Все они забывают, что времена меняются, миры имеют разную оболочку, но в итоге всё остаётся прежним. Дети также смотрят чистым взором перенимая не всегда верное поведение взрослых, подростки, бунтуя отстаивают свои позиции и мнения, взрослые устают и выделяют малую часть жизни на небольшие радости затягиваясь в воронку рутины, а пожилые сетуют на пагубное воспитание нынешней молодёжи забывая о своих проделках молодости. Всё вокруг изменяется, но люди – остаются теми же людьми, будь то пол века назад или сейчас, а значит – всё циклично.

Из самокопания вновь вывел звонок телефона. В очередной раз сбросив вызов, но сознавая, что как бы не оттягивала момент – есть неотвратимые вещи, и витая в размышлениях сама того не поняв, всё же доковыляла до квартиры. Внутренне напряглась, не решаясь дотронуться до ручки. Почуяв, видимо, на ментальном уровне моё присутствие, а может и целенаправленно выслеживая, пространство расширилось открывшейся дверью, на меня с досадой и одновременным облегчением смотрел Курт и буквально схватив за рукав бирюзовой куртки втащил в квартиру. Он с предельной осторожностью начал осматривать меня оплетая моё лицо в свои руки, горячие пальцы поглаживали лицо словно драгоценный экспонат, а глаза разбегались в поисках опасаясь обнаружить дефект. Его нежность чувствовалась без слов. Слова были не нужны.

«Ну, что могу сказать, Эйприл Элванс. Ты добралась до своего создателя. Пристегнись, дальше будет точно весело»

г. Слифорд, 2051 год.

Она растворилась в воздухе, точно кипяток выплеснули из кружки в стоградусный мороз, и осталась только дымка и лежащая сумка в начерченном символе на полу. «Как я это мог допустить? Почему не продумал ситуацию детально и наперёд, как это было всегда? Даже представить себе не мог, что я просто не смогу войти в это проклятое пространство и подвергнуть Эйприл тому, что у неё не будет шанса выбраться из проклятого круга! Ей ничего не оставалось, кроме как открыть печать, портал или… шут его знает, что это за врата и куда они ведут. Какой же я глупец!» – присев на край дивана взлохмачивая волосы и с каждым разом всё сильнее запуская пальцы тем самым перебирая пряди… я вспомнил про линзы! «Конечно, линзы! Хотя бы так я смогу видеть её глазами, знать, что происходит вокруг» Вытащив телефон из кармана, принялся в воздухе перебирать список программ. Нужная найдена, но подключение к линзам отсутствует, а время последнего действия указано три минуты назад, как раз в это время всё произошло… На глаза попался повтор уведомления от заказчика – через двадцать минут необходимо быть на месте, внучка учёного уже ожидает меня для написания портрета. Указанный внизу сообщения адрес показался смутно-знакомым. «Как не вовремя». Поставив флажок на звуковое оповещение на тот случай, когда прибором начнут пользоваться, я заблокировал устройство. Голограмма потухла, рассеявшись в тотальной тишине… «Как рассеялась и она, моя сакура». Сумка Эйприл отправилась на заднее сидение автомобиля, двигатель пробудился, самому управлять не хотелось, нажав сенсорную кнопку автопилота машина тронулась в путь по воздуху. Закат миновал мой взгляд, так что над Слифордом неспеша захватывали власть сумерки. Из мыслей не выходил её образ: последний растерянный, а следом решительный, смелый взгляд со слезами на глазах.

«Она ничего не боится, думает, что ей нечего и некого терять, что всем нет дела до этой маленькой воинственной красавицы. Неужели не задумывается, как больно мне будет жить без неё, если окончательно наша связь угаснет. Даже в моменты проявления слабости – она сильна, так как знает, что выстоит. Мир рушится, горит в огне, а эта девчонка волнуется за других, за тех, кто вонзает ей ножи в спину. Я всегда знал как решать проблемы, но сейчас в голове сжирающая, угнетающая пустота и совершенно нет дельных мыслей. Что предпринимать, куда бежать, в какие врываться двери? Ограничиться ожиданием было невозможно. Отчаяние уже прогрызало свой путь до подкорок сознания. Неужели я потерял её навсегда? Нет, стоит разогнать мысли в логический спектр – если всё сложилось верным образом, то Эйприл сейчас должна находиться в связи с автором книги. Как это всё устроено – пока идей нет, но стоит верить в неё, она справится.»

