— Ну… что скажешь? — спросил Полоскун, глядя на описание навыка.

— Уровень это база. Если бы его не было, пришлось бы мучаться, как Маруславе.

Та шумно вздохнула.

— Тебе тоже хорошо, теперь если что тебе его выставить и Полоскун сможет… так, таймер это тоже хорошо. Не самый лучший, но своё дело делает, отматывать время ты сможешь. Это самое главное. Ну а последнее — будешь изучать. Я так понял, тебе нужно с людьми общаться. Вот и попробуй.

— Да я… попробовал уже. Поднимал его. Скучно было.

— И?

— Ну, теперь когда я это прочитал, думаю, что это работало. Мне как-то легко удаётся договариваться, и в целом у меня много друзей. Даже в этом мире уже пару странностей найти успел.

— На сколько поднимал?

— На пять пунктов.

— Нужно проверить на больших числах, но поднимай постепенно. А то мало ли… будет ещё как у Альфриды с валентностью.

На этой ноте, когда я стал немного расслабляться и успокаиваться от странности, приподнесённой мне эхо, как она сама напомнила о себе. Звякнул телефон. Аська принесла сообщение:

🌸 МаргариткА 🌸 : Полярис, ты где? Всё в порядке? Волнуюсь #^_^'#

Мда. В такие ситуации жизнь меня ещё не ставила.

— Что-то случилось? — спросил Полосун.

— Ох… ты вроде бы любишь странные истории. Расскажу вам обоим её ещё разок. Может, сам смогу как-то переварить всё это и решить, что делать…

Мы ещё долго обсуждали странную ситуацию, в которую я влип. А мне было странно вообще говорить о таком. Наверное, всё дело в том, что в моей памяти моей девушкой всё ещё была Таня, и как на её месте оказалась Рита, я понять решительно не мог.

Никогда не врал девушкам в прежнем мире, и в новом начинать тоже совсем не хотелось, но я ответил нейтральным сообщением о срочном задании Михаила.

И когда отправил сообщение, задумался.

Собственно, вот кому стоило бы задать мой вопрос. Как минимум, шеф должен знать подобные случаи, иметь объяснение феномена и лекарство от него. В конце концов, он сам живёт каждый круг с одной и той же женой, воскрешённой Городом.

Полярис: Миш, есть время?

Михаил Лебединский: Сейчас есть.

Полярис: Ты дома?

Михаил Лебединский: Да. Жду.

Было ещё не поздно, чтобы вызвать такси на новый адрес. Всю дорогу урчал желудок, напоминая о том, что я ничего за весь день так и не съел. Чай у Маруславы не в счёт.

К счастью, под домом у Миши был открытый магазин. Я взял себе чесночных булок, кусок сыра и тонкую охотничью колбасу. Перекусил в лучших традициях голодных студентов, запил кефиром и был морально готов к встрече с шефом.

Я был так взволнован своими проблемами, что проблемы Миши и сходок отошли куда-то на второй план. Поднялся по мраморной белой лестнице роскошного новостроя премиум-класса, в котором обитал Михаил. Поднялся на четвёртый этаж и нажал дверной звонок.

Раздалась мелодичная трель, и послышались шаги с той стороны.

Шеф открыл сам. Судя по его виду, он совсем недавно вернулся домой и ещё не успел переодеться. В доме приятно пахло уютом — свежей выпечкой и горячим чаем.

— Привет, Полярис. Заходи. Будешь сушонг?

Я кивнул, с надеждой на то, что это не какая-то форма извращения.

— Хочу кое-что спросить тебя про устройство Города, — добавил я.

— Вот как? Хорошо, постараюсь ответить. Но сперва скажи, удалось ли тебе что-то найти по моему вопросу?

— Насчёт первого эхо?

— Да.

— Только исцелённые Мару. Больше никаких аномалий мы не нашли.

Миша вздохнул.

— Очень жаль. Другим группам аномальщиков тоже не удалось. Но первое эхо, как видишь, наступило. Стиратели снова явятся перед кризисом. И мы всё ещё понятия не имеем, зачем.

— Город функционирует как обычно. Может, неспящие что-то сделали? Или искажение находится где-то вне наших глаз, в канализации например.

