Для начала я хочу знать, что ты получишь за то, что проживешь тут сколько времени? И как вообще звучит твоя клятва⁉

— Никто не смеет разговаривать со мной в таком тоне! — с заостренными от ярости скулами прошипел Бондарс и сделал попытку уйти, но был остановлен словами Володи, произнесенными, холодным, каким-то шипящим голосом: — Я тоже умею играть в гордость! Если выйдешь из комнаты, ко мне можешь даже не подходить! Ни о каком взаимодействии не может идти и речи!

Александр застыл, в нелепом желании уйти.

Сейчас его не держала уверенность, как только он уйдет, его интриги закончатся. Воронину и впрямь плевать, на него и запасенные в рукаве тузы не сыграли. Однако он был слишком важен в ближайшей перспективе. Хотя уверенности в том, что он сможет сделать, его своим цепным псом уже не было.

— Хорошо, — наступил себе на горло Александр. Искать новые варианты слишком долго. Нужно пользоваться тем, что есть. Воронин уже второй раз за короткий разговор ставит его в неловкое положение и когда-нибудь, когда не станет нужным, обязательно отхватит за сегодняшнюю дерзость, но не сейчас.

Поэтому Александр, взяв себя в руки, ответил бесстрастным томном: — Мы оба погорячились… Нужно работать, а не характер показывать! Конкретная формулировка звучала так: — Если к концу обучения, я не смогу официально прожить в гостином доме мадам Жижи хотя бы месяц, то я окажусь вруном, и готов отдать имеющийся у меня пивзавод, своему оппоненту.

— У тебя есть завод? — удивленно спросил Володя, такого он не ожидал. Он, конечно, слышал, что в Родах и у детей есть недвижимость, но не думал, что настолько.

— Мы Бондарсы, — важно ответил Александр и совершенно ровным тоном, не переходя на негативные нотки, словно процитировал: — Мои предки еще семь веков назад были известными бортниками и бондарями. Мед и бочки до сих пор являются основой нашего могущества. Крепкий фундамент в будущем, из-за славного прошлого… А пивзавод? Это скорее небольшой филиал, на котором я наладил выпуск еще одного сорта медовухи. Только главное в этом не завод, а земля под ним находящаяся в удобном месте.

— Что поставили об заклад с той стороны? — уточнил Володя.

— Мне предоставили выбор. Клуб «Газы» недалеко отсюда или небольшую сеть аптек… — ответил Александр.

— Присаживайся, — еще через несколько секунд сказал Володя и взяв стаканы, пошел к холодильнику и налил в стаканы еще сока.

Александр, облегченно присел, а когда пришел Володя, сказал: — Ты, оказывается, тяжелый собеседник…

— Ты тоже не из легких, — поморщился Володя и продолжил: — Я не буду просить половину или что-то типа того. Мне будет достаточно десяти процентов от актива либо что-то равнозначное на выбор.

— Пять, — заявил Александр безапелляционным тоном. — Еще на пять я обеспечу твое кафе алкоголем, не нужно будет покупать ничего в течение десяти лет.

— Ну да… — усмехнулся Володя. — Ты даешь мне пять процентов, от которых я сам захочу отказаться и подсунешь ненужный тебе актив. А еще на пять обеспечишь свои заводы, надежным долгосрочным контрактом, который тебе просто на просто выгоден. Люди заняты и получают зарплату, а остатки и брак можно и мне отдавать. А ведь раньше просто выкидывали!

— У наших пивоварен высокий знак качества! — возмутился Александр, но Володя его перебил: — Я назвал тебе реально цену за посреднические услуги в столице, и это нормально. Зачем усложнять? А пиво я у тебя и так покупать буду… Скажем, сроком на пять лет. Заключим договор, все чин чинарем…

— Чин чинарем? -поморщился Александр. Условия были нормальные, однако не мог же он просто согласиться, к тому же фонетически он все понял, но Воронин так ловко выкручивал ему руки, что хотелось, его просто укусить в ответ и показать, как тяжело ему дается подобное решение.

— Да, не все в этой комнате пользуются запасами, накопленным предками, — усмехнулся Володя. — Кто-то хочет сам создавать эти запасы…

— Хорошо, а учитель? — еще раз уточнил Александр, пропустив ответную шпильку.

