— Пожалуйста, — просит она. Пытается остановить меня, но я упрямо тяну ее ко входу в гараж, обратно в подвал.

Останавливаюсь, показываю Эмили повязку, сжатую в кулаке. Дрожит. Глаза огромные, дышит часто. Напугана до дрожи. Сердце разрывается, глядя на то, как она дрожит. Маленькая моя…

— Там тебе будет безопаснее. — Объясняю ей свое решение, пытаюсь успокоить. — Когда я отпущу его, не хочу, чтобы ты была рядом. Хорошо?

Кивает, но глаза полные слез. Поворачивается ко мне спиной. Позволяет завязать себе глаза. Все молча. Терпеливо. А я чувствую себя полным ничтожеством.

Запираю ее в подвале, но не связываю и оставляю свет. Знаю, она снимет повязку тут же, но это уже не важно.

«Что я делаю? А как же план? Как же месть? Я готов отступиться?»

Нет. Не готов. Но мучать Эми больше не хочу. Не смогу. И не буду.

Возвращаюсь к Рэду. Освобождаю его от пут с осторожностью. Я готов к его атаке, но он не нападает. Растирает запястья и смотрит на меня диким волком.

— Итан, очнись. Что с тобой?

«А я не знаю, что со мной. Не понимаю».

— Ты с ней в сговоре? Потому что иначе я твое поведение объяснить не могу.

«Я и сам не могу объяснить почему веду себя так». — Пожимаю плечами.

— Или ты… влюбился?

— Что? — ошарашенно смотрю на Рэда.

Мы давно и хорошо дружим. Он знает меня как облупленного. Даже закон нарушил, чтобы помочь мне и теперь я не знаю, как реагировать на его слова.

— Что слышал. Ты втюхался в деваху. Любому дураку это станет ясно. Никто в здравом уме не станет заставлять друга просить прощения у пленницы, которую собирается убить. Но ты ведь уже не собираешься, да? — Рэд ловит мой взгляд и все понимает. — Точно не собираешься. Тогда зачем ты все это затеял? Позволил бы мне придушить ее, потом посадил в машину и сжег. Все. Месть свершилась бы. Так какого хрена, Итан?

— Я благодарен тебе за помощь. Вали. — Киваю на дверь, намекая, что другу пора бы уже возвращаться.

Он не сдаст меня. Никому не скажет, где я нахожусь. В этом я уверен. Даже не из-за нашей дружбы, а из-за того, что он сделал сегодня для меня. Он будет молчать.

— Ладно. Ты сам выбрал свой путь, не мне тебя учить жизни. Только помни, что теперь ты рискуешь всем. И я вместе с тобой. Если она сдаст нас…

— Не сдаст.

— Ты ей веришь?

— Да.

Рэд тяжело вздыхает и удрученно качает головой.

— Смотри, чтобы эта уверенность не обернулась для тебя ножом в спине.

Друг уехал, а я привалился к прохладному деревянному дверному полотну лбом. Он прав. Чертовски прав. Но я не могу. Я не монстр, к сожалению. Или к счастью.

Возвращаюсь в подвал, потому что мне нет покоя. Все мысли только о ней. Переживаю, как она, что с ней, все ли в порядке, не стало ли ей хуже.

Эми встречает меня… объятиями.

«Какого?» — замираю без движения, даже дышать забываю. Боюсь, что момент исчезнет, потеряется, и окажется, что мне померещилось. А я не хочу. Хочу, чтобы обнимала.

Прижимает меня к себе тонкими дрожащими руками. Голову на грудь положила. А мое сердце выпрыгивает ей на встречу, рвется из груди.

— Эми, — шепчу я. Пытаюсь мягко оттолкнуть ее, но она не позволяет.

Нет, не будь добра ко мне. Я монстр. Я твой враг. Я твой... даже не хочу называть это слово. Но это не избавляет от факта того, что я с ней сделал.

— Спасибо! — бормочет, — если бы не ты, я уже была бы мертва. Спасибо, Итан.

«Если бы не я, ты бы здесь не оказалась! Черт!»

— Эми. — Поднимает свои заплаканные глаза на меня. Наши лица слишком близко.

Ее губы манят, ничего не вижу кроме них. Но я не должен. Нет. Я не буду этого делать.

— Эми, ты не должна… — сглатываю вязкую слюну.

«Не должна благодарить меня», — хотел сказать я, но в этот момент она меня целует. Сама.

«?..»

В голове туман. Мягкие губы касаются моих и у меня сносит крышу.