— Это должно быть у всех на виду… хотя может этот раз особенный. В любом случае, это абстрактные догадки, а мне бы адреса и имена… Пожалуйста, отнесись к этой работе серьёзней до кризиса. Возможно, имеет смысл патрулировать улицы и опрашивать людей. Если что, у нас есть связи в городском управлении, полиция посодействует. Остальные тоже роют. Даже противодействие и ликвидаторов отправили.

Я кивнул.

— Постараюсь.

На душе было мрачно, ведь мне сейчас было совсем не до этого.

Сушонг оказался очень странным китайским чаем с запахом костра и копчения. Я сделал глоток, но не смог понять, нравится он мне или нет. Но запах стоял сильный.

— Хорошо. Тогда второй вопрос. Как я понял, ты нашёл новичков?

— Да. Откуда знаешь?

— Марта обмолвилась, — не стал скрывать он. — Сколько человек ты набрал?

— Двоих… с половиной, мда. Остальные — просто мои друзья, оборонялись вместе.

— А. Это хорошо. Будет неприятно, если мои коллеги решат, что я собираю личную армию, а не просто группу аномальщиков. И кто они? И почему «с половиной»?

— Первая женщина, Маруслава Лакомчева. Была преподавателем магии на высоком эхо. Попросила меня инициировать и сама догадалась о многом из происходящего. Очень лояльна.

— У тебя есть Марта. Зачем нужен ещё один маг?

— Хочу чтобы он продолжала то, что делает, только обучала магии нас. Она не теоретик, как Марта, а боевой стихийник. Сильный дамагер для магического круга. А самое главное — она умеет этому обучать и сделает нас такими же.

— Хм. Принимается. Хорошая мысль.

— Второй новичок, только пробудился. У него очень редкий навык для работы с людьми и сбора информации, — здесь я конечно приукрасил истину, но как-то неправильно говорить начальству, что я беру его только потому, что он мой друг.

— Понятно. Ну, дело твоё. Главное, что нас семеро. Хотя, в Городе этого числа стараются избегать. Кто последний?

— М-м… с чего бы начать… По этой причине я и пришёл к тебе. Мой вопрос касается неё. Скажи, Миш, тебе знакома Таня по прозвищу Тень?

Михаил задумался. Затем с трудом вспомнил.

— Архетип диверсанта? Кажется, работала при Никитари внештатным сотрудником. Он всё хотел её в основной состав затянуть, но после Несбывшейся сам решил нас предать. Татьяна по прозвищу Тень… а, точно. В тот раз на неё пал жребий пути героя, но она выжила. У неё вроде был редкий навык типа угрозы. Тогда это очень ценный агент для нас.

— Как так случилось, что вы не следили за ней, если у неё такой ценный дар?

— После «героизма» обычно многие нас покидают. А она работала через Лилию с Никитари. Тем более, что тогда многие ушли со сходок в одиночки.

— Лилия сейчас ведь с неспами?

— Да. Удивительно, что она не с ними. Это твой вопрос?

— Скажи, как часто Город кардинально переписывает личную историю? Бывали ли случаи, когда пробуждённый менял своё прошлое помимо воли?

— Хм. Интересный вопрос… — улыбнулся Михаил. — Личная история каждый раз строится заново на основании твоих фантазий и желаний. Обычно старт обусловлен памятью о лучших моментах в жизни, вызывающих больше всего положительных эмоций людях и смешан с фантазиями и снами. Жизнь до нашего пробуждения строится исходя из того, чтобы ты получил как можно больше радости.

— То есть я могу, например, визуализировать, что у меня есть сестра-близнец, и однажды её получу?

— Ну, в каком-то смысле. Нужно, чтобы ты получал от таких фантазий огромное удовольствие. Вкладывал яркие эмоции. Тогда однажды да, твоя личная история может измениться.

— Почему никто так не делает?

— А зачем? Город и так даст тебе всех людей, которые сделают твою жизнь лучше. Это долгий процесс, и он никак тебе не поможет накопить время.

— Понятно. Тогда я ещё больше запутался. Если есть нечто важное для меня. Нечто, за что я искренне благодарил Город и о чём часто думал в позитивном ключе, то он же не может его у меня отнять, поменяв личную историю?

— Ну… — Михаил отхлебнул чай и довольно улыбнулся. — Вообще-то может.