К слову, сидели они в небольшой закусочной, на окраине города. Место было не особо людное, но кофе у них был вполне приемлемый, поэтому Гриша, к приезду Дроздова, успел заказать себе уже третью чашку.

– Только не говорите, что не бываете в подобного рода забегаловках, – произнёс парень, делая глоток кофе. – Кстати, кофе вполне неплохой, рекомендую.

В ответ Дроздов лишь поморщился.

– Бывает, – отстранённо произнёс Гриша.

– Григорий Александрович, я понимаю, что вы теперь мой… – было начал Дроздов, но парень, почти оборвав его на полуслове, сказал:

– Почему не сказали про репортёров?

Тон и взгляд Григория не сулили ничего хорошего, а то, с какой лёгкостью он переключал эмоции на своём лице, вызывали неоднозначные мысли у Льва, впрочем, как и то, что он перебил его. Но, тем не менее, Дроздов абсолютно спокойно ответил:

– Прошу прощения, запамятовал.

Сказанное нисколечко не убедило Григория.

– Зачем слили информацию?

– Так было изначально запланировано, – нехотя и сухо ответил Дроздов.

– Видимо, для того, чтобы обелить в глазах общественности особые военные силы, – высказал своё предположение Гриша, на что его собеседник, кивнув, согласился:

– В какой‑то степени.

– Почему нельзя было просто, законодательно запретить гильдиям переезжать в другие страны? – озвучил своё второе предположение Григорий. – Неужели опять из‑за общественности?

– Отчасти да. Вы ведь и сами понимаете, что за каждой более‑менее серьёзной гильдией стоят внушительные люди. Но, несмотря на свою внушительность, они не всегда оценивают реальность правильно.

– То есть, вы хотели принести Прану в жертву, чтобы немного отрезвить их? – воспользовавшись короткой паузой, спросил Гриша, довольно жёстко глядя Льву в глаза.

– Я бы не называл это жертвой. Скорей, это была вынужденная уступка.

– Хм! – Некоторое время Григорий молчал, но затем всё же спросил:

– Вы представляете, чтобы я сделал, если бы, вернувшись немного позже, обнаружил свою сестру мёртвой?

Дроздов невольно опустил глаза в стол. Конечно, ему было что сказать. Но, во‑первых, он прекрасно понимал Григория и, как следствие, не мог осуждать его действия. А во‑вторых, давление, которое излучал парень, было слишком сильным, оно гасило все здравые мысли и доводы, кои только могли прийти в его голову.

– Очень хорошо, что вы вернулись вовремя, – всё же выдавил из себя Лев.

– Верно. Это очень хорошо, – медленно произнёс Гриша.

Его слова будто бы обожгли холодом, но, в то же время, давление немного спало, и Дроздов вновь смог почувствовать себя более менее живым.

– Мы находимся достаточно в тяжёлой ситуации, Григорий Александрович. Население не в курсе, но государство работает на истощение. Тем более, после СВО, это особенно тяжело.

– К слову, я вот не пойму, неужели опыт применения дронов вам никак не помог в борьбе с порождениями Системы?

– Григорий Александрович, вы ведь и сами понимаете, в чём проблема.

– Да, понимаю. Они слишком медленные. Но ведь можно было разработать что‑нибудь более быстрое. Или в крайнем случае какого‑нибудь робота.

– Американцы пробовали. Всё, что у них вышло, это дорогая игрушка, которая способна противостоять максимум монстрам из B‑ранговых подземелий.

– Во дела, – протянул Григорий. Конечно, он не ожидал ничего особенного, но всё как‑то совсем печально выглядело.

– Григорий Александрович, повторюсь, страна очень истощена и живёт на честном слове. Заводы только и успевают производить боеприпасы для сдерживаемых подземелий С и D рангов. Нам и так пришлось сократить помощь союзникам… – но здесь Григорий неожиданно прервал монолог своего собеседника, недовольно пробурчав себе под нос:

– У России только три союзника: армия, флот и авиация.

– Да… в какой‑то степени вы правы… – согласился Лев, но затем, под пристальным взглядом Григория добавил:

– Я имел в виду общепринятый список союзных государств…

– Меня это не волнует! – оборвал своего собеседника Гриша. – Давайте лучше побеседуем о более насущных вещах. Например, вам уже звонили из Москвы?