— Ты мне поможешь… — ответил Володя просто и видя, как встрепенулся Бондарс, торопливо продолжил: — Если у меня не получится, я обращусь к тебе с этой проблемой.

— Ты энергетический вампир! — заявил старший ученик, откинувшись на кресле, он не понимал, но отчего-то разговор, обещающий быть простым и легким, превратился в поле боя. Разговор было сложно спрогнозировать, нетипичные реакции, игнорирование, прямота. Все это здорово сбивало с толку и лишало маневра.

— Ошибаешься… Я тебя даже не давил… — ответил Воронин и так хищно ухмыльнулся, что Александр ему тут же поверил, мысленно пообещав себе проверить его подноготную более плотно. Не должен, по его представлению, пятнадцатилетний сопляк, так давить в разговоре.

— Как скажешь, — пересохшим голосом ответил Бондарс.

— Тогда не будем тянуть кота за хвост? — спросил, словно бы зная ответ на вопрос.

— Идем! Я нашел независимого юриста, который не только подготовит документ договора, но и сделает это сегодня, — сказал, вставая, старший ученик.

От доходного дома идти было недалеко, через двадцать минут неспешной ходьбы они вышли к двухэтажному зданию и серьезной даже на вид трехметровой двери с массивными медными вставками, над которой висела вывеска, выполненная в старом стиле «Адвокатъ».

Генрих Зигмундович, как представился степенный мужчина шестидесяти лет, был профессионалом тертым и опытным. Его не смутила молодость клиентов ни скромность запроса. Обстоятельно выслушав пожелания, он составил типовой договор. Как оказалось, мадам Жижи именно через него проводила свои документы, поэтому насчет Володи он был в курсе, как и обо всех необходимых сведениях для составления документов.

Договор пришлось читать три раза, прежде чем вопросы у Володи отпали и вроде все пункты были соблюдены, но сердце все равно тревожно стучало.

Опыта в таком деле у него не было, и он ощущал, будто его хотят обмануть. Посидев немного, Володя уверенно подписал документ и решил оставить все как есть. Если окажется, что здесь есть ошибка, то в следующий раз будет знать, куда смотреть.

Распрощавшись с юристом, они медленно пошли в сторону доходного дома и одному и второму было в одну сторону.

Шли молча, еще во время движения в адвокатскую контору общались, а вот на обратный путь сил как-то не было.

Так бы и попрощались, но все изменилось, когда они вышли на улицу, с которой начали наблюдать доходный дом, тогда-то Володя, приобнял Бондарса за плечи и негромко сказал: — Я уже не могу терпеть! Давай вон в улочку сходим!

— Чего? — попытался было что-то сказать старший ученик, у которого от такого обращения глаза стали словно блюдца, но Володя сжал ему горло так сильно, что защитный артефакт, распознал это как атаку и сработала защита от физических атак, а потом и с силой втолкнул в зеленую улочку.

— Тихо! Там засада! — негромко прошипел Володя и принялся готовиться к бою. Подготавливая заклинания.

Он не был до конца уверен, но в то время как они повернули по улице, до его слуха донесся тихий перестук скорпионьих ножек, небольших, размером с кота.

— Ты уверен? — какими-то посеревшими губами спросил Бондарс.

— Ты спрашивал меня про Наследие, — ответил Володя, подбирая выражения. — И я с уверенностью могу сказать, что впереди, около дома и сзади в метрах ста, нас нагоняют преследователи.

Невидимые преследователи… Которые очень точно стреляют из своих хвостов острыми шипами.

Если, у тебя есть, несколько защитных амулетов надень их, лишними не будут.

— Если надеть несколько защитных амулетов, на один объект, то они будут мешать друг другу, а то и вовсе могут войти в противофазу и выйти из строя… — закатил глаза к небу Бондарс, всем видом показывая, как ему тяжело работать с идиотами.

— Да? — удивленно поднял бровь Володя. — Никогда не слышал…

— Для дешевок, которые ты носишь, это нормально. Я говорю про настоящие защитные артефакты, — все также по-снобистски заговорил Бондарс.