– Можешь попробовать завести, – произнес он, глядя прямо мне в глаза. Я, как загипнотизированная, не сразу уловила суть его слов.

– Ах да, сейчас, – почти подбежав к водительской двери моей «Короллы», ответила я. Ладони предательски вспотели, а сердце билось как сумасшедшее. Когда я снова прокрутила ключ в замке зажигания, машина удовлетворенно заурчала и затряслась, словно довольная кошка.

– О, отлично! Спасибо большое, не знаю, что бы я без вас делала, – приблизилась я, чтобы поблагодарить своего спасителя, но все еще держала между нами безопасную дистанцию.

– В знак благодарности не оставите мне свой номер? – улыбнувшись, произнес он, и на его щеках появились очаровательные ямочки.

Что? Серьезно? Со мной уже тысячу лет никто не знакомился. Видок у меня сейчас еще тот – я вся помятая, с растрепанными волосами и в спортивной одежде. Если честно, мужское внимание было безумно приятным, но дома меня ждал Артем, и это было бы несправедливо по отношению к нему.

Даже несмотря на наши охладевшие в последнее время отношения, я не имею права обращать внимание на другого мужчину – пусть даже столь обаятельного. Такие мужчины опасны: они вначале вскружат голову, а потом оставят с разбитым сердцем.

– Простите, у меня есть парень. Но если хотите, я могу угостить вас кофе. – На заправке он оставлял желать лучшего, но это было то немногое, что я могла предложить.

Он лишь ухмыльнулся, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на насмешку.

– Отличный парень, раз вы сейчас в столь затруднительной ситуации находились одна, – хмыкнул он, сделав определенные выводы о характере наших отношений с Артемом и абсолютно проигнорировав мое предложение о стаканчике кофе.

– Не стоит делать поспешных выводов. Он сейчас на работе, я просто не смогла до него дозвониться, – зачем-то соврала я. Зачем? Чтобы не выглядеть жалкой?

– Хорошей дороги, – коротко ответил он и направился к своей машине, словно чувствуя мою ложь. Его силуэт на мгновение застыл в свете фар, прежде чем он скрылся за тонированным стеклом своего роскошного автомобиля.

– Что это вообще было? – прошептала я, не отрывая взгляда от его отъезжающей машины. Ее черные бока растворялись в ночной темноте, словно никогда и не появлялись. Этот мужчина был настолько странным, что у меня до сих пор бегали мурашки по коже. Что-то темное и загадочное таилось в его взгляде, в его словах, в самой его сущности. Это сразу ощущается на уровне инстинктов.

Я тоже решила не задерживаться. Прыгнув в свою старенькую «Короллу», которая, казалось, все еще не могла поверить в свое спасение, медленно тронулась с места. Фары выхватывали из темноты мокрый асфальт и силуэты деревьев.

Каждая клеточка тела молила об отдыхе, а глаза сами собой пытались закрыться. Но впереди был путь домой, и я должна была оставаться бдительной.

Единственное, что радовало, – завтра у меня был выходной. Целые сутки свободы, целые сутки, которые я могла провести как угодно. Может быть, действительно проваляюсь в постели до самого вечера, а может, выберусь в город и немного развлекусь. Хотя бы на день забуду о проблемах, долгах и бесконечных заботах.

Дорога петляла перед глазами, а я все думала о загадочном незнакомце. Мне хотелось верить в хороших людей, готовых прийти на помощь, – возможно, именно таким он и был. Но что-то не вязалось в его образе с образом хорошего парня. Он интриговал – и это смущало меня больше всего. Я чувствовала себя предательницей, хотя еще не совершила ничего дурного.

Вдалеке уже виднелись фонари приближающегося города, их тусклый свет словно манил меня домой. Еще немного – и я окажусь в своей квартире, где можно будет наконец расслабиться и выбросить из головы этого парня.

Повернув на светофоре налево, я направилась в сторону своего района. Так странно – на улице никого, даже встречные машины почти не попадаются. Пустые улицы словно застыли во времени.

