Я повернулся к брату. Рома смотрел на меня с тяжелым, сочувствующим пониманием.

— Проверь эти чертовы накладные, Ром. Просто на всякий случай. И… извини за погром.

Брат только устало отмахнулся, глядя на разбросанные по всему кабинету бумаги.

— Удачи, брат. Она тебе сегодня понадобится.

Я молча кивнул.

Подхватил Тасю под локоть, не давая ей сказать больше ни слова, и вывел ее из кабинета, готовясь к самому долгому и тяжелому разговору за всю историю наших отношений.

Фасад моей «тихой гавани» только что дал огромную, зияющую трещину.

Глава 9

Маргарита

Два месяца назад.

Солнце Ломбардии припекало плечи, а легкий бриз с озера Комо приносил запах дорогого солнцезащитного крема и цветущих олеандров.

Наше «свадебное путешествие» выглядело так же идеально, как и фальшивые улыбки, которые мы раздавали гостям на нашей грандиозной свадьбе.

Роскошная вилла с инфинити-бассейном, сливающимся с линией горизонта, бутылки ледяного шампанского в ведерках и абсолютная, звенящая тишина, за которую мой новоиспеченный муж заплатил кругленькую сумму.

Я лежала на шезлонге, спрятав глаза за темными очками и лениво листала ленту новостей.

— Фото будешь выкладывать в свои соцсети? — вдруг нарушил тишину Артур.

Он лежал на соседнем шезлонге, закинув руки за голову, и жмурился от яркого итальянского солнца.

— Неа, не хочу, но ты можешь выложить, если для отчетности надо. Мне всё равно.

Послышался шорох — Артур повернулся на бок, подперев голову рукой, и посмотрел на меня.

— Ты стыдишься меня?

Я медленно опустила телефон на живот, сдвинула очки на кончик носа и выразительно окинула его взглядом.

— Тебя? Вы-серьезно, Воронцов?

А посмотреть, объективно, было на что.

Я, конечно, любила Пашу, но я не была слепой. У Артура была фигура римского гладиатора, которого зачем-то запихнули в кресло гендиректора.

Широкие, развернутые плечи, рельефный, идеально прорисованный пресс без единого грамма лишнего жира, узкие бедра и темная дорожка волос, убегающая под резинку дорогих плавок. А его лицо… Хищные скулы, волевой подбородок и этот вечно насмешливый, спокойный взгляд темных глаз. Чистый, стопроцентный, первобытный тестостерон, упакованный в обертку из хороших манер и больших денег.

Выглядел он так, что у любой нормальной женщины при одном взгляде на него должно было сбиваться дыхание.

Я смотрела на него с невольным, чисто эстетическим благоговением, как смотрят на дорогую, безупречно собранную спортивную машину.

Артур заметил мой откровенно оценивающий взгляд. Уголок его губ пополз вверх в самодовольной ухмылке.

— Ты заигрываешь со мной, что ли, жена?

Я фыркнула, поправляя очки обратно на переносицу.

— Тренируюсь. Нам еще перед твоим папочкой изображать неземную страсть. И вообще, у меня есть глаза, Артур. Я вижу, что ты объективно хорош. Но мне немного другой типаж нравится.

— Павел? — Артур вернулся в исходное положение, глядя в небо. — И как он, кстати, отнесся к твоему браку?

Я замолчала. Провела пальцем по краю телефона, собираясь с мыслями. За эти несколько дней на вилле мы как-то незаметно перешли ту грань, где нужно было постоянно держать глухую оборону.

— У него не было выбора.

— Насколько я знаю, он сам был женат. Тоже фиктивный брак?

— Почти. По залету. Мы тогда расстались из-за одной глупости… ну, он и выцепил себе дочку прокурора. Та забеременела, поженились. А потом развелись, потому что она на измене его поймала. И всё забрала. И квартиру, и компанию, которую он с нуля строил.

Артур нахмурился.

— Он что, не сам всё отдал? Я слышал, что он просто повел себя как джентльмен.

— Для общества — типа сам, а по факту ему грозил такой позор и растоптанная репутация, что он бы в Москве даже дворником не устроился с таким тестем. Ему прямо предложили: всё замнут, если он перепишет активы и уйдет с голой задницей. Он и отдал.

