— Только кто-то вырезал весь Род… — начал было опять Бурыкин, но Володя его перебил: — Я ничего про это не знаю… Да и у вас какие сведения? У меня нет никаких… С чего вы взяли, что это правда? Может, тот, кто принес сведения, просто обманул всех…

— Мы узнали из ИСБ, как и истинную информацию о вас, — холодно сказал Архимаг. — Именно по этой причине мы расстались сразу после дуэли…

— Понял, — кивнул Володя и замолчал, ожидая дальнейших расспросов. Самостоятельно он не собирался ничего подписывать.

Напряжение начало подниматься с каждой секундой все больше и больше, а Бурыкин опять не выдержал: — Что понял? Выбирай факультет и подписывай! Нам некогда здесь с тобой рассиживаться!

— Ну вы то, как раз таки можете идти! — заявил Володя. — На столе вашего факультета, как раз таки не представлено!

После этих слов он стал внимательней смотреть по сторонам. Отчего-то больше никто не собирался ставить его на место и не возмущался. У всех остальных глав факультетов был интерес и азарт. Архимаг был больше задумчив, а вот Бурыкин глава факультета стихийников был просто в бешенстве и непонятно почему. Ведь Володя ну никак с ним не пересекался.

— Ты мне что сосунок, будешь приказывать? — злобно спросил глава факультета, начиная вставать.

— Нет, — сказал Володя. — Но и вы в мою жизнь не лезьте!

— Жизнь! Сосунок, да я тебя сейчас живо… — чуть ли не начал угрожать Бурыкин, но вовремя спохватился и уже успокаивающимся голосом продолжил. — Многие отдали бы руку на отсечение, чтобы вот так вот стоять в этом кабинете и по-новому выбирать направление в своей жизни… Да я понимаю все… Дуэль, смертельная опасность… Только вот это ради твоей безопасности…

Володя пока стоял, все думал, что же им сказать такого, чтобы маги от него отстали у них, был какой-то интерес к нему. Не высказанный, но явно осязаемый. Проблема была в том, что он не мог просто так послать их. Нужен был аргумент. Такой аргумент, который оставил бы за ним моральное право настаивать на своем мнении, что-то, что они не могли бы оспорить.

— Ладно… — медленно проговорил Володя. — Представим, что вы честны со мной и заботитесь о моем здоровье…

Тогда у меня, сразу несколько вопросов, на которые я не могу найти ответ и самый главный именно к вам… Сколько учеников стихийного факультета, набора этого года, способны противостоять подмастерью?

— Конечно, ни один! — оторопев на секунду, начал опять заводиться Бурыкин, остальные только лишь заинтересованно посмотрели на него.

— Какие тогда шансы были у меня⁈ — возмущенно сказал Володя. — Вы что не понимали, что я просто не мог победить ее?

— Вообще-то, я ожидал, что вы господин Воронин просто извинитесь! — холодно вставил Архимаг. — Любой! Что ученик, что старший ученик просто извинился бы…

Даже если бы был стопроцентно прав…

Я и подумать не мог, что вы вдруг согласитесь на дуэль! Если бы вы извинились и потребовали извинения, я бы остановил дуэль…

Да, я не буду скрывать… Академия получила щедрое пожертвование от Пальчевских, как раз в тот момент, когда вообще разрешила вам встретиться на дуэльной площадке… Да и с другой стороны, объявив вам войну, они отсекли другие Рода от борьбы с вами… Был только один Род… И, как ни странно, вы одержали победу…

Хотя опять же, предполагая результат, вы сами пожелали возможностью войны и дуэли… Но если бы вы только извинились, я бы тут же остановил дуэль…

— Они обвиняли меня в убийстве сына! В чем тут извиняться⁈ Они обвинили меня в убийстве сына! — с расширенными глазами от удивления сказал Володя.

Архимаг с таким непринужденным видом обманывал его, что парень даже сначала подумал, что ослышался. Основной тезис строился на том, что если бы, то тогда точно.

— Все равно… Важен был сам факт извинения и отказал от дуэли. — неумолимо ответил Комаров.

— Ну да… — скептически наморщился Володя. — Говорить можно о чем угодно, но…

— Вы не верите своему Архимагу на слово⁈ — зло воскликнул Бурыкин, словно бы опять начиная преподниматься с места.

