так, словно я из её кошелька деньги просила.

— Не помню, чтобы когда мы были женаты, ты рассуждала так же. Почему же для

новой жены я должен что-то жалеть?

У нас обеих челюсти чуть отпали. Удивил крылатый, отбрил так отбрил, растёт в

моих глазах!

— Спасибо, — я глянула на дракона, когда мать и сын скрылись в толпе гуляющих.

— Но этот полёт я тебе не прощу! Мог хоть подготовить морально.

— Ты вышла замуж за дракона, что мы не держим лошадей, знала, как ещё

подготовить? — проворчал он и, подхватив меня под руку, поволок

одевать-обувать.

И вот тут я поняла две вещи, во-первых, Тор-брахс очень богат, деньги он

считать не привык. А во-вторых, он действительно не жмот. Сначала он ни в

чём мне не отказывал, а потом я просто отбивалась от покупок, в которых не

было необходимости. «Муж» даже слегка обиделся.

— Киприан, мы всё уже купили, и даже больше. Вот, смотри, Санда мне список

составила, — я показала листок, который служанка сунула мне в карман этим

утром. — Спасибо за заботу, но ведь Исольда права, твои знакомые вряд ли

захотят со мной встречаться. Зачем много нарядов?

— Не захотят, значит, они мне больше не знакомые. Для всех мы — пара, и ты

теперь леди Тор-брахса, хозяйка замка Брахсхели, и наряды тебе нужны, как

любой знатной леди.

Он взял ещё два дорогих платья, которые показывала торговка, потребовал туфли к

ним, и только потом решил, что «упаковал» жену достойно. Я выдохнула. Было

ужасно неловко, мне больше нравилось самой себя обеспечивать и другим

подарки покупать.

— Название Брахсхели что-то значит? — спросила, чтобы скрыть смущение.

— Дом семьи Брахс. Приставка Тор в нашей фамилии появилась не так давно. Моя

прабабка была единственной наследницей рода, замуж вышла по любви за

небогатого дракона, вот и взяла только часть его фамилии, чтобы род Брахсов

не затерялся в веках. Это обычное дело... Ей повезло, истинность не

разрушила союз, — вздохнул дракон и помрачнел опять.

— Кажется, эта ваша истинность не такое уж счастье.

— Она была бы счастьем, если бы пара находилась быстро, — с горечью ответил

Киприан, — но это не так. Когда-то драконов было мало, но они летали везде,

встречали пару чаще, а теперь мир изменился. Взяв на себя управление, мы

обросли собственностью и обязанностями, привязали себя к земле, и стали

создавать пары уже по другим соображениям — драконий род должен был

размножиться, чтобы удержать власть. Однако кое-что не изменилось, как ни

старались. Если встречаешь пару, все прежние чувства исчезают, даже

собственные дети от другого дракона становятся не слишком нужны.

— Думаешь, с тобой будет так же?

— Хочу верить, что нет, но боюсь. А Соль... Ты сама видишь, Вико для неё уже не

центр жизни. Поэтому мне и нужна ты. Понимаешь? И я рад, что ты защищаешь

его даже от нас. Спасибо.

Меня тронули и слова, и то, как они были сказаны. Чувствовалось, что Тор-брахс

действительно очень переживает за сынишку, и мне захотелось помочь ему,

облегчить эту ношу. В конце концов, мы теперь связаны, хотя не так я

представляла себе семью и счастье...

— Сколько тебе лет? — неожиданно спросил дракон. — Если так любишь детей,

почему дома не вышла замуж и не родила?

Я слегка опешила от такого вопроса, мы уже отошли от прилавков и теперь искали

Исольду и Вико.

— Знаешь, в моём мире крайне неприлично спрашивать женщину о возрасте... Ну и

вообще, такие вопросы считаются бестактными.

— Почему? — не понял дракон.

— Ну, потому что это личное дело. Если человек хочет рассказать, он сам

расскажет. А то вдруг ты спросишь, а для него эта тема болезненная?

— Но ты же не рассказываешь, вот я и спросил. Что тут болезненного? Или муж не

должен знать ничего о жене?

— Это смотря какой брак... — проворчала я.

