Вот это уже было интересно. Элара остановилась. За блокировкой находился прямой путь к её челноку. Она проверила локальный привод. Команда пришла не отсюда. Удалённая. Кто-то закрыл технический коридор сразу после того, как понял, куда она идёт.

— Значит, всё-таки следите.

Она вернулась к развилке. Второй путь занимал дольше. Именно этого, вероятно, от неё и ждали. Элара не пошла по нему. Вместо этого открыла сервисную схему вентиляции. Если система хочет управлять её маршрутом, значит, маршрут куда-то ведёт.

Проверять, куда именно, она не собиралась. Через двенадцать минут Элара вернулась к стыковочному сектору совсем с другой стороны.

На последнем участке пришлось буквально протискиваться между двумя силовыми магистралями. Раньше она прошла бы там не задумываясь. Сейчас каждый метр требовал больше времени, чем ей нравилось. Когда люк наконец поддался, Элара села прямо на пол технической ниши и какое-то время только дышала, пережидая дрожь в руках.

Край люка холодил спину через ткань, во рту стоял сухой металлический привкус, а пальцы всё ещё не слушались так точно, как ей хотелось. Челнок находился в двадцати метрах. Никого рядом. Система станции всё ещё считала, что она идёт по обходному коридору.

У неё появился небольшой запас. Элара поднялась. Дошла до корабля. Закрыла люк. Только после этого позволила себе посмотреть на скопированную строку ещё раз.

КАСС, РЕЙНАР.

Она убрала экран. Не сейчас. До появления доказательства Элара могла считать худший вариант несправедливым. Игнорировать его было бы несправедливо. Рейнар мог не отдавать приказ. Сертификат могли украсть. Контур могли скопировать. Запись могла оказаться частью более сложной подмены.

Она знала это. И поэтому не позволяла себе решить, что он виновен. Но существовал другой факт. Его подпись была там. А значит, пока она не узнает, как появилась запись, доверять ему было нельзя. Элара отсоединила челнок от Н-4.

Станция сразу попыталась открыть канал связи. Она отклонила запрос. Второй. Третий. Потом перестала спрашивать. Челнок вышел из стыковочного сектора. На карте впереди появилось продолжение старой трассы. До Керрена оставалось меньше часа. Но официальный коридор обрывался через тринадцать минут.

Дальше начиналась зона, которой не существовало в современных навигационных картах. Элара увеличила изображение. Когда-то она знала там каждый маяк. Сейчас три из пяти отсутствовали. Два молчали. И всё-таки маршрут появился. Не из данных челнока.

Его передал Н-4 перед самым отключением связи. Тонкая линия уходила в закрытый сектор. Элара не стала принимать её автоматически. Вместо этого сохранила координаты и построила собственную траекторию на три градуса в стороне. Если кто-то снова хотел привести её в конкретную точку, ему придётся постараться сильнее.

Она дала тягу. На этот раз не максимальную. Сайра всё равно бы нашла причину обвинить её в безрассудстве, но по крайней мере один пункт можно было вычеркнуть. Через восемь минут на дальнем сканере появилась ещё одна отметка.

Элара увидела её сразу. Малый корабль. Быстрый. Без активного опознавания. Она увеличила изображение. Траектория входа. Скорость. Способ коррекции курса. Этого оказалось достаточно.

— Конечно. Кто же ещё.

Рейнар. Он шёл следом. Не слишком близко. Не пытался взять её под управление. Не подавал сигналов. Он сокращал расстояние.

Элара почувствовала неожиданное облегчение и тут же разозлилась на него, на себя и особенно на ту часть собственного сознания, которая до сих пор воспринимала присутствие этого человека как доказательство того, что ситуация хотя бы не окончательно вышла из-под контроля.

Она открыла канал. Палец остановился над командой вызова. Можно было показать ему подпись сейчас. Спросить прямо. «Почему твой сертификат открыл маршрут, по которому меня увезли?» И услышать ответ. Если Рейнар скажет, что ничего не знает, она поверит?

