Говард ПАЙЛ

ПЕРЕЦ

И

СОЛЬ

Жил на свете человек по имени Яков, который зарабатывал себе на жизнь охотничьим промыслом. Однажды Яков сказал своей матушке:

— Хотел бы я взять в жены Грэтхен. Мне никто так не нравится, как эта малышка. Она такая красивая и милая, хоть и дочка мэра нашего города.

Матушка удивилась этим словам, будто ее сын бредил наяву.

— Ты в самом деле задумал жениться на дочери самого богатого и важного человека в нашем городе? — спросила она. — Многие хотят и того и сего, но подумай сам, какой в этом толк?

Но Яков будто не слышал ее. Он стоял на своем. Неужели ей так трудно пойти к мэру и посватать своего сына к его дочери? И Яков просил и просил матушку до тех пор, пока она не пообещала исполнить его просьбу.

Наконец настал день, когда матушка Якова пустилась в путь, хотя идти ей так не хотелось, будто ноги ее были налиты свинцом. Посудите сами, ведь мэр мог рассердиться и просто выгнать ее взашей.

— Итак, Якову пришло на ум жениться на моей Грэтхен? — переспросил мэр матушку.

— Вот именно, — поддакнула матушка.

— А сам он промышляет охотой? — уточнил мэр.

— Именно так, — подтвердила матушка.

— Ну что ж? Тогда передай своему сыну, пусть он приходит свататься к моей дочери не раньше, чем станет таким искусным стрелком, что сможет отстрелить усы зайцу, не задев его самого.

Матушка Якова пустилась в обратный путь, считая, что ее сын получил такой ответ, на который сам напросился.

— Ну, — сказал Яков, услышав, что передал ему мэр города, — выполнить то, что он хочет, нелегко, но если кто-то на это способен, значит этому можно научиться. — С этими словами он вскинул ружье на плечо и отправился на поиски самого меткого стрелка, который мог бы поделиться с ним своим искусством.

Яков брел все вперед и вперед, пока не повстречал на своем пути высокого незнакомца, одетого во все красное.

— Куда ты идешь, Яков? — спросил незнакомец.

При этом, заметьте, он обратился к Якову так, будто был с ним давно знаком и уже съел с ним пуд соли.

— Я ищу такого меткого охотника, который научил бы меня, как пулей срезать усы у зайца, не задев его самого, — сказал Яков.

— Это непростая задача, — усмехнулся незнакомец.

Ну это, положим, Яков и сам знал, но он знал еще и то, что если хоть один человек на такое способен, значит, и другой человек может этому научиться.

— А что ты мне дашь, если я тебя научу? — спросил незнакомец.

— А что ты возьмешь с меня за науку? — спросил Яков, с тревогой глядя на своего собеседника. К этому времени он рассмотрел, что у него вместо одной ступни было копыто, да и весь его вид выдавал в нем нечистую силу.

— Да мне от тебя ничего особенного не надо, — ответил Нечистый, — поставь только свою подпись под этой бумагой.

Но Якову сначала хотелось бы знать, что там написано. Да что тут интересного? В бумаге написано только то, что за ту услугу, которую Черт окажет, он придет за Яковом через десять лет, и Яков пойдет за ним, куда бы Черт его ни повел, хоть в самое пекло, и там будет служить Черту верой и правдой.

Тут Яков начал юлить и скрести в затылке, потому что не знал, как быть. Наконец он сказал:

— Ну ладно, я согласен, но при одном условии.

Нечистый скорчил такую гримасу, будто хлебнул кислого пива:

— Каково же твое условие?

— Условие нехитрое. Будь моим слугой все эти десять лет, а если в течение этого времени ты хотя бы один раз не сможешь выполнить моего поручения или ответить на мой вопрос, я отказываюсь идти с тобой и служить тебе.

На такой уговор Нечистый охотно согласился. После этого он взял у Якова ружье и дунул в ствол.

— Теперь, — сказал Нечистый, — ты будешь самым искусным стрелком.

— Это надо проверить, — ответил Яков, и они стали искать добычу, пока не выследили зайца.

— Стреляй! — крикнул Черт, и Яков выстрелил.

Паф! И сейчас же заячьи усы отлетели от него, будто заяц отстриг их у парикмахера.

— Да, теперь я и впрямь сделался искусным охотником, — сказал Яков.

Нечистый дал Якову маленький костяной свисток и велел дуть в него всякий раз, когда Якову понадобится его помощь. После этого Яков подписал Черту бумагу, и они расстались. Нечистый пошел дальше своей дорогой, а Яков повернул к дому.

Дома он почистил свою одежду, навел глянец на башмаки и отправился к мэру.

— Как успехи? — спросил его мэр.

— Отлично, — ответил Яков.

— Ты уже достиг должного мастерства? — удивился отец Грэтхен.

О, теперь Яков стал искуснейшим стрелком.

Ну что же. Хорошо, коли так, но мэр должен сам в этом убедиться. Видит ли Яков сороку на соседнем дереве и может ли он попасть в перо, что торчит из ее хвоста?

Конечно, Якову это — раз плюнуть. Он поднес ружье к щеке, прицелился и — паф! Перо из сорочьего хвоста тут же начало опускаться на землю. А мэр как уставился на это перо, так не мог от него оторваться — такой меткой стрельбы он никогда в жизни не видывал!

— Ну теперь я могу просить руки вашей дочери? — спросил Яков.

Тут пришла очередь мэра юлить и скрести в затылке.

Нет, так просто он не может отдать свою дочь. Дело в том, что он еще раньше поклялся, что выдаст Грэтхен за человека, который достанет волшебный плуг. Этот плуг может сам пахать землю без пахаря и при этом делает сразу три борозды. Если Яков раздобудет такой плуг, мэр охотно отдаст ему свою дочь в жены.

Вот до чего додумался хитрый мэр. А Якову нечего было ему на это ответить, ведь он и сам не знал, сможет он достать такой плуг или не сможет. Не говоря ни слова, он отправился домой, а отец Грэтхен порадовался, что так ловко отшил упорного жениха.

Придя домой, Яков, не теряя времени, зашел за поленницу дров, чтобы его никто не видел, и разок-другой дунул в свой костяной свисток. Не прошло и секунды, как Нечистый появился перед ним, будто только того и ждал.

— Что тебе надо, Яков? — спросил он.

— Я бы хотел иметь плуг, который может пахать землю сам, прокладывая сразу три борозды, — ответил Яков.

— Ты его получишь, — сказал Нечистый, сунул руку в карман штанов и вытащил отличный маленький плуг. Он поставил плуг на землю, и тот стал расти как на дрожжах. А сам Нечистый ушел, откуда пришел.

Не успел Яков дотронуться до плуга рукой, как тот пошел сам впереди хозяина, как послушный жеребец. А за плугом потянулись три борозды, и пар от них заклубился навстречу солнышку.

Когда мэр увидел Якова с волшебным плугом впереди, он вытаращил глаза так, что они у него чуть на лоб не вылезли. Можете не сомневаться — ему в жизни не приходилось видеть ничего подобного.

— Ну а теперь, — вежливо сказал Яков мэру, — я бы хотел жениться на вашей дочке.

Заслышав это, мэр стал снова юлить и финтить. Теперь оказалось, что Яков не может жениться на Грэтхен потому, что отец ее еще раньше побожился, что выдаст ее замуж за владельца волшебного кошелька, в котором всегда остаются две монетки, сколько бы денег из него ни вынимали.