Смешно смотрелись на одетых в маскхалаты членах Клуба кожаные сайдаки (набор вооружения лучника, состоявший из лука в налуче и стрел в колчане) и ятаганы с полуметровыми клинками на поясах наставников. Батя сделал традицией в Клубе ношение ятагана, которые изготавливали на заказ, как знака отличия прошедшего начальное обучение и принятого в казачий круг.

В качестве проводника пошел егерь Олесь Залесский, вышедший в отставку боец спецназа ГРУ республики Беларусь, вооруженный карабином Мосина образца 1944 года.

Когда Батя поинтересовался его позывным, то Олесь усмехнулся и ответил:

— В бригаде меня звали Тунгус за мою охотничью юность и снайперскую меткость, можете и вы звать меня также.

Армейский автобус-фургон ПАФ 5350.1−11 на базе армейского вездехода «Мотовоз» (Урал-4320). Доставил членов клуба «Витязь», флегматичного Макса и егеря к лесному массиву около семи утра. Тактические рюкзаки у каждого были заполнены сухпаем, боеприпасами, запасом альпинистской веревки, запасными портянками, таблетками сухого горючего, тактическими фонарями, медицинской аптечкой спецназа (медицинская аптечка для сотрудников спецподразделений — это не просто набор бинтов, а тщательно продуманный комплекс средств для оказания первой помощи в экстремальных условиях: при боевых ранениях, ожогах, отравлениях и других угрожающих жизни ситуациях; её главная задача — спасти жизнь раненому товарищу до прибытия квалифицированных медиков). К рюкзакам закрепили свернутые спальники, саадаки и колчаны со стрелами. Помимо фляг у каждого на ремне были армейский котелок на 1,3 литра и армейские рации для связи членов группы. Степка помимо этого тащил на себе рацию «Север», а его брат — запасную батарею питания. С собой взяли несколько топоров.

За полдня углубились в такую непроходимую чащу, что казалось пройти дальше просто невозможно. Однако Тунгус шел и шел вперед, находя тропу своим охотничьим чутьем. Наконец вышли на небольшую прогалину, на которой брал начало родничок. Несколько сосновых стволов, высушенных и упавших, так и просились на дрова.

Тунгус довольно огляделся и предложил:

— Товарищ полковник, предлагаю здесь устроить привал.

Батя огляделся и кивнул:

— Согласен. Место отличное! Кречет и Змей! Берите пацанов и до вечера исследуйте окружающую местность. Это вам не Кавказ, пусть учатся чувствовать лес. Макс останется с нами. А мы пока поищем лежбище кабанов. Пока мы шли, я у меня от обилия следов этих диких свиней глаза разбегались. Ну что, псы войны! Покажите класс охоты луком и стрелами?

Тунгус ухмыльнулся, однако промолчал. Вепрь вздохнул и стал натягивать на свой лук тетиву. Хантер последовал примеру друга. Батя с любовью погладил свой лук и накинул петлю тетивы, а затем без напряжения согнул лук и набросил вторую. Макс, высунув язык, посмотрел вслед разделившихся двух групп и прикрыл глаза. Получив приказ охранять рюкзаки и рацию, Макс сел, всем своим видом показывая, что чужим сюда лучше не соваться.

Тунгус уверенно вывел троих гостей к заболоченному лужку, неподалеку от которого, вытеснив сосняк, росли мощные вековые дубы, под которыми кабаны собирали упавшие желуди и своими пятаками подрывали корни лесных великанов, пытаясь найти молодые корешки.

Батя указал на одного из молодых подсвинков годовалого возраста и три стрелы ударили в его волосатую тушу почти одновременно. Все трое целили в область около заднего края лопатки, примерно на двадцать сантиметров выше нижней линии тела по вертикали передней ноги и все стрелы пронзили сердце, причем древки стрел притерлись друг к другу. Кабанчик рухнул. Огромные кабаны встрепенулись и развернулись в сторону угрозы. Однако забота о молодых поросятах, завизжавших от ужаса, пересилила желание наказать чужаков и хрюкнув, вожак развернулся и рысью увел стадо, которое скрылось среди леса.

Вырезав стрелы, взвалив тушу весом около сорока килограммов на плечи, Кречет довольно произнес — Это мы удачно зашли!

