— Поедем разбираться? — Равиль от возмущения раздувал ноздри — Если они сегодня продолжат погрузку, как раз с поличным их поймаем.

Я не ответил сразу. Слишком вовремя, слишком удобно. Именно сейчас, когда мы почти неделю сидим и ждём чего-то от Кравцова. С другой стороны, база действительно наша. Сторож настоящий. Документы на объект лежат у Валлиулина.

— Его проверяли? — спросил я, кивнув на сторожа.

— Уже, — ответил Равиль. — Работает там двенадцать лет.

— Семья?

Сторож удивлённо посмотрел на меня.

— Какая семья?

— Ваша.

— Жена дома. Сын в Свердловске.

— Вам угрожали?

Он нахмурился.

— Кто?

— Те, кто приезжал ночью.

— Да чего им мне угрожать? Сказали сиди и не высовывайся. Я и не высовывался.

— Кто-нибудь ещё знает, что вы сюда приехали?

— Не знаю. На автобус сел и приехал.

— Когда уехали машины?

— Часа в четыре.

— Сколько пацанов с собой возьмём? — Равиль уже рыл копытом землю.

Я задумался. Может это отвлекающий манёвр? Может именно этого от нас и ждут? Увести половину охраны с основной базы, оставить документы, бухгалтерию и имущество слабее прикрытыми.

— Нет. С базы никого снимать нельзя.

— Совсем?

— Тут останутся все, документы важнее нескольких кранов.

— А туда кто поедет?

— Мы вдвоём. Валлиулин тоже останется тут, если вдруг придётся отбивать очередное нашествие ментов и проверяющих. А мы с тобой самые подготовленные, глянем вначале тихо, что там происходит, и, если что вмешаемся, если будем уверены, что выгребем.

Равиль хмыкнул.

— Согласен. Поедем на одной машине?

— Да, на служебной «Ниве». Она не застрянет если что, дорога там судя по всему убитая.

Перед выездом я ещё раз прошёлся по территории. Парням сказал оставаться внутри. Ворота без команды не открывать. Чужих не пускать. Если снова появится милиция — звонить Валлиулину и вести себя предельно вежливо.

— А если Кравцов? — спросил один.

— Тем более вежливо.

— Насколько?

— Чтобы у него зубы от вашей вежливости сводило.

Равиль уже сидел в машине. Я сел за руль.

— Ты оружие взял? — Спросил он меня в первую очередь.

— Да. — Кивнул я — ТТ копанный, его скинуть не проблема если что. А ты?

— Тоже взял.

— Хорошо.

— Серый.

— Что?

— Ты тоже думаешь, что нас туда тянут?

Я завёл двигатель. Да что тут думать. Так и есть. Нас пытаются заставить распределить силы по обетам и ослабить. Задумали что-то наши оппоненты, как пить дать. Поэтому и нельзя было оставлять базу кооператива без присмотра.

— Думаю.

— И всё равно едем.

— Ага.

— Почему?

— Потому что, если сидеть здесь, мы так и не узнаем зачем.

Равиль несколько секунд смотрел на меня, а потом просто кивнул. Мы давно, ещё с армии понимали друг друга без слов. «Нива» хрустнула передачей и медленно покатила к воротам, которые для нас уже открывали пацаны. Ехать нам предстояло минут сорок.

За городом дорога быстро испортилась, и я похвалил себя за предусмотрительность. Моя «семёрка», или иномарка Равиля давно начали бы буксовать в весенней грязи. Сначала закончился асфальт. Потом исчезли последние дома. Через несколько километров пошёл лес, перемежающийся пустыми полями. Снега здесь было больше, чем в городе, хотя старая дорога была раскатана грузовиками.

Мы почти не разговаривали. Равиль курил, приоткрыв окно, я следил за дорогой. Километров за пять до базы встретился грузовик. Старый ЗИЛ, гружённый лесом. Водитель даже не посмотрел в нашу сторону. Потом стало совсем пусто. До базы оставалось меньше километра, когда я сбросил скорость. Равиль это сразу заметил.

— Что?

— Следы.

Я кивнул на обочину. Снег там был сильно разбит. Не одним автомобилем. И даже не тремя. Тут явно часто катались и грузовые и легковые машины. Равиль больше не улыбался.

— Вчерашние?

— Не знаю. Тут и ночью уже грязь не прихватывает. Точно не больше суток назад.