— Идиот, — припечатал Артур.

— Эй!

— Что «эй»? Ну реально, Марго. Если у тебя такой жесткий контракт и такие ставки на кону, нужно было либо лучше прятаться, либо вообще не изменять. Сам виноват, что так подставился.

Я открыла рот, чтобы высказать ему всё, что думаю о его бесчувственной логике, но в этот момент к нашим шезлонгам бесшумно подошел официант в белоснежной рубашке. Он поставил на маленький столик между нами два запотевших бокала с яркими коктейлями.

— Безалкогольный? — уточнила по-английски, указывая на свой бокал.

— Да, синьора. Как вы и заказывали, — кивнул официант и, поклонившись, растворился в тени кипарисов.

Артур взял свой стакан с «Негрони» и задумчиво посмотрел на мой мохито, в котором плавали только лед, мята и лайм.

— У тебя какие-то проблемы с алкашкой?

— Не совсем, — я взяла бокал, покрутив его за тонкую ножку. — Я просто не пью одна. Точнее, пью только с теми, кому доверяю на все сто процентов.

— А доверяешь ты Анне.

Я молча кивнула.

— А мне, значит, нет?

— Дело не в тебе, Артур. Дело в том, что я, по большей части, не доверяю себе. Когда я пью, у меня слетают тормоза, и я могу натворить херни. А Аня… она из тех людей, кто в случае чего убережет от глупостей. Отрезвит. Понимаешь?

Артур несколько секунд смотрел на меня. В его взгляде не было ни насмешки, ни осуждения. Только спокойное, взрослое понимание.

— Понятно. Знаешь, — он сделал глоток из своего стакана, — когда будешь готова, Марго, я тебя выслушаю. Без осуждений и нотаций. Знай это.

В горле вдруг встал предательский ком. Я моргнула, отгоняя непрошеную сентиментальность.

Вот умел Воронцов выбивать почву из-под ног своим спокойствием.

— Ага. Спасибо. Ну а у тебя там как дела? Как отреагировала твоя деревенщина на нашу роскошную итальянскую сказку?

— Нормально, — он тоже с готовностью переключился, расслабляясь. — Она понимает меня. Понимает, что без этого спектакля мы не сможем быть вместе.

— Слушай, всё спросить хотела. А почему «деревенщина»? Она из какой-то глухой деревни?

Артур усмехнулся, глядя на свой бокал.

— Она из провинции, но это не прям деревня. Обычный маленький город. А «деревенщина»… потому что у нее фамилия такая.

— Чего? — я поперхнулась мохито, уставившись на него поверх очков.

— Ага, — он широко, искренне рассмеялся. — Деревенщина Таисия Павловна.

— Господи, не повезло же девчонке. С такой фамилией в Москве, да еще и в мире финансов… это жестко.

— Придет время, и она станет Воронцовой.

Я посмотрела на его профиль. В этот момент он выглядел по-настоящему счастливым и полным решимости.

— Дай бог, — искренне ответила я.

Артур допил свой коктейль, со стуком поставил бокал на столик и пружинисто поднялся на ноги. Потянулся, разминая широкие плечи, и посмотрел на меня сверху вниз.

— Ну что, купаться идем?

— Не, я пас. Вода холодная, а мне лень шевелиться.

Артур обошел шезлонг и навис надо мной, загораживая солнце.

— Никаких «нет», партнер.

Прежде чем я успела сообразить, что происходит, его руки подхватили меня.

Я пискнула, когда мир перевернулся с ног на голову, и через секунду уже висела вниз головой, перекинутая через его широкое плечо, как мешок с картошкой.

— Артур! Какого черта⁈ Поставь меня на место! — взвизгнула, молотя кулаками по его твердой как камень спине.

Но он только покрепче перехватил меня за бедра и уверенным шагом направился прямо к краю бассейна.

— Плавать умеешь? — весело поинтересовался мой фиктивный муж.

— Воронцов, даже не думай! Я тебя убью! Я с тобой контракт разорву! Артур!..

— Приму это за «да».

И, не сбавляя шага, прыгнул вместе со мной прямо в ледяную воду.

Глава 10

Артур

Всю дорогу от клиники Ромы до нашей квартиры мы ехали в оглушительной, тяжелой тишине.