Весь день Оливер бездумно щелкал пультом, периодически заглядывая в холодильник. На улице стемнело, зажглись фонари, а в окнах напротив – свет. Он остановился на FOX, где показывали повтор «Секретных материалов» за неделю. Оливер не любил этот сериал, зато хорошо под него засыпал. Вот и сейчас под конец очередной серии он уже клевал носом.

– Скалли, – сквозь сон послышался радостный голос агента Малдера, – не беспокойся, я отобрал этот букет у парня со сломанной ногой. Он не сможет меня догнать…

– Родриго, что с твоим лицом? – спросил Оливер, подняв бровь.

Родриго появился в холле небоскреба 1201 с опозданием в полчаса, но Оливер даже не взглянул на часы. Он не мог оторвать взгляда от лица напарника – точнее, от его синяка под глазом, который был неумело замазан тональным кремом.

– Ой, не хочу об этом говорить, – отмахнулся Родриго. – Давай быстрее здесь закончим и вернемся в офис. Настроение хуже некуда, прибил бы сейчас кого-нибудь.

Оливер хотел сказать, что это неуместное выражение для детектива, но они уже подошли к блестящим алюминиевым дверям лифта. Двери открылись, и вместе с ними в кабину вошли еще несколько офисных работников.

– Нет, но ты можешь себе представить, – начал громко возмущаться Родриго, не замечая посторонних. Впрочем, Оливер подозревал, что он, наоборот, наслаждался аудиторией. – Она оказалась замужем! Ты знаешь мои правила, я к таким никогда не лезу. А тут обманула, зараза, и знаешь, еще и подставила. Лежу, значит, у нее в кровати, – он набрал воздуха в грудь, – а тут врывается этот громила. Я вскакиваю. Хочу показать значок. А значок в штанах, а штаны черт знает где! И не успел я опомниться, как вот, пожалуйста. – Он показал на синяк, а затем горделиво добавил: – Ну ничего. Он тоже в долгу не остался.

– Увлекательные у тебя выходные, – ответил Оливер, заметив, что в лифте стихло. Все прислушивались к их разговору, а две девушки и вовсе хихикали.

– Еще какие! Драки, любовь, убийства! – Родриго явно вошел во вкус. – Да про мою жизнь можно триллер снять или, на худой конец, детектив написать… Я не удивлюсь, что у нее еще куча детей от этого громилы. Все же какие они обманщицы – за милю бы всех обходил. Только без женщин-то как жить? – Он тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой.

Однако стоило дверям лифта открыться, как он тут же улыбнулся девушкам, которые только что над ним смеялись.

– Дамы, можно? – довольно протянул он, выходя первым.

Офис компании мистера Миллера встретил их мрачной атмосферой, – должно быть, все работники уже знали, что случилось с их директором. И пока Родриго выяснял у секретаря, с кем можно поговорить, Оливер рассматривал помещение. Из-за высоких перегородок то и дело выглядывали встревоженные лица. На стенах висели чертежи и плакаты с архитектурными проектами, шумели принтеры.

Секретарем оказалась молодая невысокая девушка. Строгая серая юбка, белая блузка, гладкие черные волосы. Смуглая кожа, широкий нос, темно-карие глаза. Оливер бы не задержал на ней долгого взгляда, если бы не заметил, как Родриго оживился в ее присутствии.

– Прошу, пожалуйста, пройдемте, вас уже ожидают, – произнесла она грустным голосом.

Она привела их в просторную и светлую переговорную с большим стеклянным столом посередине и современными стульями из прозрачного пластика. У окна стоял молодой мужчина лет тридцати. Высокий, со светлыми короткими волосами, в дорогом костюме черного цвета, подчеркивающем стройную фигуру. Его голубые глаза подсвечивал ворот белоснежной рубашки.

– Доброе утро, детективы, – поздоровался он и пожал каждому руку. – С каких ужасных новостей начинается день. Что же случилось с нашим мистером Миллером?

Он покачал головой и тяжело вздохнул. Только очень быстро на его лице появилась приветливая улыбка:

– Ричард Симпсон, директор по развитию, но вы можете называть меня просто Рик. В мой кабинет еще не привезли новую мебель, так что мы можем поговорить здесь. Кофе, чай, виски? Одно мгновение, и Вики все принесет.

