Наглости ей было не занимать. При этом отвечала она без запинки, глядя прямо в глаза, и с каждой репликой нравилась мне всё больше.

— Что ж, попробуйте удивить меня. Почему я должен взять вас, а не кого-то другого?

— Если вы не возьмете меня на работу, я могу вас пристрелить, — сообщила Ева, мило хлопая глазами.

— На входе всех досматривал мой охранник. Он бы не пустил вас с оружием.

Она скользнула рукой по красному платью, по ногам, подтянула край и извлекла компактный ствол из черной стали. На её ладони он выглядел почти игрушкой.

— Даже не представляю, где он был, — вздохнул я, наклонив голову на бок.

— А как иначе я могла его пронести?

Она медленно раздвинула ноги, глядя мне прямо в глаза, продемонстрировал кобуру на бедре, и убрала пистолет. Я выдержал ее взгляд.

Хавьера же на входе ждал содержательный разговор о технике досмотра.

— Так всё же, вы не ответили на мой вопрос. Почему я должен взять вас, а не других? — Я смотрел на неё уже с неподдельным интересом.

Ева встала, качнув бёдрами, шагнула к стене и нажала кнопку пожарной сигнализации.

Под потолком взвыла сирена. Звук ударил по ушам и отдался в зубах, из-за двери долетели топот и чей-то возглас.

Ева выждала десяток секунд, толкнула дверь настежь и повела ладонью, приглашая оценить.

Стулья вдоль стены опустели, а по полу разлетелись брошенные анкеты. Пустой коридор отлично просматривался.

— Неужели вы кого-то ещё тут видите?

Ответить я не успел.

В кабинет влетел Рафаэль. Запыхавшийся, со свернутыми в трубку бумагами, он ошалело огляделся по сторонам.

— Что происходит⁈ Где горит⁈ — прокричал инженер, перекрывая вой.

Вместо ответа на собственный вопрос он метнулся к серой коробке на стене, откинул крышку и повернул ключ. Сирена захлебнулась, и в наступившей тишине ещё секунду звенело в голове.

— Рабочие моменты, — я махнул рукой в сторону девушки.

От Рафаэля тянуло известкой и припоем, прибежал он явно прямо от серверных стоек.

— Сеньор, я к вам по делу! — он вспомнил, зачем бежал, и потряс бумагами. — Представитель интернета отказывается подписывать документы. Упёрся, и ни в какую.

— Погоди. Мы же подключили интернет.

— Это ещё один провайдер. Альтернативная сеть. Нам же недостаточно одной, у нас их три вообще-то.

Последнее прозвучало с лёгкой обидой, как будто я забыл таблицу умножения. Вспомнились договоры, которые я подписывал всю неделю почти не глядя, так как ничего не понимал в тонкостях строения кабелей. Видимо, среди них прятались и запасные каналы.

В кабинете повисла неловкая пауза.

— Сейчас всё быстро решу, — подала голос Ева у двери. — Пусть это будет моим тестовым заданием. Вы же не против?

Чтож, это отличный повод посмотреть, она действительно умна, как мне показалось.

— Удивите меня еще раз.

Она довольно улыбнулась, повернулась к Рафаэлю и посмотрела на него, как смотрят в зеркало. Расстегнула декольте.

Взгляд у инженера сделался, как у душевнобольного. Ещё немного, и с уголка губы свесилась бы ниточка слюны.

Ева чуть прикрыла декольте, и взгляд Рафаэля прояснился. Она примерилась ещё раз, ниже, выше, остановилась на золотой середине, удовлетворенно кивнула и пошла наружу, двумя пальчиками достав бумаги у Рафаэля из рук.

Мужчина смотрел ей вслед, пока стук шпилек не стих.

— Ого, — он удивлённо повернулся ко мне. — Какая женщина… Страшная.

— Нет, красивая вроде, — возразил я, пожав плечами.

— Красивая, — Рафаэль поежился. — Но страшная.

Ева вернулась, не прошло и пяти минут.

Лист с договором лёг передо мной и еще испускал запах свежих чернил. Внизу красовалась размашистая подпись представителя.

Сама Ева упёрлась ладонями в столешницу и склонилась ко мне, ясно дальше, чем следовало.

За её спиной Рафаэль беззвучно зашевелил губами. Артикуляция была старательной:

«Страшная, я же говорил. Она даже не спросила, как выглядит представитель компании.»

