– Ну, нам хватит на пару комнат в каком‑нибудь дешёвом общежитии по соседству с тараканами и крысами. – Все на него не очень одобрительно посмотрели. – Ну или же барак на окраине города.

Я тяжело вздохнул, и в этот момент заговорил Михалыч.

– Да какой нахрен барак? На хрен вообще что‑то снимать? Давайте отбабахаем себе дом, да и дело с концом! Че мучиться‑то? Те же нужна площадь, так? Вот и сделаем с размахом.

– Ух, – усмехнулся я. – Говорить‑то легко. Только как мы дом‑то построим и на что?

– Ну, слушай, львиная доля уходит строителям на работу. – Продолжил говорить Михалыч. – Так?

– Ну так… – я посмотрел на него слегка по‑другому, после чего задумчиво произнёс: – Тааак, допустим, строитель у нас есть.

– Что ещё за «допустим»? – насупился он. – Ещё какой строитель!

– Ну ладно, ладно. Со строительством всё понятно.

Про себя я добавил: хоть он и один, да и навыки его пока неизвестны, но это вопрос второй. А вот что делать с деньгами?

– Хотяяя, – тут же произнёс я. – У меня есть кое‑что на примете.

Савелий вопросительно на меня посмотрел и поправил свои очки. Я же, не дожидаясь ничьих вопросов, продолжил говорить:

– Помните молочную ферму, где мы черепах добывали? Как по мне, очень даже неплохая земля. Там уже никто не живёт, отчего она будет стоить намного дешевле. Вряд ли там много желающих покупать такое место. А для нас это только плюс! Лишние глаза нам не нужны. Это во‑первых. А во‑вторых, нам главное подешевле. Да и автобусы там ходят. Тоже плюс!

– Ну, как вариант, – произнёс Жора.

– Мне нравится. Может, там поблизости и озеро какое‑нибудь найдётся, где ловить рыбу можно. – Добавил Толя.

– Да ты и без озера справишься.

– Да, только тебе потом ящики возить на автобусе, – добавил Савелий, после чего Толя слегка похмурел.

– Ну, это ладно, с этим мы разберёмся. Надеюсь, там поблизости единственный прорыв с этими черепахами. Если так, то нам он не должен доставить больших проблем. В целом звучит достаточно адекватно.

Все покивали, соглашаясь со мной.

– Да, свой дом куда лучше, чем маленькая квартирка, – хмыкнул Михалыч. – Я наконец‑таки делом займусь.

– Мягкий кровельный материал, – произнес Валентин, задумчиво глядя в книжку со сканвордами. – Первая буква «Р».

– Рубероид, – буркнул Степан, склонившись над маленькой шахматной доской.

– Подходит, – удивленно произнес Валентин и вписал буквы.

Кирилл Евгеньевич, сидевший напротив, тяжело вздохнул и с сожалением положил короля на бок.

– С тобой невозможно играть, – проворчал он недовольно. – Почти так же, как находиться с нашим Алешей рядом долго.

– Где он, кстати, не в курсе? – подал голос Валентин. – Что‑то он начал пропадать.

– Дедукция, – с усмешкой произнес Кирилл Евгеньевич. – Если тебе так интересно, можешь посмотреть новые штрафы от ГАИ. По ним можно его маршрут отследить.

Старичок недовольно вздохнул и глянул на сослуживцев.

– Почему у него до сих пор не отобрали велосипед? – спросил он. – Или вы все же ждете, пока он на нем убьется или покалечится?

– Меня устроит любой вариант, – пробормотал Степан и поднялся, направившись к небольшому столику, где располагался тонометр. – Как и с делом о потрошителе. Справится – молодец. Не справится – хотя бы тут не сидит. Убьется или покалечится на велосипеде – тоже плюс.

– Какой уж тут плюс? – хмыкнул Кирилл Евгеньевич.

– Я больше не услышу его бредовых выводов из ничего, – пробормотал Степан и надел на руку манжету.

Пара нажатий на кнопки и аппарат загудел, начав накачивать манжету.

– Что‑то ты сегодня не в духе, – проворчал Валентин Павлович. – Случилось чего?

– С утра давление давит. Голова болит, – сморщился Степан и глянул на аппарат, что показал цифры в сто пятьдесят на девяносто. – Блин…

Мужчина встал, подошел к столу и достал из ящика коробочку с таблетками.

– Кофе пил?