– Нет, спасибо, мы… – начал Оливер, но Родриго его перебил:

– Я бы не отказался, – произнес он, шумно отодвигая офисное кресло. Металлические ножки заскрежетали по кафельному полу так громко, что Оливер поморщился. Когда Вики принесла им кофе, от его внимания не ушло, как Родриго ей подмигнул, а она улыбнулась ему в ответ.

Оливер отошел к огромному окну и стал смотреть на открывающийся вид с небоскреба. Они были почти на самом верху башни 1201, так что панорама открывалась поразительная. Город под ними казался крошечным, особенно на фоне залива Пьюджет-Саунд и туманных островов. Все же Оливеру нравилось в Сиэтле гораздо больше, чем в родном Сан-Франциско…

– Давно вы знаете мистера Миллера? – прозвучал дежурный вопрос Родриго.

– Полгода…

– Как вы попали в его компанию?

– Мы познакомились на одной из архитектурных конференций в Лос-Анджелесе, – ответил Рик. – У меня очень впечатляющие резюме. Все крупные строительные компании обращаются ко мне с желанием стать лучше. И это у меня отлично получается. Компания мистера Миллера мне показалась перспективной. Конечно, не такой масштабной, как те, с которыми я обычно работаю. Но я подумал: черт возьми, Рик, почему бы и нет? Почему бы здесь, в Сиэтле, не создать строительного гиганта? И я предложил свои услуги…

– И мистер Миллер согласился? – спросил Оливер, отвернувшись от окна. Он присел за стеклянный стол, решив, что пора брать инициативу этого разговора в свои руки.

– Его компания устарела. Скажем так – запахло нафталином. Скоро двадцать первый век! Новое тысячелетие, и уже нельзя работать так, как раньше. Он это хорошо понимал. А я, в свою очередь, покинул Лос-Анджелес и переехал сюда. И знаете, очень этому рад. Надоела жара. Я же родом из Бозмана… – Он громко прокашлялся. – Знаете, люблю северную природу.

Оливер обдумывал слова Рика. Тот говорил очень быстро, деловито, и такая манера общения ему не нравилась – слишком часто видел эти блестящие маскарады успешных людей.

– Мистер Миллер часто задерживался на работе? – спросил Оливер.

– Не могу сказать, что часто, – ответил Рик. – В последнее время он и вовсе стал иногда уходить раньше. Невероятная роскошь. Такого в Лос-Анджелесе мы себе позволить не можем.

– Вы видели его в эту пятницу? – продолжил Оливер. Его вдова, Бри, вчера говорила ему то же самое, что ее муж стал поздно возвращаться домой. Значит, предстояло узнать, чем, кроме работы, занимался мистер Миллер.

– Да, конечно, мы целый день провели над будущим проектом: торговый центр в очень перспективном районе для строительства престижных домов.

– Во сколько вы ушли из офиса? – продолжил Оливер.

– Не знаю, – пожал плечами Рик, – как всегда довольно поздно, около десяти вечера. Правда, мне еще не сделали магнитный пропуск. Но в холле есть видеокамеры, так что, скорее всего, я на них попал.

Оливеру не понравилось, что тот сразу упомянул камеры. Поэтому тут же спросил:

– А куда вы поехали после работы?

– Я? – удивился Рик, высоко подняв брови, а затем издал нервный смешок. – Не совсем понимаю, вы меня в чем-то подозреваете?

– Мы всего лишь собираем все обстоятельства последнего дня мистера Миллера, – ответил Оливер.

– Ну тогда, дайте-ка вспомнить, – нахмурился Рик, забарабанил по столешнице пальцами, а затем щелкнул ими. – Точно! На одной презентации, а после остался на вечеринке. Закуски – ужасные. Зато шампанское лилось рекой. Могу подсказать вам и адрес и сообщить имена всех тех, кто меня видел…

– Это было бы замечательно, – ответил Оливер, коротко встретившись взглядом с Родриго. Тот едва заметно кивнул. Значит, и он заметил, что Рик вел себя немного странно.

– Вы знаете, кому теперь будет принадлежать компания? – спросил Оливер.

– Если честно, понятия не имею, – ответил Рик, поправив ворот рубашки. – Скорее всего, все решит наследство. Мы были с ним не так близки, чтобы я знал, что там написано. Но могу предположить, что, скорее всего, его жене, Бри Миллер.