Дверь открылась, и вошло семейство с тремя подростками.

– Мы пришли на урок серфинга, – радостно объявила мать, и я просиял улыбкой.

– Круто. И добро пожаловать! – Я жестом указал на стоявшего рядом помощника. – Картер к вашим услугам. Сегодня отличный день для серфинга, получите море удовольствия.

Картер сделал шаг вперед и хлопнул в ладоши.

– Отлично, тогда за дело! Ну что, готовы гармонизироваться с океаном?

Я фыркнул и направился в сторону задней двери, чтобы переодеть плавательные шорты. Гидрокостюм я уже повесил сушиться на перила позади магазина. Семейство прошло в раздевалки: им предстоит сражение с гидрокостюмами еще минут двадцать, не меньше. Поэтому я открыл заднюю дверь и стянул шорты. Задней дверью пользовались исключительно сотрудники, а этим утром в магазине были только мы с Картером.

Повесив шорты на перила рядом с гидрокостюмом, я потянулся за сумкой, и тут сзади кто-то негромко ахнул.

Ханна Нильсен стояла, уставившись на мою голую задницу. Глаза у нее полезли на лоб, рот открылся. Трижды моргнув, она залилась краской и резко отвернулась.

Я подавил смешок. Бедная Ханна выглядела так, будто увидела призрака. Голого призрака. Я едва сдерживал смех.

Ханна была лучшей подругой моей невестки Эйвери. Свадьба Эмметта в прошлом году получилась веселой, и братец, похоже, обрел свое счастье. Брак и все эти долгосрочные обязательства были не для меня. Во Вселенной все временно, в том числе отношения и любовь, но если Эмметт хотел проверить это на собственном опыте, его воля.

Ханна была свидетельницей на их свадьбе, когда-то мы с ней ходили в одну школу, но никогда прежде за все время нашего знакомства не общались настолько долго, как вчера в ее книжном магазине. И причиной этому был не я. Просто Ханна боялась собственной тени, и что-то во мне, похоже, ее раздражало.

Вспомнилось удивленное выражение ее лица, когда я зачитывал отрывок из орк-эротики, и губы сами собой растянулись в ухмылку.

Я неторопливо расстегнул молнию на сумке.

– Чем могу помочь?

– Почему ты голый? – пропищала она.

– Я переодевался. А почему ты глазеешь на мою голую задницу?

Я усмехнулся, натягивая боксеры. Нас разделяло три метра, но я отлично видел, что затылок у нее порозовел.

– Я не хотела. Просто Картер сказал, что ты здесь.

– Можешь повернуться, я уже оделся.

Наклонив голову, она быстро покосилась через плечо, желая убедиться, что я не лгу, а затем расслабилась. Но, как и вчера в магазине, ее взгляд задержался на моей груди.

Я снова подавил смешок. Подружка Эйвери, эта застенчивая тихоня, пялится на меня. Кто бы мог подумать?

Во мне что-то шевельнулось, захотелось смутить ее еще больше. Ханна всегда держалась отдельно ото всех. Я никогда не видел ее на вечеринках или в баре. В погожий летний день она, в отличие от всех остальных, не устремлялась на пляж. Она вечно торчала в своем книжном магазине.

Она была симпатичной, хотя сама не осознавала этого. На свадьбе брата она появилась в светло-голубом платье, которое подчеркивало цвет ее глаз. Я никогда не видел ее в чем-то подобном и на протяжении вечера то и дело косился на нее. Платье идеально облегало ее фигуру, великолепную, с плавными изгибами, и открывало взгляду гладкую кожу.

Я никогда раньше не думал о Ханне в таком плане.

Сегодня на ней был мешковатый свитер с длиннющими рукавами, джинсовые шорты и кроссовки. Ее ноги были длинными и бледными, и я снова отметил для себя, насколько нежная у нее кожа.

Я тут же выкинул эту мысль из головы. Для перепихона Ханна не подходила. Она была жутко застенчивой и всего боялась.

Она сглотнула, задержав взгляд на моих боксерах, и снова покраснела.

– Что стряслось? Ты получила новую партию эротики и хочешь показать мне?

На ее лице отразилась досада, и я поджал губы, сдерживая ухмылку. Она переступила с ноги на ногу.

– Тут есть место, где мы могли бы поговорить?

Мне стало любопытно.

– В моем офисе сейчас склад зимних гидрокостюмов.

