* * *

Следующие несколько дней прошли в относительном спокойствии. Велижский на неделю уехал в командировку. С момента своего отъезда он общался с Лизой короткими, требовательными сообщениями вроде: «Соберите статистику по китайскому рынку» и «Найдите информацию о последних сделках Obsidian Corp.». Либо же вовсе передавал поручения через Софью. Лиза в ответ старалась выполнять работу безупречно, перепроверяя каждый файл, перечитывая каждый отчёт, сверяя данные так, словно от точности цифр зависела судьба всего человечества.

— Тебе надо выдохнуть, — покачала головой Софья, наблюдая, как Лиза тщательно готовит для Велижского короткий обзор профильных новостей за прошедшую неделю. — Или надорвёшься.

Почти не слушая подругу, Лиза отмахнулась, напряжённо размышляя, как передать смысл четырёх абзацев одним предложением. Это казалось почти невозможной задачей, но если написать длиннее, Велижский просто не прочтёт.

— Мне ещё готовить доклад для его выступления на конференции.

— Кстати, об этом, — подхватила Софья, покачиваясь на стуле в кабинете Лизы, пока та пыталась сосредоточиться. — Босс терпеть не может официальные фразы и заштампованные обороты. Его стиль: мало текста, много смысла.

— В таком случае, почему бы ему самому не написать этот чёртов доклад? — не выдержав, зашипела Лиза, глядя в экран суженными от злости глазами.

— А ты тогда здесь зачем? — съехидничала Софья и с вредной улыбкой вернулась в приёмную.

— Уже сама начинаю забывать… — ответила Лиза в тишине.

Телефон вновь ожил и издал характерный звук.

Взглянув на оповещение, Лиза увидела пометку ASAP и сразу же решила открыть электронное письмо, пришедшее на корпоративную почту Велижского. Писал ему один из акционеров компании, утверждая, что получил информацию о готовящемся законопроекте, который ощутимо ударит по текущей бизнес-модели Tesser Group. По утверждению автора письма, некоего господина Новикова, текст закона и его обоснование собираются представить парламенту в ближайшие дни, а рассмотрение закона проведётся в приоритетном порядке. Среди инициаторов нормативного акта — не только регуляторные органы, но и некие «неравнодушные граждане», за которым якобы скрываются конкуренты Tesser Group. В конце письма адресант требовал срочного созыва Совета директоров для разработки стратегии реакции на изменения, если закон всё-таки примут.

Сразу же сообщив о письме Велижскому, Лиза вышла в приёмную.

— Что ты знаешь о срочном созыве Совета директоров? — спросила она у Софьи, которая при её внезапном появлении, одним щелчком мыши погрузила компьютер в спящий режим.

— Потребовать внеочередного заседания может любой член Совета или ревизионная комиссия, — быстро ответила Софья.

— А акционер?

— Тоже может, — кивнула брюнетка, убирая руки со стола. — Но не сам, а через председателя.

— А кто председатель?

— Официально — Симонов Пётр Игоревич.

— Ни разу о нём не слышала.

— Конечно, не слышала. Это независимый директор, эксперт со стороны. У него нет акций компании, но и в Tesser Group он тоже не работает. Появляется здесь раз в квартал на полдня.

— Если есть официальный председатель, то кто неофициальный? — осторожно поинтересовалась Лиза.

— Велижский, конечно, — хмыкнула Софья так, будто ответ был очевиден. Всем, кроме Лизы. — Но юридические ограничения не позволяют даже мажоритарному акционеру быть одновременно и исполнительной властью, и контролирующей. А что случилось?

Лиза показала Софье письмо.

— Велижскому сказала? — деловито поинтересовалась секретарь, потянулась было к мышке своего компьютера, но почти сразу отдёрнула руку.

— Да.

— Тогда жди, что он решит. А пока можешь отправить этого «писателя» к Симонову, тот запросит у него письменное требование. Пока бумагу будут стряпать, Велижский уже что-нибудь решит. А кто именно из акционеров тебе написал?

Лиза проверила письмо и ответила:

— Новиков.

— А, этот, — с пониманием протянула Софья. — Вечно суету наводит.