– Да, нам велели всё тщательно расследовать и предоставить подробный отчёт о произошедшем в подземелье. Этим сейчас занимается расширенная группа под руководством моего сына.

– Когда мне стоит ждать гостей?

– Это зависит от вашего желания, я могу, как задержать, так и ускорить расследование.

– И при этом вы мне ни слова, ни полслова не сказали? – Григорий говорил без упрёка, но даже так Лев испытывал некую вину, хотя в действительности он не считал себя виноватым.

– Звонок поступил вчера днём, – ответил мужчина.

– Ладно, не критично. Но в следующий раз лучше сразу звоните мне по любым вопросам, которые касаются меня.

– Вас понял, Григорий Александрович, – без особой радости ответил Дроздов. Ему явно только и не хватало ещё одного начальника на старости лет, а тут вон какой, попробуй ослушайся.

– Гриша сделал глоток кофе. – Блин! Остыл! – недовольно прокомментировал он. Немного помолчав, он продолжил:

– В общем, у меня к вам ещё один вопрос остался. Вы сможете организовать мне встречу с вашим непосредственным начальством?

– Я тоже об этом думал. Скорей всего, она будет неминуема.

– Прошу прощения, немного неправильно выразился. Сможете ли вы, мне организовать досрочную встречу с вашим руководством? До того, как оно узнает обо мне.

– Вот это уже будет несколько проблематично, – задумчиво произнёс Дроздов. – Мне нужно как‑то обосновать её, а без хотя бы частичного вашего раскрытия это будет сложно сделать.

Григорий ожидал подобного ответа, поэтому принял его как должное, хотя и без особой радости. Ему не нравилась сама мысль, что о нём узнают заранее, ведь в этом случае, вполне возможно, кто‑нибудь может пожелать, обзавестись козырем в виде его родителей или сестры. Самое паршивое в этом случае заключалось в том, что он никак не мог бы их гарантированно оградить от этого. Даже обучай он их магии и внутренней энергии, на это потребовалось бы слишком много времени, которого у Гриши попросту не было. В то время как прятать их, ограничивая их свободу, ему не очень‑то хотелось.

Глубоко вздохнув, он медленно произнёс:

– Думаю, нет смысла оттягивать неизбежное. Тем более, это может вызвать лишние подозрения.

– Вас понял, Григорий Александрович.

Еле заметно кивнув своим мыслям, Григорий поднялся.

– До свидания, Лев Николаевич. Держите меня в курсе дела, – произнёс он, после чего направился к выходу.

Только когда Гриша покинул заведение, Дроздов смог немного расслабиться. Откинувшись на не очень удобную спинку, он на пару секунд закрыл глаза, приводя мысли в порядок. Глубоко вздохнув, он подумал:

– Какой же странный молодой человек. С одной стороны, прост, как сапог, а с другой, фиг поймёшь, что у него на уме…

Остаток дня Гриша провёл вместе с Нарли, большей частью они прогуливались по городу. Для рагарки подобное всё ещё было в диковинку, всё же она не привыкла к столь огромным городам. Григорий же, прогуливаясь по улицам Краснодара, где‑то ностальгировал, а где‑то привыкал к своему родному миру. Пусть он и недолго путешествовал по иным мирам, но его жизнь там была весьма насыщенной на события, отчего и пребывание там ощущалось куда продолжительнее, нежели было на самом деле.

Народ на улице инстинктивно сторонился Гришу и его подругу. Кто‑то даже переходил на противоположную сторону улицы, предпочитая держаться подальше от столь колоритной и странной парочки, которой их почему‑то многие воспринимали. Хотя выглядели они вполне себе обыденно. Рагарка, по привычке, прикрывала рожки чёлкой, а единственное, что выделяло её на общем фоне краснодарских девушек, так это ожерелье из чёрных клыков да красные глаза. Григорий же так и вовсе, вообще ничем не выделялся. Если бы не его жёсткий взгляд и плотная аура, то его вполне можно было бы спутать с каким‑нибудь обычным парнем‑студентом, лет двадцати, которых по городу было пруд пруди.