– О! – Ханна снова сглотнула. Она выглядела такой милашкой, когда вот так стискивала руки. – Тогда ладно.

Она развернулась и пошла прочь. Я еще полюбовался изгибом ее задницы и уже хотел вернуться в магазин, но тут она остановилась, глубоко вздохнула и пошла назад, вскинув подбородок, с решительным выражением на лице.

– У меня к тебе предложение.

Мысли сразу потекли в грязном направлении.

– Ты меня заинтриговала, – лениво усмехнулся я и, натягивая шорты поверх боксеров, смерил ее взглядом. Мышцы у нее выглядели вполне себе упругими. – Тихоня Ханна ищет сексуальных приключений?

Она поперхнулась и так покраснела, что от ее лица можно было спички зажигать.

– Я не ищу сексуальных приключений. Я хочу, чтобы ты мне кое с чем помог.

Я кивнул.

– С сексом.

Она досадливо мотнула головой.

– Нет! Секс тут ни при чем. По крайней мере, с тобой. – Она покачала головой. – Забудь о сексе. Мне нужна твоя помощь с… – Ханна прикусила губу, и я приподнял бровь. – Мне нужна твоя помощь, чтобы стать…

– Серфером?

– Нет…

– Домовладелицей?

Занятный получался диалог.

– Нет…

– Ты мечтаешь о путешествиях?

Она замялась.

– Да, но не то.

– Ты хочешь наслаждаться жизнью и жить одним днем, признавая, что мы ничтожны по сравнению с мощью Вселенной и что нужно наслаждаться каждой секундой без чувства вины или привязанности?

Что-то изменилось в ее взгляде. Прикусив губу, она посмотрела мне прямо в глаза. Я всегда считал, что они у нее голубые, но сейчас увидел в них оттенки зеленого.

– Типа того.

Теперь я действительно был заинтригован. Что творилось в голове у этого книжного червячка?

– Я хочу, чтобы ты помог мне стать сексапильной.

Я молча уставился на нее, не зная, что и думать. Она замахала руками, торопясь прояснить ситуацию.

– Вокруг тебя столько горячих девушек. Ты часто спишь с ними.

Я опешил от подобной формулировки, меня разбирал смех.

– На мой взгляд, звучит несколько странно.

Она решительно помотала головой, широко раскрыв глаза за стеклами очков.

– Я не это имела в виду. Я имею в виду, ты знаешь, что есть во всех этих женщинах. Ты спишь только с сексапильными девушками.

На моем лице отразилось веселое удивление. Неужели окружающие такого обо мне мнения? Она была права, чужое мнение меня не волновало. Зато по части съема такая репутация была мне на руку.

Ханна набрала в грудь воздуха и наконец проговорила:

– Я хочу, чтобы ты научил меня быть такой же.

– Как я?

Она кивнула.

– Как ты.

– А зачем? – прищурился я.

Уголок ее рта дрогнул.

– Это не твое дело.

Я фыркнул.

– Тогда я буду строить свои собственные предположения. Тебе надоело целыми днями прятаться в этом темном магазине, и ты хочешь с кем-нибудь познакомиться.

У нее округлились глаза. Бинго!

– Мне скоро тридцать. – Ханна сцепила пальцы. – Пора что-то менять.

Я наморщил лоб. Зачем ей что-то менять? Она была славная, с красивыми глазами и чудным ротиком. Даже очки у нее были милыми, как у девочки-ботанички. Ворот свитера был растянут, и из него выглядывала бледно-розовая бретелька бюстгальтера. Я окинул взглядом ее фигуру. На свадьбе я собирался пригласить Ханну на танец, но она постоянно куда-то исчезала.

Мне вдруг стало жаль, что тот танец не состоялся. Зря я тогда не проявил настойчивости.

Ее желание что-то поменять вызывало досаду. Многие в городе ухватились бы за возможность потусить с ней, но она этого не понимала. Ей просто следовало время от времени выходить из своего магазина.

Только как объяснить ей это, не показавшись в то же время снисходительным? Я стоял, скрестив руки на груди, внимательно глядя на нее, а она выглядела так, будто в любую секунду была готова броситься наутек, если я заговорю слишком громко или сделаю резкое движение.

Какой-то крошечной своей частичкой я хотел этого. Что-то в ней меня интриговало. Под этой кроткой внешностью чувствовалась тихая решимость. Мне хотелось растормошить Ханну, царапнуть и посмотреть, что скрывается внутри. Вдруг там что-то интересное?