Основная надежда была на пилюли — после кучи схваток у меня скопился изрядный запас разного рода мешочков и пузырьков, среди которых наверняка имеются и противоядия. Вопрос в том, что пытаться жрать их наугад — русская рулетка…

Ашу: если не уверен — попробуй взять зелёненькую.

Василий: почему зелёненькую?

Ашу: не знаю — просто ассоциации.

Впрочем, по луною все кошки серые и к пилюлям это тоже относилось не в меньшей степени, так что полагаться при выборе приходилось больше на обоняние и осязание. Тем не менее, даже так я довольно быстро отобрал пять самых перспективных видов пилюль. Причём одна из них, если не ошибаюсь, действительно оказалась зелёной. С неё я и решил начать, последовав мудрому совету моего глубокоуважаемого предка…

Ашу: эй, я же пошутила!

Василий: поздно…

Я вновь погрузился в медитацию, и пилюля действительно помогла слегка подавить яд — проблема заключалась в том, что эффект был невелик. К тому же такая пилюля была у меня в единственном экземпляре. За первой последовала вторая, третья, четвёртая и пятая — и все они действительно оказались противоядиями.

Однако процесс очищения шёл медленно, тяжело и болезненно и даже спустя три часа отчаянной борьбы я всё ещё был далёк от полного исцеления. Более того, отложенные пилюли уже практически закончились.

К тому же любая пилюля содержит в себе энергию и после того, как я их столько сожрал, моё тело и система циркуляции ци находились на грани. Похоже, настало время для рискованных решений…

Вииии!

Я почувствовал, как комариная тварь внутри шевельнулась, а затем вонзила свой хоботок — и меня буквально скорчило от боли.

Ашу: всё в порядке — продолжай!

С усилием выпрямившись, я продолжил циркулировать энергию и теперь, проходя через дантянь, она не уходила дальше, а бесследно исчезала — вместе с существенной частью растворённого в ней яда.

ВИИИИИИ!

Комариная тварь задёргалась, но воля предка не дала ей остановиться и спустя несколько секунд та сдалась, с новой силой принявшись высасывать духовную энергию.

Виииии!

Спустя минуту мой резерв практически опустел, а инсектоид вновь погрузился в спячку. И хотя меня всё ещё потряхивало, а тело было слабым и мокрым от пота, я не чувствовал никаких следов отравления. Напротив, проснулся дикий голод, который я утолил парочкой пищевых пилюль, прежде чем вновь погрузился в медитацию.

Ашу: ну, что нужно сказать?

Василий: и от комаров бывает польза?

Ашу: эй, это я заставила его тебе помочь! Хвалить надо меня!

Василий: тогда ты — молодец.

Ашу: вот!

Василий: как там, кстати, комар — не сдохнет?

Ашу: не должен — кажется, ему даже понравилось. В любом случае, тебе сейчас лучше думать о других вещах — например о времени.

Василий: я помню…

Мне повезло: за прошедшие часы меня никто так и не потревожил. Поднявшись на ноги, я побрёл на север. Наверное, на север. По крайней мере именно там должна была находиться священная демоническая гора, достичь которой требовалось до рассвета…

Похоже, комариная тварь внутри меня постепенно становилась сильнее, но радиус, на котором я мог ощущать других носителей, достигал порядка двух десятков метров. Причём я чувствовал не только живых, но и мёртвых соперников, поскольку личинки продолжали развиваться даже в трупах. И вскоре после рассвета должны были вырваться наружу кратчайшим из путей — через живот. Причём не успевших достичь контрольной точки кандидатов ждало ровно то же самое.

Ашу: думаю, я смогу какое-то время сдерживать нашего жужжащего друга. Или, возможно, убедить его воспользоваться одним из иных путей.

Василий: одним из?

Ашу: даже если тебя съел человек — есть как минимум три выхода!

Василий: ты меня сегодня пугаешь…

Впрочем, куда сильнее меня пугал приближающийся рассвет — сложно сказать, сколько именно до него оставалось времени, но большую часть ночи я потерял впустую. И живых мне не попадалось — только трупы, трупы и ещё раз трупы.

