Я буду в этом хороша. В конце концов, лесбиянка я или кто? Я перебирала в памяти каждую сцену орального секса в сериале «Секс в другом городе». Я сожалела о том, что не смотрела больше порно. Я, конечно же, погуглила, как это делать с девушкой, и попыталась применить результаты своих исследований в деле. Было неуклюже и некомфортно. Я была не уверена в себе, и в какой-то момент Рэя оттолкнула меня и сказала, что устала.

Пока я лежала без сна, глядя на койку над нами, я говорила себе, что женщины — существа сложные. Я не собиралась позволить одному-единственному влагалищу преградить мне путь к истинной любви. Но в ту ночь я ощущала лишь печаль и одиночество.

Чем усерднее я старалась желать секса с Рэей, тем больше я его боялась. Я испытывала брезгливость и ужас от перспективы не суметь подарить ей удовольствие, но еще сильнее боялась преуспеть в этом. Я начала применять тактику отсрочек, как в тот раз, когда я остановила ее на полпути в мои трусы и сказала:

— Я думаю, нам следовало бы вначале сдать анализы.

Рэю это не остановило.

— Что? Зачем? — Она поцеловала меня. — У нас же уже был секс.

Я отпихнула ее руку и села.

— Да, но это была ошибка.

Она оскорбилась.

— Нет, не секс был ошибкой, естественно, — поправилась я. — Я просто имела в виду, что нам следовало бы сдать анализы. Прежде чем мы сделаем это снова.

Сдача анализов — совершенно нормальная и полезная вещь, которую я настоятельно рекомендую делать всем. Только не так, как я. А я поступила так: все время забывала пойти к врачу и сдать анализы, так что даже несмотря на то, что результаты Рэи у нас уже были, нам все равно нужно было дождаться моих.

Рэя, следует отдать ей должное, тоже прилагала усилия. Она носила хорошенькие трусики и игривые лифчики. Она спрашивала меня, не лучше ли нам попробовать с игрушками. Она ухаживала за мной. Она наставляла меня. Давала инструкции. Заставляла смотреть, как сама трогает меня, чтобы показать, «как это просто». Все это было очень мило, и она сама была очень милой, и от этого становилось только хуже. Я начала гадать, как долго это продлится. Я могу честно сказать, что за все время моих отношений с Рэей, кажется, ни разу не подарила ей оргазм. Ни разочка. Однажды она предложила следующее: она сделает все сама, пока я буду лежать рядом с ней.

Потом, идя по коридору, чтобы налить воды в бутылку, я ощутила все то же знакомое чувство в груди. И скрипнула зубами. Это было не из-за того, что я так плоха в сексе. Дело было не в Рэе или ее теле. Я попыталась избавиться от него, плеснув воды себе в лицо. Нет. Заткнись, говорила я себе. Это же Рэя, девушка твоей мечты. Не какой-то там парень, с которым ты трахаешься из чувства вины. Это твоя новая лесбийская идентичность. Я думала о ее теле под моим, о том, как она хватала ртом воздух, когда я делала что-то правильно. О моей неспособности заставить ее оргазмировать. О том факте, что, может быть, в глубине души я и не хотела, чтобы она оргазмировала.

Все то же тяжелое темное чувство заполнило меня. Я боролась с желанием заплакать. Это по-прежнему было противно. Это по-прежнему было грязно. Это было то же самое чувство, тот утягивающий на дно стыд, который наполнял меня каждый раз, когда я занималась сексом с мужчинами. Оно было в моих волосах, и в моих костях, и в груди, и в кишках. Это было ощущение, которое повелевало мне содрать с себя кожу и бежать прочь.

Через три недели мы с Рэей стояли в ее общежитской спальне, и она говорила мне, что хочет спать с другими людьми.

— Я просто хочу расширить наши горизонты, Иза.

— Значит, ты хочешь меня бросить?

— Нет. — Она помолчала. — Но я хочу как минимум попробовать секс с другими людьми.

Я смотрела на нее со слезами на глазах. Никто никогда меня не бросал. Ни один человек. Это я была разбивательницей сердец.

— Я просто чувствую… — она прикусила губу. — Я чувствую, что мы больше не движемся вперед.