Я посмотрел вперёд. За поворотом уже виднелась верхушка кирпичной трубы старой котельной. Я съехал на обочину.

— Давай-ка прогуляемся.

— Давай… — Равиль с тоской посмотрел на раскисшие сугробы вокруг, а потом на свои новенькие ботинки — Промокнем все, и уделаемся, как пить дать.

— Не ворчи — Перспектива пешего перехода по мартовскому лесу меня тоже не особо радовала — Грязь не кровь, отстираться.

К воротам базы мы подошли через двадцать минут и укрывшись на опушке лесной вырубки принялись наблюдать. Как и предсказывал мой друг, мокрые мы были по самое небалуйся, а в ботинки набился снег, который медленно таял, не прибавляя нам настроения. Ворота базы оказались открыты. Тишина. На территории не было видно ни людей, ни машин. Даже дым из трубы сторожки не шёл. Равиль медленно оглядел двор.

— Пусто вроде.

— Пусто. — Кивнул я головой — Но кто-то тут недавно был. Вся площадка перед складами колесами перепахана.

— Пойдём глянем?

— Обожди — остановил я Равиля — Десять минут наблюдаем, потом идём. Я через ворота, а ты с боку зайди, с правого фланга. Там тебя стена склада будет от дороги закрывать. Я тебя буду прикрывать, а ты как займёшь позицию, прикроешь меня.

— Фланга? — Равиль хмыкнул — Дежавю блин. Как будто снова в Асадобаде. Хорошо командир, с фланга так с фланга.

Через десять минут Равиль исчез справа, пригнувшись за штабелями бетонных плит. Несколько секунд я ещё видел его спину между кустами, потом он добрался до стены крайнего склада и слился с ней. Оттуда показалась ладонь. Всё чисто. Я выждал ещё немного и пошёл к воротам.

Во дворе ничего не двигалось. Створка ворот медленно покачивалась на ветру, поскрипывая нижней петлёй. Перед складами чернели свежие колеи, возле сторожки валялось ведро, рядом с ним лежала лопата. Труба не дымила, но снег на крыше вокруг неё успел подтаять. Печку топили недавно.

Я прошёл внутрь и остановился возле кирпичного столба. Пахло мокрой землёй, угольным дымом и соляркой. Вдоль забора лежали секции башенных кранов, дальше стояли штабеля бетонных плит. Всё это давало десятки мест, где можно спрятать человека.

Равиль внезапно появился у угла склада, его глаза бешено сверкали, и он всеми силами старался привлечь моё внимание, не поднимая шума. Я вопросительно вскинул подбородок, а он показал два пальца на глаза, затем указал вниз. Я посмотрел под ноги. В грязи возле сторожки отпечатались свежие следы. Много. Одни вели от ворот к складам, другие уходили за котельную, третьи тянулись вдоль забора. Следы оставили не грузчики. Они не ходили туда-сюда, а расходились небольшими группами и заканчивались возле укрытий.

Я поднял голову. Слишком поздно. Первую очередь дали из верхнего, чердачного окна склада. Пули ударили в кирпичный столб, за которым я стоял, и швырнули в лицо красную крошку. Почти одновременно загрохотало справа. Равиль отшатнулся от стены, перекатился за бетонную плиту и исчез из виду.

Я мгновенно оценил обстановку и бросился обратно к воротам. Бежать пришлось метров десять, но за эти несколько секунд по мне успели выстрелить из трёх разных мест. Пули взбили грязь под ногами, одна прошла сквозь полу куртки, другая ударила в железную створку прямо перед лицом. Я нырнул за столб и упал в заполненную талой водой канаву.

Снова загремели очереди. Стреляли из ППС или ППШ — по звуку разобрать было трудно. У одного оружия темп был выше, второй стрелок бил короткими очередями. Кроме автоматов хлопали ружья и пистолеты. Я отполз вдоль забора и крикнул:

— Равиль!

— Живой!

Голос донёсся из-за бетонных плит. Значит, его тоже не задело.

— Назад откатиться можешь?

— Сейчас попробую!

Попробовать ему не дали. Двое выскочили из-за склада и открыли огонь по плитам, третий побежал вдоль стены, пытаясь обойти Равиля сбоку. Я выстрелил в него дважды. Первый раз промахнулся, второй попал. Мужик развернулся, ударился плечом о стену и сполз на землю. Оставалось шесть патронов.