Нет ссор, нет лжи, нет больше срама. Финал. Последний акт. Погашен свет. Нет горечи, лишь пустота упрямо Твердит, что нас с тобою больше нет. И пусть теперь у каждого – свой путь, Своя дорога, чувства и тревоги, Мы сохранили главный свой обет — Остаться человеком по итогу. Сон
А во сне всё как будто как прежде. Мы за ручку идём не спеша. В сердце теплится лучик надежды, И безмерно ликует душа. Соловей поёт для нас песни, Разливая по роще свой звон. Мир так прост, и мы снова вместе… Жаль, что это всего только сон. Жизнь идёт чередой своей плавно, Не спеша, не тревожа покой… В этом сне всё так просто и славно, Потому что ты рядом со мной. А потом вдруг я резко проснулась, Рядом – холод пустой простыни. В тишину, как в беду, окунулась: Никого, только боль впереди. Я живая, дышу через силу, А тебя… унесло в пустоту. Только сны меня согревают, Возвращая твою теплоту. Где же ты, моя судьба? Где же ты, моя судьба, В чьих краях ты бродишь ныне? Слышишь ли мои мольбы, Что летят к тебе поныне? Я зову тебя, зову Сквозь туманы и метели. Где же ты? Ведь я так жду, Сердце бьётся еле-еле. Принеси же мне, судьба, Свет, что греет и ласкает. Пусть утихнет вся молва, Что тревожит и терзает… Принеси же мне, судьба, Счастье, что давно искала, Чтоб развеялась тоска И душа моя воспряла. Свеча В полумраке свеча горела И твой озаряла лик. Она одиноко тлела, Отражалась в глазах твоих, Как пламя, что нежно трепещет, Сердце моё в тишине. И в отблесках, что так блещут, Я вижу лишь образ во тьме. Пусть пламя дрожит и тает, Как миг нашей встречи земной. Но образ твой не угасает, Навсегда он остался со мной. Борис Алексеев Большая Медведица Тамерлан выключил компьютер. «Уфф!» – образ Розы Доусон кружил голову. Юноша подкатил коляску к окну, вжал ладони в пуховики поручней и принялся наблюдать, как сквозь дырочки в межгалактическом решете сочится ярчайшая энергия жизни. Тамерлан отыскал созвездие Большой Медведицы. Декабрьскими вечерами оно подплывало к посёлку Соколиная Гора так близко, что можно было встать на подоконник, распахнуть окно и, ухватившись за оконную раму, дотянуться до каждой из семи звёзд вселенского семисвечника! – Сегодня семнадцатое декабря… – произнёс Том. Два года назад, в злополучный день семнадцатого декабря, случилась автомобильная авария. Четырнадцатилетний Тамерлан Гулиев (Тамик, Том) должен был погибнуть в одной страшной давильне с родителями, сестрёнкой Адой и водителем Ростиславом Евгеньевичем, но по тайной причине оказался «круглым счастливчиком» – выжил, отделавшись переломом позвоночника и десятком других, менее тяжких, увечий. Год провалялся в госпиталях, вернулся домой в инвалидном кресле, зато получил возможность самостоятельно передвигаться, брать книги, читать, но, главное, работать с компьютером. Тогда же Тамерлан впервые увидел в окне Большую Медведицу.  – Роза, как прекрасно, что смерть не коснулась тебя! – улыбнулся юноша, разглядывая небо. Он перекатил коляску к рабочему столу и снова включил компьютер. Сердце Тамерлана учащённо билось. Шестнадцатилетний инвалид ощутил сладкую боль любовного томления. «Любовного? – улыбнётся читатель. – Где нет живого ощущения женщины, разве может возникнуть полноценное чувство любви? Кинокомпьютерное влечение к Розе – это скорее порождение ума, иносказание о любви, чем любовь. Чувство восторженной подростковой экзальтации могла вызвать греческая статуя Венеры или Даная великого Рембрандта. Доусон была социально ближе. Подумаешь, каких-то сто лет! Наверняка ещё живы деревья, в тени которых Роза читала книгу. Быть может, это обстоятельство и определило сердечный выбор Тамерлана – он влюбился в «ближайшую» (пусть не в пространстве, зато по времени) прекрасную незнакомку, в социальную норму современного женского абсолюта, в ощущение красоты, проще говоря, влюбился в собственную любовь! Что может быть пагубнее виртуального чувства? Живое касание рук, губ, перешёптывание наедине, взаимная молчаливая нега – разве может всё это быть и не быть одновременно? В одном из стихотворений Поля Элюара есть слова: «Наши руки забыли друг друга, наши ноги забыли друг друга…» Элюар утверждает: близость онлайн – насмешка над этикой любви, уродливая подмена небесной благодати интересами ума и тайными каверзами плоти. * * * Семья Тамерлана принадлежала к управленческой верхушке азербайджанской диаспоры, имела большой и красивый дом в ближнем Подмосковье. Тамерлана обслуживала давняя родительская прислуга, родовитая татарка Айгюль. После гибели хозяина добрая женщина не покинула дом Гулиевых и по предложению родственников отца продолжила службу в качестве домработницы. По возвращении из больницы юноша поступил в её нежное любящее распоряжение. Айгюль была женщиной чуткой и наблюдательной и, конечно, не могла не заметить происходящих с юношей перемен. Несколько раз она пыталась расспросить Тамерлана как бы ни о чём, вызвать его на откровенность. Но всякий раз юноша отвечал уклончиво, с желанием закончить разговор.
– Бедный мальчик, – шептала опечаленная женщина, прикрывая дверь, – как он далёк от всех нас!.. Какое-то время состояние виртуальной влюблённости соответствовало трепетным ожиданиям Тамерлана. Но скольжение ума тягостно для человеческой психики. В сознание юноши закралось сомнение: он, пожизненный инвалид, лишённый физического общения с миром, вообразил себе бог знает что! Разве телесный урод имеет право на чувственные фантазии? * * * Айгюль жила в доме Гулиевых с дочерью Беллой, четырнадцатилетней красавицей, рукодельницей и резвушкой. Белла ежедневно виделась с Тамерланом, однако замкнутость одного и материнский пригляд за другой препятствовали общению сверстников. |