И это заинтересовало меня куда больше, чем вырез на ее платье. Территорию Ева видела впервые, но на поиски вместе с уговорами у неё ушло всего ничего.

Ее провокации я оставил без внимания. Отодвинул стул, обошёл стол и протянул ей руку.

— Вы приняты, мисс Арано.

С секретарём вопрос закрылся, и теперь на очереди стояли программисты. «Вида» прибавляла каждый день, и рук на неё давно не хватало.

Для более корректного собеседования я приказал Матео прилететь ближайшим рейсом: в коде он понимал лучше меня, так что я усадил его напротив кандидатского стула, а сам слушал и наблюдал. Он не умел врать, так что мне оставалось только смотреть за его реакцией.

Ева устроилась слева от меня, с карандашом и кипой анкет. Работала она молча, но декольте никуда не делось, и каждый соискатель то и дело запинался, когда случайно переводил на девушку глаза. Один забыл какой-то простой код, другой отвечал стене, лишь бы не смотреть на неё.

За стеной теперь визжала дрель, стройка меняла инструменты. И к полудню в кабинете стало душно, анкеты липли к пальцам.

Первый час выдался унылым. Люди путались в основах, а Матео только становился мрачнее, чиркал в листке минусы и к пятому гостю перестал записывать вовсе. Пока не очень, читалось по его лицу.

Очередной претендент открыл дверь и застыл на пороге.

Парень лет двадцати пяти, худой, в футболке швом наружу. Волосы слева стояли примятым гребнем, на щеке розовел след от подушки. Шлёпанцы поверх носков, а носки разного цвета. Он прошёл на середину комнаты и поморгал, соображая, туда ли вообще попал, будто уснул в одном месте, а проснулся в другом.

В прошлой жизни я таких тоже видел: на собеседование они приходят как лунатики, но могут взять работу целого отдела.

— Игнасио Луна? — Матео сверился со списком.

— Ага, — Игнасио зевнул и сел.

— Таблица на миллион строк, выборка ползает. Ваши действия?

— Индекс по полю, по которому ищете, — он почесал примятый висок. — Только сперва глянул бы, каких запросов больше. Индекс ускоряет чтение и замедляет запись, вешать его на всё подряд я бы не стал.

— Мы вешаем почти на всё, — вставил Матео.

— Пока пишете мало, работает. Начнёте писать много, и сами себе поставите тормоз. Половину я бы снял.

Матео покосился на меня и спорить не стал.

— Пользователь присылает код, вы кладёте его в базу. Что с ним происходит по дороге?

— Не верить ни одному символу. Всё, что пришло снаружи, грязное по определению.

— Мы вырезаем кавычки, — заступился за свой код Матео.

— Мало, — обронил Игнасио. — Пролезают и без кавычек, через кодировку. Правильнее подготовленные запросы, тогда чужой текст останется текстом и командой не станет. Иначе однажды утром проснётесь без базы.

— Сессии пользователей где держать? — продолжил Матео уже осторожнее.

— Смотря сколько машин. На одной хоть в файлах. Появится вторая, и файлы превратятся в лотерею: запрос улетел на соседний сервер, и человек снова гость. Выносить в общее хранилище, и заранее.

К третьему ответу Матео перестал искать минусы и записывал за ним.

Ева за всё это время не произвела на Игнасио никакого впечатления. Она сменила позу, уронила карандаш и подняла медленнее чем нужно. Игнасио в эту минуту рисовал Матео схему хранилища на обороте своего листка. На Еву он не отвлёкся ни разу за весь разговор.

Такого Ева стерпеть не смогла. Она отложила анкеты, пересекла кабинет и ткнула Игнасио пальчиком в щеку.

— Ты что, робот?

Ноготок у неё был острый, но Игнасио даже не поморщился.

— Дамочка, я должен извиниться, — он не оторвался от записей Матео, в которых уже что-то правил. — Понимаю, я распыляю слишком много феромонов. Вам, наверное, непросто держать себя в руках, вас так и тянет ко мне.

Матео поперхнулся. Ева захлопала глазами, ответа у неё впервые не нашлось.

Игнасио поднял голову. Вздох у него вышел сочувственный.

— Но коитус с представителем человеческого вида меня не интересует. При всём уважении к вам.