Я не должен. Не должен, но не могу оторваться от неё.

Целую ее в ответ. Наслаждаюсь каждым мгновением.

Притягиваю Эми к себе, обнимаю. Как же она пахнет. Лаванда и теплые нотки. Пульсация сердца отдается внизу живота, и я чувствую, как тело наливается тяжестью.

Эмили

Поцелуй перерастает в пожар, чего я совершенно не ожидаю. Нас обоих влечет друг к другу. Остро, неудержимо, обжигающе горячо. И безумно сладко. Сладость, с примесью горечи. Горько-сладкая страсть.

Папа строго следит за людьми, с которыми я общаюсь. Пресекает любые неугодные ему контакты. Поэтому я до сих пор без отношений, без намека на парня. Но Итан… Если бы мы встретились при других обстоятельствах, я бы не смогла устоять.

Я ведь до сих пор помню наш танец на корпоративе. Его горячие ладони и взгляд. Так на меня никогда не смотрели раньше.

Нет, я не забыла, что он сделал со мной. Прекрасно помню. Возможно, этот момент останется со мной до конца моих дней. Но почему-то мне кажется, что тот раз не доставил удовольствия не только мне. Ему тоже было плохо. Я это чувствую. Просто знаю, что так и было. Потому что он не такой.

Сейчас же все было иначе.

Никаких угроз, только нежность и забота. Умопомрачительная страсть. Буквально. Обжигающие, распаляющие поцелуи. Нежные прикосновения. Он не пытается сделать мне больно, наоборот. Каждое его касание словно наполнено любовью, теплом, исходящим из сердца. Я чувствую его. Слышу, как оно бьется. Гулко, глубоко, мощно. В сумасшедшем ритме.

Толчки больше не вызывали боли, наоборот. От каждого его движения и прикосновения по телу расползались сладкие мурашки. Разве может быть так с человеком, которому ты безразличен? Думаю, нет.

Он становится больше внутри, тверже. Движения рваные, дыхание сбитое. А потом пульсирует, содрогается во мне и это становится тем самым спусковым крючком. От удовольствия я сокращаюсь. Сжимаю его. По телу искры теплом разливаются. Мы словно единое целое. Будто одна душа на двоих.

Мы переводим дыхание. Лежим в обнимку. Я закинула на него ногу и рисую узоры подушечками пальцев на его щеке, а он нежно гладит меня по спине. Я все еще немного стесняюсь своей наготы, но рядом с ним почему-то спокойно.

Как же так вышло, что мой похититель, мой мучитель на самом деле добрый и отзывчивый человек? Мы оказались в одной лодке. Теперь главное, чтобы мы гребли в одном направлении.

— Ты… — боюсь спросить, но должна, обязана узнать и… — получил ответ?

Итан поворачивается ко мне. Наши взгляды встречаются. Не могу понять его эмоций: то ли он злится, то ли тоскует. Он берет мои пальцы в свою ладонь и подносит к своим губам. Так нежно и ласково, что я чувствую щекотку внизу живота и заливаюсь румянцем.

Если он сейчас скажет, что это не мое дело, то я буду спорить, пока не получу ответ. Я должна знать. Должна…

— Еще нет. — Кажется, что он не хочет говорить об этом.

Тоже не хочу этого, но я должна знать. Должна понять, где правда. Почему папа врет и что скрывает от меня.

— Тот отчет. — Продолжаю я. — О смерти мамы, он…

— Настоящий. — Итан сразу понимает, что я хочу знать. Не задает никаких вопросов.

— Но почему тогда…

Я хочу спросить: почему папа сделал липовый отчет и зачем обманывает меня, но и тут Итан понимает меня с полуслова.

— Потому что Морган помешан на деньгах. На прибыли и успехе компании в первую очередь.

— Но это же мама… — глаза печет, будто песка насыпали.

— Даже, если бы это была ты. Или вы обе. Уверен, он не поступил бы иначе. — Итан гладит меня по спутанным после произошедшего, между нами, волосам. Вытирает слезинку, катящуюся по щеке. — Мне жаль, Эми.

— Это не твоя вина. — Прижимаюсь щекой к сильной горячей груди. Мне хочется, чтобы момент замер, чтобы время остановилось. Потому что сейчас я чувствую себя нужной и защищенной. Хотя, понимаю, что это неправильно.

— И не твоя. — Итан прижимает меня к себе, от чего становится теплее. — Ты не виновата, что Морган такой человек.