Элара убрала руку. Вот в чём была настоящая проблема. Тогда она бы поверила ещё до конца фразы. Сейчас не знала, имеет ли право. Внешний экран мигнул. Впереди начиналась закрытая зона Керрена. Система челнока вывела предупреждение о недостатке навигационных данных и предложила развернуться.

Элара отключила автоматическое уведомление. Дальше маяков действительно почти не было. Но пустота не означала отсутствия маршрута. Если знаешь, где искать старые гравитационные ориентиры, двигаться можно и без стандартной сети. Она знала. Когда-то сама помогала строить здесь резервные карты.

Элара переключила навигацию на ручную привязку. Первая точка. Вторая. Третья. Корабль послушно лёг на новый курс. Отметка Рейнара оставалась позади. Расстояние сокращалось медленно. Он мог догнать быстрее. Не делал этого. Элара понимала, почему. Не хотел загонять.

Эта мысль снова оказалась неудобной. Она вернулась к карте. До первой старой границы сектора — четыре минуты. Н-4 передал координаты объекта глубже в зоне. Элара пока не знала, что там. Но именно туда сходились несколько старых транспортных записей, исчезнувших из центральных архивов после её официальной смерти.

Если существовало место, где могла сохраниться информация о событиях тех дней, оно находилось впереди. Челнок пересёк границу. Ничего не произошло. Элара позволила себе выдохнуть. Через пять секунд управление исчезло. Не выключилось — именно исчезло. Штурвал не стал тяжёлым, панели не погасли — корабль перестал реагировать на её команды.

Элара проверила ручной контур. Работает. Приводы отвечают. Но между командой и движением появилась внешняя коррекция. Кто-то перехватил навигацию. Она отключила автоматическую систему целиком. Не помогло. Челнок изменил курс. На экране появилась линия, которой секунду назад не существовало.

Корабль разворачивало глубже в закрытый сектор.

— Нет.

Элара попыталась сбросить тягу. Система приняла команду, но двигатели продолжили работать. В ладонях уже чувствовалась вибрация корпуса — это был не отказ оборудования, а чужое управление. Она открыла журнал сигналов. Пусто, будто корабль сам решил перестать ей подчиняться. Элара переключилась на резервный контур и на две секунды вернула управление.

Этого хватило, чтобы отвернуть на четыре градуса. Потом чужая сила снова перехватила курс. Корабль качнуло. Элара ударилась плечом о боковую опору кресла, удержалась и снова потянулась к панели. На карте впереди возник объект. Не станция.

Впереди было что-то крупнее станции, но система не могла определить размеры. Расстояние быстро сокращалось. Элара вывела остаток времени до сближения — четыре минуты — и попробовала аварийно разомкнуть навигационную шину. Панели подтвердили отключение, а корабль продолжил идти по чужой траектории.

Это было невозможно только в одном случае: если управление происходило не через штатную навигацию. Значит, воздействовали на сам вектор движения. Полем. Старой системой коридора. Элара посмотрела на отметку Рейнара. Он тоже вошёл в зону.

— Только этого не хватало.

Она вызвала его канал. Соединение установилось сразу. Рейнар появился на экране. Не успел ничего сказать.

— Не входи глубже.

— Что произошло?

— Разворачивайся.

— Элара.

— Челнок не управляется. Здесь внешнее поле, которого нет на карте.

Рейнар изменился мгновенно: внешне почти ничего, но всё личное исчезло из его голоса.

— Текущий курс.

— Я отправила телеметрию.

— Получил. Тягу можешь снять?

— Не могу.

— Ручной контур?

— Перехватывает через две секунды.

— Навигационную шину отключала?

Элара стиснула зубы.

— Я всё ещё умею управлять кораблём.

— Значит, отключала — и система всё равно перехватила управление.

— Дважды.

Он изучал данные на своём экране.

— Объект впереди видишь?

— Вижу. На границе сканирования.

— Система определяет?

— Не определяет.

— Я тоже не вижу идентификатора.

Элара проверила расстояние. Три минуты двадцать секунд.