они?» - как бы в никуда спросил Владимир

«А кто их знает, нам точно не доложат»,  - ответил Антон.

Когда кортеж проехал, оказалось, что все это время там были еще и сотрудники ДПС, услужливо сдерживающие желающих дать по педалям автомобилистов. Представители закона открыли палочкой зеленый свет для ряда, где была машина Антона, дав проехать в первой волне рассасывающейся пробки. Подъезжая к отелю, Антон сказал: «Моя смена закончена, что, Владимир, не желаешь где-нибудь посидеть, расскажешь, откуда ты?»

Владимир посмотрел на Женю, девушка подмигнула заговорщически, дав понять, и что не против, и что он может увести Владимира из семьи.

Бар, в который они в итоге зашли был не совсем обычным, он назывался «Павлов», туда нельзя было входить непьющим людям.

Владимир задумался:  «А как же ты потом?»

«Да мне тут минут сорок пешком до дома, все нормально».

Это был маленький подвальчик с кучей круглых стульев вокруг круглых столов, раз в какое-то время, было сложно сказать точный интервал, раздавался звонок, посетители должны были погавкать и сделать глоток. Таким образом из бара редко кто уходил в том же состоянии, в котором и пришел, лишь сильные духом, едва пригубливающие свой напиток.

Антон не без толики азарта спросил: «Ну что, с девушкой-то у тебя серьёзно все?»

С Женей-то? Надеюсь!»

Антон помолчал какое-то время, было видно, что он хочет через этот вопрос перейти к наболевшему для него сюжету.

«Я скучаю по ней, по своей. Я знаю, что ее больше нет, что мы давно другие люди, что ни на мне, ни на ней свет клином не сошелся, но я верю в то, что это была она и не могу принять то, что ей хорошо без меня».

«А может и не хорошо?»

«От этого было бы еще хуже, это бы значило, что оно того вообще не стоило, что мы сожгли свой дом, чтобы остаться бездомными и несчастными».

Посетители бара залаяли. Антон и Владимир выпили по трети шотов водки с лимоном. Антон продолжил: «Цени Женю, если правда веришь, что это твое, не давай ей шанса думать, что она тебе не нужна иначе будешь сидеть где-то в Туле с незнакомцем и болтать с ним о жизни».

«А разве я сейчас этим не занимаюсь?»

«Так-то оно так, но после, когда разойдемся, тебе будет, куда пойти, у тебя есть свой дом». В этот момент на суровом, казалось бы, лице можно было увидеть слезу, сбегающую по щеке.

«А ты знаешь, что алкоголь, это вообще-то депрессант?»

Антон парировал: «Это если пьешь один, а если в хорошей компании, то уже терапия».

«Компания хорошая это когда…»

«Когда спрашивают, знаю ли я, что алкоголь - плохой друг!»

Владимир улыбнулся. Забавно, незнакомый, казалось бы, человек, уже достаточно взрослый, напоминал ему одного университетского товарища, с которым ему удалось сдружиться, хотя они были разные донельзя.

Некоторые посетители бара к полуночи уже не просто лаяли, а вставали на четвереньки, идиотская для многих в самом начале затея постепенно была поддержана соседним столиком, потом еще одним, спустя еще какое-то время, некоторые лаяли уже на четвереньках.

Антон вопросительно посмотрел на Владимира.

«Да, пора валить».

«Даже Усачев лучше бы не сказал!»

Проходя мимо одного из многочисленных почитателей барной забавы, Владимир почувствовал, как его что-то держит за штанину. Он опустил немного нетрезвый взгляд вниз. Мужчина, близкий к 50 годам, в безрукавкой рубахе в клетку и с лысой головой, но волосатыми висками, держал дубами джинсину.

«Место!» - скомандовал Владимир. Мужик потупил виноватый взгляд и не отворачиваясь отполз на полметра назад.

Антон удивленно обронил: «Нихрена себе!»

«Да сам в шоке».