— Верить на слово? — поднял бровь Володя. — Речь идет о моей жизни… А в этом вопросе я никому не верю на слово… Предпочитаю обет… К тому же… Я задал один, и вы меня не убедили… Есть и другие вопросы…

Отчего у меня все еще нет перстня аристократа? Эту процедуру уже давно оплатили, а моего законного атрибута еще нет…

Отчего юрист, который отвечал за проведение дуэли пропал… Отчего-то я его не вижу его…

И самое главное подмастерье Веревкин, чуть не завел меня в помещение ниже и пытался убедить, что именно там находится приемная главы академии… А когда это не получилось, собирался принудить к проходу силой и угрожал… Именно поэтому я вас опасаюсь… У вас свои интересы… У меня свои… И никакая клятва академии меня не спасет… Уж об обходных путях вы явно знаете достаточно.

— Это было мое распоряжение, — тут же сказал Архимаг. — Хотелось бы узнать ваш уровень. А без специальных артефактов, это не так-то и просто сделать…

— У меня уровень ученика академии… — ответил Володя сдержано, внутренне похвалив себя за осторожность и не желание идти в странную комнату.

— Ученика, который убил подмастерье, усиленного запретными знаниями… Даже мне было бы это проблематично — скептически проговорил Бурыкин. — Кстати, как вы ее убили?

— Наставник одолжил мне один жезл, который существенно помог… — как можно более равнодушно ответил Володя. — Она просто меня недооценила, выдохлась и подпустила к себе. Тем самым подписала себе смертный приговор…

— А как же ее внешний вид? — спросил Бурыкин. — Это было преобразов…

— Кхм! Кхм! — кашлянул Архимаг прерывая своего соратника и перевел взгляд на Володю. — Это вопрос отдельного совещания… Лучше ответьте вот на что… Ваш уровень, как ученика академии понятен… А что насчет уровня Мечника?

— Не ниже Витязя… — хмуро ответил парень. — Возможности сейчас уточнить не могу… Последствия травмы… К тому же усталость…

— Ладно… — Архимаг сел в кресле. — Подписывать будете?

— Спешить не буду, — уверенно ответил Володя. — Посоветуюсь с наставником.

— Тогда имейте в виду… Академии выгодно, чтобы вы были выпускником одного из факультетов, а не были личным учеником пусть и уважаемого мага… И если вдруг вы примете такое решение, смело подходите, к главе факультета, который выбрали, и он все устроит! — спокойно ответил Архимаг. — И последний вопрос… Что по устранению Пальчевских?

— Ничего не знаю… Но, если увижу характер повреждений, может и пойму что-то… — ответил Володя.

— Решено! — уверенно кивнул Архимаг. — Мне тоже нужно выехать на место. Выезжаем через десять минут… Хотя нет… Через двадцать. Ждите у выхода со служебного входа.

— Понял… — сказал Володя и не дожидаясь, когда его попросят покинуть помещение поклонился и вышел.

Минута спустя, кабинет Архимага Академии магии

— Ну что, съел Череп! — засмеялся Белый, глава факультета зельеварения. — А то… У парня потенциал! У парня потенциал! Он точно ко мне пойдет! Если не пойдет, дурак! Ко мне! Я уверен!

— Ой! Можно подумать! Тебя он тоже не выбрал! — недовольно ответил Черепко, глава факультета целителей.

По своей натуре он был человек достаточно мнительный, оттого вдвойне обидчивый. Особенно сейчас, когда ставка не сыграла. А ведь он был уверен, что стоит на парня чуть надавить, как он согласится.

Как и любой опытный целитель, он был еще и психологом. Без четкого понимания, чего именно хочет пациент, невозможно заставить его поверить, что он получил именно то, что и хотел.

Пациенты, особенно те, которые имеют деньги, конечный результат целительского воздействия представляют слабо. А иногда простят просто невозможного.

Именно поэтому, наблюдав за тысячами пациентов, сотнями молодых целителей, Черепко считал, что разбирается в людях. А парень для него вообще, как открытая книга, тот должен был с радостью броситься к главному целителю и буквально потребовать обучения.

Тогда, когда он спас Сорокина, в глазах у ученика светился живой интерес. Да и свои возможности он понимал, как никто другой. Тогда парня от немедленного обучения в академии сдержал завхоз.