Я сползла по стене и села на ковровое покрытие — того особенного «общежитского» цвета, который призван маскировать кровь и рвоту.

— Я просто не понимаю, почему ты хочешь спать с кем-то другим.

Вот так я потерпела поражение. Может быть, меня влекло и к парням, и к девушкам, но секс не доставлял мне удовольствия ни с теми ни с другими. Проблемой были не их тела или моя ориентация. Проблема была даже не в том, любила я конкретного человека или нет.

Я по-прежнему ненавидела секс — а теперь я ненавидела его еще и с женщинами.

Молодец, Иза.

Глава 11. Девушки просто хотят повеселиться[25]

Я приземлилась в Вегасе с сердцем, застрявшим где-то в глотке, переживая из-за предстоявшего шоу с Джинджер. От него зависело многое. Мне нужно было очаровать Джинджер, чтобы покорить наших зрителей, чтобы найти замену Одину и Алексу. Мне также необходимо было доказать себе, что я могу быть хороша во всех сексуальных аспектах камминга. Не только в мастурбации, но и в настоящем сексе. Камминг сделал нормальной мастурбацию, уговаривала я себя, так что он сделает нормальным и секс тоже.

Я забронировала номер в отеле в центре Вегаса, потому что Джинджер сказала мне, что там даже веселее, чем на Стрипе. Наше шоу должно было состояться тем же вечером, а на следующий день я улетала. То была короткая поездка, но я рассудила, что просьба сделать больше одного совместного шоу будет расценена как жадность. Я на самом деле хотела понравиться Джинджер. Это будет лучшее шоу в истории.

Джинджер забрала меня из аэропорта на вишнево-красном «Мини-купере». В реале она оказалась не такой высокой, как я представляла, но столь же красивой. Когда она потянулась ко мне с распростертыми руками, я заметила сборки тоненьких морщинок вокруг ее глаз. Она была старше, чем я ожидала — где-то около тридцати.

— Уна! — воскликнула она, открывая багажник, чтобы я положила в него сумку. — Привет!

Я улыбнулась, внезапно осознавая, что эта более зрелая, более красивая, более образованная женщина будет моей любовницей. И забралась в машину позади нее. Она завела мотор.

— Ну я тут думала, мы заедем ко мне, бросим твои шмотки, а потом просто потусим?

— О, конечно, пойдет!

Я не поняла, в какой момент мне придется ехать в отель, но ничего не сказала.

— Как долетела?

— О, прекрасно. От Колорадо — всего ничего.

Было странно говорить правду человеку из камминг-мира.

— Да, легкая поездка. И дешево к тому же. — Она улыбнулась и вырулила на шоссе. Сухой пустынный зной рождал марево над асфальтом.

Ладно — будь хладнокровна, Иза, напомнила я себе.

— А ты отсюда родом? — задала я первый жалкий вопрос, который пришел мне в голову. Она рассмеялась.

— Нет. На самом деле никто не бывает родом из Вегаса. Это большая редкость. — Она улыбалась. — Я из Миннесоты. Девушка со старого доброго Среднего Запада.

— О, круто! Я там никогда не была.

Боже, что я несу?

Мы замолчали. Я открыла было рот, чтобы похвалить ее игру на укулеле, но оборвала себя. Наверное, странно упоминать о том, что ты смотришь шоу другой девушки, верно? И в просмотре какой части ее шоу мне следует признаться? И вообще какую часть смотреть считается нормальным?

Я испытала облегчение, когда мы свернули в какой-то пригородный район и остановились у хорошенького домика в испанском стиле из светло-коричневого кирпича и с черепичной крышей. Кактусы в маленьких горшочках выстроились на лестнице, которая вела к входной двери.

— Это твой дом? Такой милый.

— Спасибо. К счастью, в Вегасе на самом деле дешево жить. У нас тут три спальни, и это на одну меньше, чем у меня дома.

Мы вышли из машины, и она вытащила из багажника мою сумку.

— Можешь поставить ее в доме, если хочешь, чтобы ничего не расплавилось. — Она ухмыльнулась.

Бля! Я что, должна была привезти игрушки?