Охрана у входа едва заметно кивает, пропуская без единого вопроса. Я ощущаю на себе десятки взглядов — восхищенных, оценивающих, подозрительных. Всё идёт по плану.

Здесь я не просто игрок — я хищница в мире добычи.

Улыбнувшись уголками губ, я направляюсь к бару, ловко обходя игроков, словно уже знаю каждый ход в предстоящей игре. В этом месте нельзя быть слабой — и я готова к любой ставке.

— Мартини, — прошу бармена, и он кивает.

Пока жду напиток, осматриваюсь. Ищу VIP-зал и нахожу его практически сразу по табличке перед мраморной лестницей. Хорошо, значит, мне туда.

— Мадемуазель, ваш мартини, — мягко протягивает мужчина.

Повернувшись, я беру бокал с мартини и уверенно, от бедра, иду в сторону лестницы, параллельно осматриваясь. Охраны больше, чем в обычном казино, значит, цель, скорее всего, в здании.

— Чёрт! Простите, — голос прозвучал низко, с едва уловимой хрипотцой, заставляя вибрировать воздух между нами.

Лёгкий толчок — и мой мартини выплеснулся из бокала, разбрызгавшись по ликующему залу и, конечно, по мне.

— Какого черта?! — вскипаю мгновенно и поворачиваюсь на этого смертного, который посмел врезаться в богиню.

— Простите, я, как всегда, неаккуратен и неуклюж, — извиняется мужчина.

Ярость бурлит внутри, но когда нахожу виновника, замираю.

Его лицо — резкие скулы, четко очерченная линия челюсти, сильный подбородок с лёгкой бородой, придающей ему ещё больше мужественности. Тёмно-русые волосы уложены так, будто он только что провёл рукой, создавая видимость небрежности, но в этом был свой стиль.

Больше всего притягивали его глаза — ярко-голубые, холодные, как лёд в кристально чистом горном озере, и в то же время с какой-то глубокой, скрытой теплотой. В них можно было утонуть, забыв обо всём, если бы не постоянное ощущение, что за этим взглядом скрывается острый ум и способность мгновенно распознать любую ложь.

— Давайте я помогу, — добавил он и достал белоснежный носовой платок, слегка прикасаясь к моему запястью.

Когда он улыбнулся, уголки его губ приподнялись, открывая идеальные зубы, а на щеках проступили едва заметные ямочки. Улыбка была обезоруживающей, но я знала — за этим очаровательным выражением скрывался опасный противник.

В моей профессии никто случайно ни с кем не сталкивается, поэтому он или конкурент, или агент какой-то службы. И всё же в душе внезапно захотелось, чтобы он был обычным смертником, который разозлил богиню.

А стоп, злюсь!

— Не нужно, — резко одергиваю запястье. — Ты слепой? — выпучиваю на него гневные глаза.

Смешно, он выше меня на голову, если не больше, но в бесстрашии мне нет равных.

— Ещё раз простите, мне так жаль, — причитает и улыбается. Вот скотина, знает, на что давить.

— Всё, хватит, — пытаюсь обойти его и скрыть улыбку.

Но наглец не сдаётся и, слегка касаясь моей руки, останавливает. Ты серьёзно?

— Позвольте хоть купить вам новый напиток, — предлагает этот наглец, одаривая меня такой улыбкой, что если бы не задание, я бы ему не только выпить позволила купить.

— Бери… — выпаливаю холодно, хотя внутри моя богиня ржёт, ведь фраза звучит в голове двусмысленно.

— Ам, хорошо, — он, прищурившись, посмотрел в мои глаза и развернулся в сторону бара.

Неужели заметил? Вряд ли, я очень хорошо умею носить маски.

Прусь обратно за незнакомцем в сторону бара, бросая косой взгляд в сторону лестницы, ведущей в VIP-зал. Охранник появился. Замечательно.

Выдыхаю и одариваю моего нового знакомого таким взглядом в спину, что он должен был упасть замертво от зияющей дыры в теле.

— Виски и что у вас там было в бокале? — опираясь на стойку, спрашивает мужчина.

— Мартини, — холодно кидаю, подходя к стойке, и запрыгиваю на барный стул.

— Помочь? — видя, как я ловко, как кошка, усаживаюсь за барной стойкой.

— Себе помоги, — грубо, но эффективно.