«Всю жизнь хотел себе завести французского бульдога, а теперь понял, что можно и мужика».

«Ты же понимаешь, как это звучит?»

«А то! - задорно ответил Антон, достал сигарету и закурил. - Ладно, до отеля сам-то дойдешь?»

«Да уж постараюсь.»  Они пожали друг другу руки и каждый пошел в свою сторону.

Когда Владимир вернулся, Женя уже спала. Он сел на стул у кровати и смотрел на нее. Она посапывала, возможно от того, что часть прядей свалилась на лицо и щекотала ей во сне нос. Он провел по лицу, чтобы убрать волосы. Сопение почти сразу прекратилось. Он лег с самого края кровати, чтобы не дышать на нее алкоголем. Во сне Владимиру снился странный сон, они расставались с Женей, раз за разом она куда-то уходила, он начинал чувствовать пустоту, потом сцена сменялась новым временем, но событие оставалось теми же, этот сон не дал выспаться, он проснулся рано и с ощущением того, будет всю ночь рыдал. В дверь постучали и знакомая администратор, которая заселяла их, смущенно попросила помочь подвинуть сейф на ресепшене. Женя еще спала, а Владимир решил помочь. Операция предстояла сложная. Сейф стоял в максимально неудобном углу и чтобы его хоть как-то выдвинуть, нужно было приложить немало усилий, минут пять они искали, как ухватиться так, чтоб ни руки не придавать и не надорваться. Когда положение, казалось, было найдено, стало ясно, что сейф слишком тяжелый, единственным вариантом была возможность его приподнять и отодвинуть. «Что ж, — подумал Владимир, — была не была», — и они взялись: она с одной стороны, а он с другой. Администратор так и не смогла справиться с задачей, у Владимира вышло лучше, у него получилось, но в момент, когда две ножки сейфа зависли в воздухе, оторвавшись от земли, что-то в пояснице оторвалось уже у самого Владимира.

С неясным криком «Ай» он замер посреди комнаты в немного скрюченном положении.

«Что, спина?» - спросила девушка.

Владимир процедил: «Не знаю, но не чувствую возможности разогнуться».

Она помогла ему доползти до кожаного дивана, на который он даже не смог лечь, единственное, что получилось - пристроиться боком, в том же положении, в котором он и стоял у сейфа минуту назад.

«Я тут побуду, с Вашего позволения, минут десять!»

Администратор ответила: «Конечно, конечно, хоть на ночь здесь оставайтесь, мне так неудобно, что это произошло…»

В помещение зашла дама с улицы.

Владимир выпалил сквозь боль: «Доброе утро!»

Дама, снимая темные очки и рассматривая лежащего Владимира:  «Доброе».

Администратор, вспомнив, что вообще-то она на работе, спросила: «Ой, здравствуйте, Вы, наверное, Полонская Ольга?»

Владимира переклинило второй раз за утро: фамилия этой дамы была такая же, как была у Сергея, когда он был здесь, в России, а имя ее совпадало с именем той женщины, сестры мамы Сергея, которую они ждали вчера у коммуналки с забором и домофоновой защитой.

«Извините за такой вопрос, а у вас, случайно, нет сестры, которая погибла?» - решил поинтересоваться Владимир.

«Допустим, а Вам что с того?»

Вселенское чудо совпадений придало силы Владимиру и через боль, почти сквозь слезы, он приподнялся, чтобы занять более приемлемое для диалога положение: «Простите, что я вот так, у меня спина».

Дама ответила: «Да я вижу, не слепая, на алкаша Вы не похожи».

Администратор предпочла не вмешиваться в диалог, хоть ей и нужно было работать. Она сочувствовала Владимиру, поэтому решила дать ему возможность договорить с клиенткой.

Владимир продолжил: «В это, наверное, тяжело поверить, но мы приехали в Тулу искать родственников некоего Сергея Полонского, которого отсюда усыновила семья в другую страну, Ваша сестра, скорее всего, была его матерью».