Проезжая через центр города и выворачивая в соседний квартал от моего дома туда, где располагались довольно дорогие дома – коттеджи политиков или уважаемых работников медицины, учёных, и людей привнёсших свой вклад в историю города, а то и всей страны, я заметил интересную деталь. Она тут же обрела логическую связь с произошедшим. Главная героиня – пропала, а следовательно, и мир книги затянул своё движение. Прохожие на улицах почти застыли в самых разнообразных позах, даже, казалось, природа замерла в ожидании продолжения сюжета, деревья в замедленной съёмке дышали миром, время на часах стало резиновым, но всё же я не нахожусь в данном положении дел. Предполагаю, по причине того, что я второстепенный персонаж, всё же важный герой истории, хотя и основательно двигать сюжет не в силах. Почти подъезжая к указанному в сообщении месту, пришла крайне дельная мысль подающую надежду: «если наш мир ещё существует – значит и она жива!». Тачка завершила свой путь оповестив голосовым сигналом, а также автоматически открыв дверь. Негромкий монолог адресованный в никуда выделял основные мысли:

– Это дом Джессики Миллз? Иронично, что именно эта девушка является внучкой такого талантливого в науке человека.

Ворота, целиком состоящие из непроницаемой проекции, медленно стали рассеиваться, давая доступ позднему гостю. Машина припарковалась на территории, а я двинулся следом. Меня встретили возвышающиеся к небу могущественные сосны, настойчиво прижимающиеся к особняку, поодаль располагался небольшой, но со вкусом оформленный пруд от которого исходил плеск воды и переливы резвящихся рыб. Высокий забор скрывающий за собой богатство внутреннего содержания, теперь не служил помехой для взора теннисного корта выглядывающего из-за двухэтажного сооружения, распростёртого минимум на четыре тысячи квадратных метров и выполненного в славянско-азиатской комбинации, завораживающего своим размахом. Тускло жёлтый свет от многочисленных фонарей добавлял мягкость атмосфере. Всё таки я не ошибся, и у основного входа навстречу вышла Джессика. Раньше, я был бы ей возможно и рад, но не теперь. Я не стал выражать льстиво-приветливое выражение лица, ведь мы оба знаем: всё, что нас связывает в эту секунду – исключительно рабочие с моей стороны моменты, и к тому же, после её поступка в сторону Эйприл, только данное обещание и воспитание не позволяли мне излагать грубость в сторону однокурсницы моей женщины. Русоволосая девушка так приторно улыбалась, точно была искренне рада моему визиту, но все её слова я пропускал мимо ушей, лишь едва качал головой, делая вид что слушаю. Достав из автомобиля всё необходимое для написания портрета, мы поднялись на второй этаж и побрели по многочисленным коридорам в поисках её комнаты.

Обычно студенты нашего колледжа живут в общежитии независимо от финансового состояния, так как не у всех есть возможность и время добираться каждый день в учебное заведение из разных точек города, а на выходных зачастую возвращаются домой. Джесс, как я понял, после крайнего инцидента решила всё же переехать в родительский дом. Ядовито-розовые тона стен и вопиющих оттенков новая мебель, едва ли не кричала о хозяйке этого места и её натуре. Некоторые элементы декора находились в прозрачных плёнках, как и некрупная мебель, отчего приходило соображение – не так давно комната претерпела изменения. Находиться в кукольном царстве слишком неприятно, тем более что Эйприл мне всегда представляла Джесс как мудрую девушку, не легкомысленную, эрудированную и верную своим принципам, но истина начинает раскрываться по мере обретения персонажа собственных мыслей и взглядов.