Разогнав машину до восьмидесяти по прямой, я уже почти была у цели. Ночной ветер шумел в открытых окнах, принося с собой запах дождя. Асфальт казался бесконечным. Впереди показались знакомые очертания моего района. Напряжение начало понемногу отпускать.

Еле найдя место во дворе, чтобы припарковаться – пришлось маневрировать между другими машинами, словно в лабиринте, – я вышла из машины. Ночной воздух был свежим, он приятно обдувал лицо. Моя девятиэтажка, обшарпанная годами и временем, все еще гордо возвышалась над окружающими пятиэтажками. Ее облупившиеся стены и потертая штукатурка навевали тоску.

Медленным, усталым шагом я направилась к подъезду, нашарив в кармане ключи с дурацким брелком, который вечно цеплялся за другие ключи. Металл холодил ладонь. Приложив ключ к домофону, я услышала знакомое пиканье, и тяжелая дверь со скрипом отворилась, впуская меня в грязный подъезд.

Я жила на первом этаже – это не могло не радовать мои уставшие ноги, ведь лифтов я боялась катастрофически, эта фобия преследовала меня с детства. Старые ступени, выкрашенные в зеленый цвет, вели меня к квартире. Каждая трещинка в стенах подъезда была мне до боли знакома.

Вставив ключ в замок собственной двери, я заставила себя выбросить из головы происшествие возле заправки. Хоть бы Артем просто спал, хотелось избежать очередной ссоры.

Моя однокомнатная квартира встретила меня привычной атмосферой безысходности. Старая обшарпанная мебель, облезлые обои неприятного зеленоватого цвета – мне не нужно было включать свет, чтобы увидеть их, эта картина всегда стояла перед моими глазами. Запах табака защекотал нос. Я подавила желание распахнуть окна: не хотелось шуметь – Артему все-таки рано вставать.

Я двинулась вглубь квартиры на ощупь, словно гость в собственном доме. Ноги, отстоявшие смену, еле передвигались. Я старалась не скрипеть старыми половицами и на цыпочках прокралась к дивану-книжке. В полумраке силуэт Артема казался особенно умиротворенным, но я знала: стоит ему только проснуться – и начнутся возмущения.

Тишина квартиры давила на плечи, она была оглушительной. Пылинки танцевали в редких лучах лунного света, проникающих сквозь неплотно зашторенное окно. Медленно, словно во сне, я начала раздеваться. Одежда падала на пол почти беззвучно, складываясь в бесформенную кучу у ног.

Нырнув под одеяло, я сохранила между нами расстояние. Образ того парня не исчезал даже с закрытыми глазами. Я меняла положение снова и снова – безрезультатно. Усталость давила, но сон не приходил. В голове, словно в калейдоскопе, мелькали обрывки событий. Наконец я перестала сопротивляться – его темные глаза полностью завладели моим сознанием.

Резкий грохот и яркий свет от люстры заставили меня проснуться. Приоткрыв один глаз, я увидела собирающегося на работу Артема. Он торопливо натягивал классические брюки, не замечая, что разбудил меня. Его движения были нервными, словно он пытался убежать от чего-то.

Я слегка приподнялась на локтях, потягиваясь и пытаясь прогнать остатки сна. Утренние лучи солнца едва пробивались сквозь плотные шторы.

– Доброе утро, – сухо буркнула я, но Артем, казалось, даже не услышал меня. Он продолжал суетиться, быстро перебирая какие-то бумаги в руках и складывая их в кожаную папку.

Наконец, заметив, что я смотрю на него, он произнес, не останавливаясь:

– Сегодня куча работы, возможно, придется проторчать в офисе до самой ночи, не жди меня.

Его торопливость и отстраненность вновь пробудили во мне давно засевшие сомнения. Я уже не раз замечала, что его «работа» вызывает больше вопросов, чем ответов. Он часто задерживался допоздна, но денег это практически не приносило. Долги, которые должны были уменьшаться, только росли из-за постоянных просрочек. И конца этому финансовому кошмару не было видно.

– Понятно, – также сухо ответила я. – Ужин мне не готовить? – спросила я, пытаясь скрыть свое раздражение.