Обычно после этого отваливают, но нет, вот именно сейчас это тот случай, когда мужчина решил показать, что он Альфа. Ну-ну, я тебе сейчас покажу Альфу. Опять кошусь в сторону лестницы.

— Хотите в VIP-зал? — протягивая мой новый мартини, произносит мягко “альфач”.

— Что? — понимаю, что спалилась. Нет, не могла.

— С чего ты взял? — прищурив глаза, сверлю его взглядом.

— Вы шли в направлении лестницы, когда мы столкнулись, и вот теперь опять на неё смотрите, — подмечает мой новый капитан очевидность.

— Да, я предпочитаю играть в VIP-залах, — отпираться нет смысла.

— Я могу вас провести, у меня приглашение от владельца, — внезапно, как удар под дых, слышу эти слова.

Всё! Прощай, мечта о красавчике, ублажающем богиню. Точно агент спецслужб или из охраны Беллано.

— Сама могу пройти, — отрезаю.

— Вы Алина Дюваль, наследница ювелирного дома Лаверье, — улыбаясь, произносит мужчина и делает глоток виски.

Поздравляю, мальчик, ты выиграл плавание вместе с рыбами у побережья Сен-Тропе.

— Следишь за мной? — нет смысла прикидываться дурочкой перед будущим трупом.

— Алекс Каррингтон — искусствовед международного класса, приглашённый господином Виктором Беллано для проведения аукциона, — протягивает руку и снова обезоруживает белоснежной улыбкой.

Подаю руку молча, оценивая, насколько это может быть правдой.

— Я знаю всех потенциальных покупателей предстоящего аукциона, и, поверьте, ваше фото умеет произвести впечатление, — доставая телефон, он показывает список имен, в котором есть и я.

Ладно, возможно, этот смертный еще поживет, если его слова подтвердятся.

— И что в конечном итоге? Ты попала в VIP-зал? — с интересом произносит Дмитрий.

— Да, — кратко отвечаю. Соврала.

— А искусствовед? — продолжает мужчина.

— А что он? — включаю дурочку.

— Он соврал или же и правда им оказался? — достаёт новую сигарету и пока просто крутит её в руках.

— Он не важен в этой истории, — ухожу от ответа.

— Ты уверена? Ведь из-за него ты здесь, — закуривает и, втянув дым, сразу выдыхает мне в лицо.

Скотина.

— Я не из-за него здесь, а из-за событий на яхте, — парирую его утверждение.

— Врёшь! — накатом бросает мужчина. — Ты с ним трахалась или опять бармена окрутила?

— Да что с тобой не так? Такое чувство, что это тебя интересует больше всего остального, — с презрением бросаю я, щуря глаза.

— Ладно, поехали дальше… — делая глубокий вдох сигаретного дыма, произносит Дмитрий, и я продолжаю.

Мы врываемся в его номер как ураган, снося всё на своём пути. Он держит меня за ягодицы, я, как прилежная девчушка, обхватила его ногами за талию и держусь руками за шею.

Его поцелуи обжигают кожу шеи, страстно впиваясь в губы и возвращаясь обратно. Первой жертвой нашей страсти падает прикроватная лампа. Мы сносим её, даже не замечая.

Он быстрым движением укладывает меня на кровать и накрывает своим телом. Губы мужчины впиваются в шею, как клыки вампира, жадного до крови. Слышу треск ткани. Прощай, платьишко, будем помнить тебя.

Разорвав его на груди, он быстро, страстно, как хищник, переходит к моим затвердевшим соскам, обводя их языком кругами.

Я издаю довольный стон, давая понять, что он на правильном пути. Закидываю голову назад и, закатив глаза, уплываю в страну наслаждения и похоти. В этом мире есть только я и этот мужчина.

Ещё один треск — и платья больше нет. Я остаюсь в одних трусиках и туфлях. Бью каблуком в бок за платье, но, похоже, он этого даже не замечает.

Он продолжает медленно обжигать моё тело поцелуями, его терпкий язык спускается ниже — сначала живот, затем, разорвав трусики, он располагается между ног.

— Ах! — вздрагиваю и прикрываю рот ладонью.

Время словно остановилось, сводя мир к точке касания его горячих губ и моего трепещущего тела. Его руки удерживали меня в сладком плену, а язык медленно исследовал самые потаенные места, заставляя забыть о границах реальности.