Телефон звякнул. Велижский прислал одно слово: «Возвращаюсь».

— Надо же, — нахмурилась секретарша. — Босс терпеть не может срываться с места одномоментно. Значит, дело серьёзное, — схватив собственный телефон, она воскликнула: — Ну, точно! Сказал мне взять ему билет на ближайший рейс из Милана!

И Софья бросилась бронировать место в бизнес-классе, полностью позабыв о Лизе.

Устройство опять завибрировало в руке. Лиза ожидала увидеть очередное короткое сообщение от Велижского, но вместо этого прочла послание от Романа.

«Связался со своими знакомыми из министерства по поводу твоей проблемы. Обещали помочь. Встретимся вечером?».

Несмотря на то что Лиза обратилась во все возможные инстанции, — включая то же самое министерство образования, — ей никто не торопился отвечать. Велижский тоже больше не поднимал эту тему. Не выдержав неопределённости, девушка отправилась в отдел службы безопасности. Выслушав её, хмурый коротко стриженный парень с неприятным, цепким взглядом ответил: «Передали документ на дополнительную экспертизу. Ждём ответа».

«Даже если Рома не сможет мне помочь, одно его присутствие рядом делает все неприятности терпимее», — подумала Лиза, пока быстро набирала ответ. Она не могла не замечать, как её привязанность к этому человека растёт с каждым днём. Но она по-прежнему сомневалась в этих отношениях. — «Правильно ли это по отношению к Мише?».

Однако уже в следующий момент Лиза позабыла обо всём на свете, когда увидела текст от Велижского.

«Буду в офисе завтра в 8. Назначьте срочный созыв СД на 11».

И Лиза полетела к себе, чтобы успеть разослать всем директорам уведомление о встрече. Согласно Уставу, это нужно было сделать минимум за двадцать четыре часа до назначенного часа.

Встретиться с Ромой не получилось. Велижский сыпал поручениями даже пока летел в самолёте, требуя подготовить массу документов перед заседанием, включая резюме по тому самому злополучному законопроекту, из-за которого и поднялась вся шумиха. Продираясь сквозь сложный законотворческий язык, пестрящий заковыристыми юридическими формулировками, Лиза вымоталась так, словно совершила марш-бросок на десять километров.

Опустив голову на сложенные руки, решив дать уставшим глазам передышку, она тяжело вздохнула… и проснулась, когда в кабинет, гремя тележкой, вошла уборщица.

— Ой, — выдохнула женщина в фирменном синем комбинезоне. — Я не знала, что вы здесь… Напугали! — схватилась за сердце женщина с претензией, отобразившейся на немолодом лице.

— Который час? — подхватилась Лиза в панике.

— Половина девятого, — ответила уборщица, беря в руки швабру.

— Велижский! — выдохнула Лиза, запуская пальцы в растрёпанную шевелюру. — Резюме!

И она схватилась за планшет, в котором делала пометки, пока изучала закон. Рядом гремела ведром и тележкой уборщица, а Лиза всё пыталась найти свой черновик, но… его не было!

— Не может быть… — шептала Лиза, проверяя снова и снова. — Неужели я не сохранила?

Оставив уборщицу намывать пол, Лиза выскочила из кабинета. Пытаясь продраться сквозь липкую сонливость, она не успела сделать и пары шагов, как с размаху налетела на что-то.

Или кого-то.

— Ай! — вырвалось у неё, когда лоб девушки стукнулся о чужое плечо, породив во взъерошенной голове колокольный звон.

По инерции шагнув назад, Лиза зацепилась носком туфли за собственную ногу и начала стремительно заваливаться назад. Но, прежде чем осознала, что падает, сильная рука схватила её за шею, сжала до хрипа и, держа так резко выпрямила, возвращая в вертикальное положение.

— Ах! — выдохнула Лиза, на секунду испугавшись, что её сейчас задушат. Но холодные пальцы легко разжались, позволяя ей сделать следующий вдох.

— Третий, — произнёс мужчина голосом Велижского.

— А? — Лиза с непониманием подняла глаза, держась за шею и сдерживая подступающий к горлу кашель.