В срок родился темноволосый мальчишка с темно-серыми глазами. Общим совещанием решили назвать Ильей. Когда летом Людмила уезжала защищать диплом, надеялась, что Руслан найдет ее. Но снова ничего. Оставаться надолго в городе не могла, дома ждал сын. Она вернулась домой, решив отпустить от себя все прежние мысли о том, что было у нее с Русланом. Тем более, что она нашла страничку его невесты, которая каждый день выкладывала свои фотки о том, какая она счастливая и что скоро у них будет свадьба, выкладывала чуть ли не каждый день новые фото с Русланом. Но Людмила видела сквозь его «фирменную» улыбку затаенную боль. О том, что происходит с компанией Смешникова, следила по новостным лентам. Но пока царило молчание, значит, все у него наладилось. Это радовало и огорчало девушку.

Приближались очередные Новогодние праздники. Людмила уже давно не читала новости, полностью отдавая себя сыну. Но однажды отец сам показал ей новостную ленту.

— Люд, это не твой Руслан?

Она взяла его гаджет с открытой новостной вкладкой, стала читать. С ее лица постепенно уходил румянец. На кортеж машин Руслана совершено нападение, убиты люди. Самого хозяина компании по чистой случайности не оказалось в машине. Она отдала телефон отцу, ушла в свою комнату, открыла новостную ленту на своем телефоне. Журналисты выдавали одну версию за другой, никто не знал истины. Полиция убийц не нашла. Прошла только короткая информация, что господин Смешников Р.Е. жив. Она задала поиск по фамилии его невесты. И то, что читала, откровенно начало пугать. Казалось, что на Руслана и этого Лоскутникова объявили облаву. На последнего возбудили уголовное дело, и он вместе с семьей уехал заграницу. На людей Руслана совершен ряд нападений, ранен его юрист, опять у его компании куча неприятностей. Она пыталась хоть что-то узнать о Руслане, зашла на страничку Оксаны, которая очень любила сообщать всем о своем «счастье». Но последнее время новых фоток не было. Людмила листала фото, которые Оксана выкладывала ранее и на одной из них увидела Руслана, который в каком-то клубе показывает на камеру средний палец. Но не это задело Людмилу, а татуха на тыле кисти — буква «Л». Сердце дернулось, словно он послал ей знак. Она точно помнила, что его кисти были чистые, когда они прощались. Невесту звали Оксаной, значит не в честь нее он набил новую татуху. Людмила прижила к груди Илюху, который залез к ней на колени и пытался пальчиком дотянуться до экрана. Людмила всмотрелась в лицо Руслана. На нем больше не было «улыбки» и слезы, но челка по-прежнему закрывала его глаза, а губы сами по себе кривились в какой-то болезненной ухмылке. Кому-то могло показаться, что он весел, но только она понимала, что это значит, как его боль кричит через такую улыбку.

Стало ли ей легче? Людмила и сама не знала. Была обида, что он ничего ей не сказал. Потом пришла мысль — а если у него не было такой возможности, чтобы сказать ей об этом? Она помнила, как они встречались тайком, так как Руслан реально опасался за собой слежки. Именно поэтому она сказала ему не провожать ее на вокзал. Но пока она не увидит Руслана перед собой, не выслушает спокойно, не могла точно знать, что тогда произошло в кабинете, все равно было очень больно. Потом приходило осознание, что если бы он хотел, то давно бы уже прогремела свадьба Руслана и этой Оксаны. Но прошло больше года, а о свадьбе ни слова, да и последние ее фотки говорили о том, что «невеста» далеко от России и не с Русланом.

Людмила каждый день следила за новостями и не упустила заметку о том, что владелец компании Смешников Р.Е. продал свою компанию каким-то посторонним людям и исчез. Сердце сжалось в тревоге. Что с ним, куда пропал? Куда ей ехать, чтобы найти его? Она уже хотела начать собирать сумку в дорогу, но ее остановил отец.

— И зачем ты поедешь?

— Папа, но он пропал. Я должна поехать, найти его.

