– излишне много текста в работе дается курсивом, а также авторы излишне много приводят ссылок на различные источники (лучше давать их постранично и в меньшем объеме).
Данные соображения не имеют принципиального значения. Как рецензент, я полностью выступаю за опубликование книги уважаемых авторов А.А. Баранова и Ю. Е. Лапина.
Рецензент:
доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист Российской Федерации В. Д. Ермаков.
Российский государственный институт интеллектуальной собственности.
Рецензия на рукопись монографии А. А. Баранова, Ю. Е. Лапина «Государственная политика в области охраны здоровья детей: вопросы теории и практика»
Само по себе наименование работы свидетельствует о ее сложности и принципиальной новизне. Ее сложность заключается в глубоком исследовании правовых предпосылок охраны здоровья ребенка. Подобного рода исследований в науке нет и до сих пор не было. Этот вывод не относится к числу голословных, а базируется на множестве положений, выражающих точку зрения авторов, о чем будет сказано ниже. Мало того, данное научное исследование не замыкается рамками правовой охраны здоровья ребенка, и по существу, по своей глубине, сфере рассмотрения имеет прямое отношение к правам ребенка как самостоятельного субъекта различного рода правоотношений. Отсюда позволителен и другой вывод: налицо самостоятельное, самобытное учение о правах ребенка, охватывающее все наиболее значимые сферы его жизни. О создании такого учения ранее даже речи не было. Все, что касалось ребенка, находило свое отражение в более узких, имеющих определенную отраслевую направленность, исследованиях. В настоящей работе эти рамки расширены, что позволяет говорить о целенаправленной государственной политике по охране прав ребенка. И что не менее важно, в настоящем исследовании четко обозначены наиболее существенные направления этой политики, которым предстоит найти свое воплощение в нормативных и подзаконных актах, причем в таких актах, которые относятся к числу федеральных. Вместе с тем, подвергается серьезной критике Федеральный закон № 122, передавший функции по охране прав детей субъектам Российской Федерации, что противоречит государственной политике, как по охране права ребенка на здоровье, так и другим ее направлениям, связанным с охраной детства.
К числу существенных следует отнести авторское утверждение о том, что социальная политика государства как таковая не поглощает политику государства по охране здоровья детей. Последняя должна быть самостоятельной (с. 96 и далее). Вместе с тем, в работе обосновывается необходимость усиления взаимодействия различных институтов общества в деле решения проблемы сохранения здоровья подрастающего поколения (с. 50). Причем здесь же определяются точки соприкосновения, взаимодействия научных позиций, различного рода служб, позволяющие создать более благоприятные условия для охраны здоровья ребенка.
Если следовать логике изложения, имеющей место в тексте настоящей работы, то следует обратить внимание на следующие авторские позиции принципиального характера:
– к компонентам государственной политики по охране здоровья детей относится профилактика заболеваний, о значении которой для несовершеннолетних сказано достаточно много. Но обратить внимание с точки зрения правовых предпосылок профилактики ранее никому не приходилось (с. 28, 161);
– в практике осуществления государственной политики по охране здоровья детей их интересы должны учитываться не только с целью поиска путей уменьшения отрицательного воздействия на состояние их здоровья, а также с целью исключения такого отрицательного воздействия (с. 63);
– регулирование общественных отношений, основанное на реализации только «одного обязательного варианта», соответствующего наилучшему обеспечению интересов детей, отражает и подтверждает правомочность исходного теоретического положения об абсолютной зависимости развития ребенка от условий и факторов внешней среды. Отсюда три направления практических действий правовыми средствами государственной политики, необходимых для наилучшего обеспечения интересов детей (с. 64);
– предупреждение и устранение противоречий между неудовлетворенными потребностями детей в охране здоровья «в угоду экономической корректности» является задачей государственной политики в области охраны здоровья детей, регулирующей общественные отношения путем перемещения центра тяжести решения проблем детства с секторального здравоохраненческого уровня на общегосударственный, позволяет наиболее полно мобилизовать в интересах детей главный ресурс государства – власть (с. 69);
– анализ источников информации о состоянии здоровья детей показал, что противоречия современного этапа общественного развития в России обусловливают конкретные изменения в состоянии здоровья детей и функционировании системы детского здоровья, что позволяет разработать типологию неблагоприятных изменений в состоянии здоровья детей, а также в сфере детского здравоохранения как следствие реализации социально-экономических причин (с. 71–73);
– вектор развития ребенка и вектор развития общества должны совпадать по своей направленности, в том смысле, что совершенствование, усложнение функций растущего организма не может протекать нормально в слабо совершенствующейся, стагнирующей или распадающейся социальной сфере (с. 86).
Таков далеко не полный по степени своей важности положений и формулировок их синтез, совокупность, взаимосвязь права ребенка на охрану здоровья с общетеоретическими предпосылками, который служит свидетельством концептуального подхода к определению государственной политики в области охраны здоровья детей. И что не менее существенно: в настоящей работе сочетаются теоретические постулаты с анализом существующей в области детского здравоохранения практики с практическими рекомендациями, направленными на изменение в лучшую сторону состояния дел в области правовой охраны детского здравоохранения (с. 194 и далее). И, наконец, нельзя не отметить, что подавляющее большинство авторских позиций, бесспорно, обладает принципиально важной новизной. Но для очевидности сказанного было бы полезно вынести новаторские предложения в концентрированном виде в начало работы – может быть во введение.
Сложность и объем исследуемых проблем объясняет и существование ее некоторых, на наш взгляд, недостатков и спорных положений.
Широко используя правовую терминологию, переводя ее на собственный язык, допускаются промахи в ее обозначении. Так, например, на с. 41 говорится, что закон закрепляет за государственной политикой статус механизма регулирования отношений (в данном случае в интересах охраны здоровья детей). В некоторых случаях не отличается ясностью название некоторых параграфов. В частности, § 5.2.3 гл. 5, где сказано: «Формирование государственной политики и компетенция по ее осуществлению» (с. 173). На наш взгляд, политика не может иметь компетенцию, которой наделяются лишь юридические и физические лица. Однако подобных замечаний мало. То же самое можно сказать о замечаниях спорного характера. Так, на с. 36 выражается сожаление по поводу того, что Концепция развития здравоохранения и медицинской науки в Российской Федерации не предусматривала мер по улучшению положения дел в детском здравоохранении и ограничилась декларацией необходимости принятия действенных мер в этой области. Но концепция есть концепция, которая отличается закреплением идей, общих положений, которые подлежат конкретизации в специальных законах, подзаконных актах и даже в инструктивно-методических указаниях.
По нашему мнению, без внимания остались некоторые важные для охраны здоровья ребенка вопросы. В их числе, связанные с деятельностью медико-педагогических комиссий детских учреждений, находящихся в подчинении Министерства здравоохранения, от заключения которых зависит не только будущая судьба, но и здоровье, дальнейшее развитие ребенка. Надо полагать, что здоровье, охрана права на здоровье несовершеннолетнего во многом зависит от такой составляющей, как экологическая охрана детства, что не нашло своего отражения в настоящей работе. Не совсем понятно, почему в § 4.4 гл. 4, посвященном отражению проблем охраны здоровья детей в некоторых нездравоохраненческих системах государственной политики (с. 138) нет ссылки на Семейный кодекс.