Тунгус кивнул:

— Знатно вы стреляете, мужики! Другие бы на вашем месте не утерпели и сразу трех бы завалили.

Батя покачал головой:

— Нам бы хотя бы этого подсвинка съесть.

Увидев крупную птицу на ветке метрах в двадцати, Батя не целясь выстрелил из лука и на землю свалился глухарь.

Когда вернулись обе группы, кабанчик был разделан, мясо промыто, а кишки и остальные отходы вместе с головой зарыты с помощью лопаток. В четыре топора нарубили поваленный сухостой и насаженные на прутья куски мяса издавали одуряющий запах. А Макс, которому был отдан глухарь, довольный облизывался, счищая свою морду от перьев птицы.

Змей при виде почти готового шашлыка довольно присвистнул:

— А вы тут без нас смотрю времени даром не теряли. А мы километрах в пяти отсюда место для ночлега нашли. Еще один родник, а рядом с ним кто-то полуземлянку вырыл и, выпилив лес вокруг, из него сруб и крышу отгрохали. Мы все там поместимся, полы досками застелены. Видно принесли их на себе.

Тунгус скривился:

— Видно мы проглядели этих козлов. Слишком уж далеко они забрались. Наверняка браконьеры себе убежище соорудили. Надо же — даже доски умудрились натаскать. Хотя если схрон такой вместительный, значит тут крупная шайка появилась. Я месяц отсутствовал, на этом участке Малофеев оставался. Неужели он скурвился и закрыл глаза на чужаков?

Батя, увидев, что все насытились,скомандовал:

— Оставшееся мясо я посыпал солью с перцем, до завтра оно не пропадет, утром пожарим. Собираемся. Змей, веди нас к браконьерскому схрону. Глядишь нам повезет и они появятся. Пацаны смогут попрактиковаться на задержании преступников.

Тунгус хмыкнул:

— Наверняка все будут вооружены. Не боитесь мальчишек под пули подставлять, товарищ полковник?

Батя покачал головой:

— Им уже в следующем году в армию идти, они уже готовы к противостоянию с вооруженным противником лучше чем призывники после учебки. Все они минимум восемь лет как постигают военную науку, можно сказать военное училище с академией закончили. У нас ведь в Клубе готовят на уровне Академии. Стратегию и тактику на примере войн прошлых веков изучали. Да и Первую мировую и Великую Отечественную подробно штудировали. Эти как ты говоришь пацаны уже смогут отделением командовать.

На краю поляны подальше от родника стоял скворечник над отрытой отхожей ямой. Поверху сруба полуземлянки были натянуты масксети так, что сверху вертолетчики наверняка не обратят внимания на эту проплешину в лесу. Внутри обнаружились несколько капканов. В ближнем к входу углу из камней и глины была сложена печь, стальная труба была выведена наружу. Значит и зимой браконьеры рассчитывали с удобством проводить здесь время.

Тунгус осветил фонарем помещение:

— Ты смотри, какие они тут доски толстые постелили, прямо на года решили обустроиться. Да и щели между бревнами паклей забиты.

Батя посмотрел на святящиеся стрелки командирских часов:

— Всем готовиться к отбою! Макса у выхода положите, пусть наш сон стережет. По-хорошему конечно ночь на вахты разбить нужно. Кречет заступаешь первым, Вепрь сменишь его в полночь, я сменю тебя в четыре утра. Все, готовьте спальники.

Вошедший Серый указал пальцем за дверь:

— Какой-то странный туман полянку накрывает. Смотрите не потеряйтесь, когда на толчок пойдете. Я на всякий случай от стоящего у толчка дерева до входа в землянку натянул альпинистскую веревку.

— Молодец! — скупо похвалил Батя. — Я смотрю, что вы уже самостоятельно думать начинаете.

Макс, который лег у порога, вдруг зарычал, его шерсть на загривке поднялась дыбом, а пес стал пятиться вглубь комнаты.

Батя встрепенулся:

— Что за черт! Макс так даже на вооруженного человека не реагирует. Ему будто жутко стало. — машинально проверив свой пистолет, Батя пересчитал по головам своих подопечных и немного успокоился. Наложив прочный деревянный засов на металлические крепления, Батя выключил фонарь. Его сын сел у двери, прислушиваясь к происходящему снаружи.