– Не‑а. Пока в завязке, – пробормотал начальник отдела и выудил таблетку, которую сунул под язык.

Он только расположился в кресле, откинулся назад, но тут в коридоре послышался голос Алексея.

– Сабака Барабака! Мы раскрыли дело!

– Только его тут не хватало, – вздохнул Степан и прикрыл глаза.

Дверь в кабинет едва слышно скрипнула и на пороге показался Алеша с довольной миной.

– Всем здрасти! – произнес он с улыбкой. – Я раскрыл дело с маньяком!

– Молодец, но ты кое‑что забыл, – буркнул Валентин Петрович и поднял взгляд от сканворда.

– Не‑е‑е‑ет! – протянул Алексей и помахал бумагами в руках. – Я распечатал доказательства, а еще я не ездил к убийце! Я все проверил, все выяснил и сперва принес вам, как и договаривались!

Валентин Павлович поднял взгляд от книжонки в руках, глянул на Алешу и кивнул в сторону столика с чайником.

– Ты кофе забыл!

– Да, блин! – тут же расстроился Алексей. – А без кофе нельзя рассказывать?

– Не‑а, – мотнул головой старичок.

Алексей тяжело вздохнул и направился к столику, где тут же включил чайник.

– Рассказывай, что нарыл, – недовольно буркнул Степан, не открывая глаз.

– Сейчас, кофе еще не…

– Пока просто рассказывай.

Алексей тяжело вздохнул и произнес:

– Я ходил к той камере. Ну, про которую вы говорили. Которая, вроде как бутафорская. Во‑о‑о‑от… По дороге я видел ларек с мороженным, но денегу меня не было. Я думал, может мороженщик меня угостит. Стоял перед ним, поправлял пистолет, смотрел на него. Ну, думаю, чтобы видно было, что я настоящий полицейский. А он бледный стал, ларек свернул и уехал, – проворчал Алексей и тяжело вздохнул. – Обидно очень. Я сильно хотел мороженное, но у меня денег было всего пару монет.

– Причем тут маньяк? – обернулся на него Кирилл Евгеньевич.

– Ни при чем, – пожал плечами Алеша. – Просто сказали рассказывать, вот я и начал рассказывать. А за мороженное…

– Про маньяка рассказывай, – буркнул Степан.

– А… А‑а‑а‑а! Точно! Я значит к той камере ходил. Думал, а вдруг рабочая? Ну, я и начал прыгать и махать рукой. А у нее внутри что‑то повернулось. Вот, я и понял, что она рабочая. Я оттуда записи нашел. За позапрошлый год.

Старики переглянулись.

– Мне записи все отдали. Там очень много. Я долго смотрел их, искал дату. А тетенька с оружейной мне контейнер с гречкой отдала. Мы с Барабакой все‑все съели, только вот протокол немного испачкался.

Парень протянул руку с бумагами Кирилл Евгеньевичу.

Тот удивленно уставился на каракули с человечками, ножами и красными каплями крови и заметил жирный отпечаток на углу.

– Так не пойдет, – хмыкнул тот. – Придется перерисовать!

– Да, бли‑и‑и‑ин! – протянул Алеша.

– Дай, гляну, – взял бумаги Степан и принялся их просматривать.

– В общем, я нашел машину которая была двадцать третьего марта, в три пятнадцать ночи на том перекрестке. А других там не было ни перед этим, ни после. Пол третьего ночи, там вообще безлюдно было.

– Погоди, ты хочешь сказать, что… – начал было Валентин Павлович, но тут же умолк, от голоса Степана.

– Вишневое «Зубило». Номер А восемь, ноль, четыре, семь Пэ У.

– А причем тут машина нашего… – начал было Кирилл Евгениевич и тут же умолк.

– Вот, я узнал, чья это машина и сразу же узнал адрес, – кивнул Алеша и указал на документы. – Вон там, в бумагах есть. Там, где домик нарисован!

– Беспилотная девятнадцать, квартира сорок восемь, – прочитал Степан и умолк.

– Да, нет, вы чего? – тут же поднялся Валентин. – Ну, не может такого быть! Просто совпадение!

Степан вытащил распечатанный кадр с машиной и номерами и протянул его коллеге.

– Что делала точно такая же машина, с такими же номерами, за двадцать минут до предполагаемого времени убийства на этом перекрестке? – спросил Степан глянув на коллегу. Он несколько секунд помолчал, а затем произнес: – А не помните, какое алиби у Георгия было?