— Да какой бы ни был. Мы живём в одном доме. Может, ты злодейка или во сне

бродишь ночами, я должен знать. И сейчас самое время для разговора. Всё

равно шатаемся тут без дела уже.

Он шёл, обвешанный свёртками, и со мной, висящей на его локте, но ловко

маневрировал, пробираясь сквозь толпу, и постоянно вертел головой,

высматривая своих, благо, рост позволял смотреть поверх толпы.

Многозадачный... я могла лишь позавидовать. Хотя, наверное, таким и должен быть

лучший крылатый страж страны.

— Ну, чего молчишь? — буркнул он. — Болезненно переживаешь тему?

— Нет, пытаюсь не запутаться в юбках и не свалиться. Не хотелось бы опозорить

имя Тор-брахсов фирменной Пуховской неуклюжестью.

— У вас в роду все неуклюжие? — дракон усмехнулся.

— Папа был настоящей катастрофой на кухне, а я два шага не могу сделать в

гололёд так, чтобы не свалиться. Так что, боюсь, да.

— Твоему отцу просто нужно было жениться. Мужчине на кухне делать нечего, наше

дело защищать и охранять, кабана с охоты принести, или карпа с рыбалки.

— Хочешь сказать, ты вообще готовить не умеешь?

— Нет. А зачем? У меня прислуга есть.

— В нашем мире многие мужчины любят готовить, работают поварами...

— Видимо, у вас слишком безопасно, вот им заняться и нечем, — высокомерно

ответил дракон, а мне стало обидно за наших мужчин.

Погоди, крылатый, стриж ты или страж, а дежурства по кухне я тебе обещаю!

— Вижу их. У тебя пара минут, чтобы ответить на вопросы, — заявил он и потащил

меня куда-то вбок.

— Двадцать четыре года. Замужем не была, соответственно и детей нет, так

сложились звёзды.

— Куда сложились? — не понял он снова.

— Ох, — я закатила глаза, — это оборот речи такой. Что-то вроде «по воле

судьбы». Училась я, потом работала и выстраивала своё дело. В общем, некогда

мне было на свидания ходить, а без этого замуж не выйти.

— И отец такое позволил? У нас люди своих дочерей стремятся до двадцати замуж

отдать...

— Если собираешься назвать меня старой, то лучше промолчи, — перебила я. — Или

будет тебе какое-нибудь болезненное переживание. В нашем мире подобной

дурости давно нет у большинства народов. Девушки сами выбирают мужа, сами

решают, когда выйти замуж. Ясно?

— Ясно. Ненормальный ваш мир, думаю, хорошо, что ты сюда попала.

— Думаю, на моём месте ты бы так не думал.

Мы подошли к Вико с мамашей, наслаждавшимся представлением акробатов и

леденцами на палочках.

— Интересно? — спросил дракон и сын радостно закивал, не отрываясь от

представления, зато Исольда окинула оценивающим взглядом свёртки и криво

усмехнулась.

— Большинство драконов тебя не поняли бы...

— Большинство драконов это и не касается, — парировал Тор-брахс, а мне стало

противно от такой наглости. Чешую бы тебе пинцетом выщипать, златовласка

многотонная.

Выступление закончилось, и Вико повернулся к отцу.

— Пап, а ты мне что-нибудь купил?

— Нет. Но сейчас ты сам выберешь. Вон, палатка с игрушками. Идём.

Отец и сын ушли, драконица поспешила следом, словно тоже хотела игрушку, но всё

же развернулась ко мне, идущей позади, и посмотрела до омерзения участливо,

как дурочку пожалела.

— Человечка и дракон... Наш мир знает сотни историй разбитых сердец. Конечно,

Киприан очень красив, благороден и добр, и опекает тебя, но всё же, послушай

мой совет — не влюбляйся в него. Помни своё место, если не хочешь рыдать в

итоге.

Я так опешила от подобной наглости, что потеряла дар речи. Вот позже, ночью, в

голову придут десятки колких, едких ответов, а сейчас я просто обалдело

раскрыла рот, так что Исольда улыбнулась и удалилась, довольная собой.

Всю оставшуюся прогулку эта мерзкая ящерица не подпускала ко мне сына и

дракона, полностью завладела их вниманием, ворковала и сдувала с обоих