Ашу: чуть левее их, кстати, тоже довольно много…

Василий: похоже на то…

Для моего «комариного чутья» не было особой разницы между живыми и мёртвыми носителями, но мёртвые имели тенденцию оставаться на месте. Не только они, но живые к этому моменту должны были уйти уже далеко, а если там останутся раненые, то им можно задать парочку вопросов. Или, на худой конец, просто ограбить…

Ашу: ой…

И действительно — ой. Любопытство сыграло с нами злую шутку, и, выйдя к небольшой поляне, я действительно обнаружил «выживших» — небольшую стаю демонических волков, увлечённо грызущих человеческие трупы.

— Ррррр…

Ближайшие твари подняли на меня окровавленные морды и оскалили клыки, зарычав — и я не стал нарываться, осторожно отступая обратно.

— Спокойно, ребята… я не собираюсь отбирать у вас еду.

— Р-р-р-р…

На рык подтянулось ещё несколько тварей, которых до этого скрывали деревья, и теперь их общая численность достигала десятка — вполне достаточно, чтобы попытаться сожрать одного низкоуровневого практика.

Энергия меча!

Самая наглая шавка всё же сорвалась в атаку, но, получив отметину на морде, с визгом отбежала, прячась за вожака — крупную и матёрую тварь, находящуюся на пике конденсации ци. Причём, об опасностях я союзницу расспросил и знал, что найти тут монстра посерьёзнее было сложно — практически всех, кто соответствовал стадии основания, перед испытаниями зачистили экзаменаторы.

— Р-р-р-р…

Я демонстративно взмахнул мечом, стряхивая капли крови. Демонические звери были не глупы — они вполне понимали, что могут меня сожрать, но также осознавали исходящую от меня угрозу и, главное, были сытыми. И, с учётом многих сотен трупов, разбросанных по лесу, нам нечего было делить.

— Рррррр…

Я осторожно сделал ещё шаг назад, и стая осталась на месте. Ещё три шага — и она демонстративно утратила интерес, возвращаясь обратно к накрытому столу. Пришлось сделать крюк, чтобы обойти место чужого ужина, однако я не жаловался — ведь и сам вполне мог стать на нём главным блюдом.

При иных обстоятельствах я постарался бы уничтожить людоедов, но сейчас в этом не было смысла — лут с них всё равно не падает, опыта не дают, а в следующем цикле твари вернутся к жизни.

Ашу: то есть теперь ты уже веришь, что следующий цикл наступит?

Василий: верю, но действовать предпочту так, словно эта попытка — первая и последняя.

И дело было даже не в том, что этот мир был слишком достоверен для простой иллюзии, ничем не отличаясь от настоящего, но и в том, что именно подобный подход обещал больше всего шансов на успех.

Наткнувшись на небольшое озеро, я наполнил фляги и затем окунулся, смывая остатки ядовитого пота — и, судя по всплывшей кверху брюхом рыбине, это было не лишним. Выбравшись на берег, я сменил одежду на чистую и, бросив взгляд на отражение в воде, убедился, что пытаться под светом луны разглядеть свою внешность — занятие безнадёжное.

Ашу: наверняка у какой-нибудь девушки найдётся зеркальце.

Василий: мне не настолько интересно.

Лес действительно был усеян трупами и, хотя я старался держаться в стороне от мест, где мог встретить крупную стаю падальщиков, но опознав в одном из убитых члена моего собственного отряда, не стал обходить очередное скопление меток.

К моей удаче из падальщиков тут оказалась только парочка «демонических лис» — тварей довольно мелких, трусливых и не представляющих особой опасности. При моём появлении они бросились к ближайшему дереву, ловко забравшись по стволу, и я задумался над тем, правильное ли я им дал название — возможно, стоило обозвать тварей демоническими белками? С другой стороны, было в них что-то лисье и, полагаю, они на меня не в обиде.