— А чем ты можешь помочь? У тебя есть связи, знаешь к кому следует обратиться? А если тебя схватят его враги? Ты не подумала, что просто сделаешь хуже? Если, как ты говорить, он разорвал с тобой отношения из-за того, что боялся за тебя, то представь, что будет, если попадешь к его врагам? Подожди еще немного. Думаю, что скоро все станет известно.

— Люда, отец прав, — поддержала мама. — И на кого ты оставить Илюшку, когда с тобой что-нибудь случится?

Людмила сдалась. А на следующий день из банка пришло сообщение, что на ее имя открыт новый счет, на котором огромная сумма. Ее просили подойти в центральный офис, чтобы подтвердить свою личность и активизировать счет. Она смотрела на уведомление, на сумму, которая там значилась и не верила своим глазам. Она знала, кто это мог сделать, и хотелось верить, что это не его последняя воля.

Прошла половина февраля, еще месяц и сыну исполнится год. Он уже довольно шустро бегал, доставляя родственникам множество хлопот, лез повсюду, узнавал окружающий мир. Чем взрослее он становился, тем отчетливее становился похожим на Руслана, особенно, когда улыбался «фирменной» улыбкой, против которой никто не мог устоять. Мать качала головой:

— Красавчиком вырастет, девичьей погибелью.

— Да, в отца пошел, — соглашалась Людмила, сжимала губы, чтобы не расплакаться.

До сих пор никаких новостей о нем не было. Даже новостные ленты уже забыли о существовании господина Смешникова. Ни слова о том, что следствие пытается его найти.

Заканчивался февраль, постепенно становилось теплее, начал таять снег. Людмила днем все чаще выходила с Илюхой на детскую площадку, где сын гонял со скоростью болида и радостно смеялся. Она с улыбкой наблюдала за сыном, не спешила подходить, когда он падал.

— Вставай, нечего лежать. И плакать не надо. Сам не устоял на ногах. Поднимайся.

Сын, кряхтя поднимался, отряхивал своими ручками испачканные коленки комбинезона и вновь пускался в бег. Людмила с улыбкой наблюдала за сыном, собиралась уже позвать его домой, пора обедать и спать. Другие мамашки уже увели своих детей по домам, оставался только Илья, который упорно карабкался по лестнице на горку. Людмила ждала, когда он покорит ее, сам заберется на горку.

Во двор медленно въехал черный джип, словно кого-то высматривал. Тонированное стекло не позволяло видеть водителя, но сердце Людмилы сжалось в каком-то предчувствии. Она поднялась со скамеечки, сделала несколько шагов к дорожке, которая вела с детской площадки к подъездной дороге, остановилась. Машина подъехала ближе, тоже остановилась. Почти минуту из нее никто не выходил.

— Ма! — раздался крик Илюхи.

Людмила резко обернулась, увидела, как сын наконец покорил свою горку и стоял довольный, улыбался свой «фирменной» улыбкой. Она поспешила к нему. Только тогда открылась водительская дверь и из машины вышел Руслан. Людмила подошла к горке, взяла сына на руки, который что-то лепетал на своем языке, довольный собой.

— Да, сыночек, да, ты мой герой.

Она прижала его к груди, поцеловала в щечку, потом осторожно поставила на землю, взяла за руку. Сын от радости не мог стоять на месте, стал куда-то тянуть, прыгал от нетерпения на месте. Людмила повернула голову к Руслану, который словно проснулся и пошел в их сторону. Она сразу заметила, как он сильно хромает и держится так, словно ему трудно идти. А еще в его черных, как смоль волосах увидела седые пряди. Он изменился, неизменной осталась его длинная челка. Но даже сквозь нее она увидела его глаза, полные боли, радости, надежды, и тихо выдохнула. Значит, она была права. Он не бросил, он защищал ее. Так не смотрят на того, кого предали.

Хромая, он подошел к Людмиле и Илье, остановился в двух шагах, переводя взгляд с девушки на сына. Илья тоже заинтересовался незнакомцем, перестал прыгать и уставился на него своими темно-серыми глазами.

— Сын, — выдохнул Руслан, опускаясь на одно колено. Вторая нога гнулась с трудом, поэтому движение выглядело неуклюже. Но его это не волновало. — Сын.

— Илья, — ответила ему Людмила, разглядывая Руслана.