Около 982 г. Эрик отплыл на запад вместе с семьёй, слугами и скотом, но плавучий лёд помешал ему высадиться на берег. Он был вынужден обогнуть южную оконечность острова и высадился там, где позже возник Юлианехоб (Какорток).

На протяжении трёх лет своего изгнания Эрик не встретил на острове ни одного живого человека, хотя в таком источнике, как «Книга об исландцах» (исл. Íslendingabók), по этому поводу рассказывается: «Они нашли там признаки людских поселений, как на востоке, так и на западе страны, обломки лодок и каменные сооружения, из чего было понятно, что тут были люди из того народа, что населял Виноградную Страну, а гренландцы их называли скрелингами».

По окончании срока своего изгнания Эрик вернулся в Исландию и призвал викингов отправиться с ним на новые земли, которые назвал Гренландией (норв. Grønland), «Зелёной землей». Он собрал флотилию из 25 кораблей, на которых в новые земли отправилось около 700 человек.

Из них, однако, лишь 14 с командой около 400 человек достигли гренландских берегов. Исландский хронист Ари Мудрый указывал, что это произошло «14 или 15 годами ранее, чем была крещена Исландия», то есть в 985 или 986 г.

Колонисты заняли земли по берегам многочисленных фьордов и в долинах между ними, образовав на юго-востоке острова населённую полосу длиной около 120 миль. В течение следующих 14 лет прибыли ещё как минимум три группы поселенцев.

Картина Карла Расмуссена «Лето на побережье Гренландии около 1000 года». 1875 г.

Практически все первые поселенцы приплыли из Исландии. Их было не более 500 человек, но в конечном итоге население Гренландии возросло как минимум до 3000 человек.

В 999 году, перед своим походом в Винланд, сын Эрика Лейф совершил плавание в Норвегию, где принял крещение от конунга Олафа Трюггвасона и, по возвращении в Гренландию, принёс с собой новую веру.

Около 1000 года принявшая христианство супруга Эрика и мать Лейфа Тьодхильд основала неподалёку от усадьбы своего мужа Братталид (совр. Кассиарсук) первую церковь на острове. В 1126 г., когда из метрополии прибыл первый епископ Арнальд, была основана епископская резиденция в Гардаре (совр. Игалику). Проводившиеся там в 1926 г. экспедицией датского археолога Поула Нёрлунда раскопки выявили остатки собора Св. Николая и богатое епископское захоронение XIII века. Здесь же, согласно «Саге о Названых Братьях» (исл. Fostbraeðra saga), обычно собирался местный альтинг (подобие русского веча).

Карта трёх поселений, основанных исландскими переселенцами в Гренландии.

Источник: Wikipedia.de

Всего в Гренландии обнаружены остатки примерно 700 скандинавских построек XI–XV веков; из них свыше 600 – остатки хуторов. Большинство из них археологи традиционно относят или к Восточному поселению, на месте позднейшего Юлианехоба (совр. Какорток), где археологами обнаружены остатки около 500 усадеб, или же к Западному, на месте позднейшего Готхоба (совр. Нуук), где идентифицировано около 100 усадеб. Помимо них, ряд исследователей выделяет ещё и Среднее поселение (исл. Miðbyggð), примерно из 20–25 хуторов, располагавшееся немного к северу от Восточного, неподалеку от города Паамиут и заброшенного шахтерского поселка Ивиттуут, о котором не существует никаких письменных записей.

В период максимального развития колонии в XIII веке в обоих поселениях могло проживать до 6000 человек, в том числе около 4000 в Восточном, что сопоставимо с населением крупных европейских городов того времени. В состав Восточного поселения входило 190 хуторов, 12 приходских церквей, мужской и женский монастыри.

Западное поселение, в котором к началу XIII столетия насчитывалось примерно 90 хуторов и 4 церкви, скандинавы основали примерно через десять лет после того, как были построены первые хутора Восточного.

В 1261 г. жители острова присягнули на верность королю Норвегии. В обмен на уплату податей Хакон IV обязался ежегодно отправлять колонистам один корабль с дефицитными на острове древесиной и железом. Согласно записи, датированной 1327 г., из Гренландии в Берген прибыл корабль с 260 моржовыми бивнями в качестве подати. После того как в 1380 г. Норвегия вместе с зависимыми территориями вошла в унию с Данией, Гренландией управляли датские короли.

Экономика поселений, основанных скандинавами на западном побережье острова, базировалась на скотоводстве, охоте, рыболовстве и торговле. А земледелие практически отсутствовало. Важными статьями дохода колонистов со временем стал и морской зверобойный промысел, а также, в частности, добыча гагачьего пуха, полярных соколов (для охоты), тюленьих, моржовых, оленьих, медвежьих шкур, бивней моржей и высоко ценившихся рогов нарвала.

Раскопки, проведённые в 1930-х годах на месте усадьбы Эрика Братталид, показали, что на ней в XI столетии содержалось около 50 коров, при 10–30 в среднем скандинавском хозяйстве того времени. При этом скот был малорослым, сопоставимым своими размерами с датским догом.

Источник середины XIII века «Королевское зерцало» сообщает: «Гренландские фермеры разводят овец и коров в больших количествах и делают очень много масла и сыра. Этим они в основном и питаются, а ещё говядиной; едят также мясо оленей, китов, тюленей и медведей…».

К середине XIV века примерно ²/₃ лучших пастбищных земель в стране контролировалось католической церковью.

Главной причиной гибели поселений норманнов в Гренландии можно считать наступление малого ледникового периода в XIV–XIX веках.

Данные, полученных при исследовании кернов льда Гренландии, свидетельствуют, что климат в Гренландии в момент появления там викингов был сравнительно мягким (таким же, как сейчас), но с начала XIV века потянулась череда холодных лет, а XV век уже ознаменовался глобальным похолоданием.

В результате продуктивность полей и соответственно количество заготавливаемого сена упали ниже прежнего, морские пути на континент стали забиваться льдом, преграждая судам из Норвегии дорогу в Гренландию. Препятствие мореходству стало одной из причин угасания, а затем и прекращения торговли между Гренландией и Норвегией, от которой гренландцы зависели материально и психологически – как от источника железа, строевого леса и культурной самоидентификации.

Приблизительно половина населения Гренландии погибла во время эпидемии чумы (Черной смерти) в 1349–1350 гг. Спрос на бивни моржей – основной экспортный товар Гренландии, пользовавшийся большой популярностью у европейских резчиков, – угас после того, как крестоносцы вновь открыли для европейцев доступ к слоновой кости из Африки и Азии. Все эти события снижали как возможности, так и мотивацию Норвегии отправлять суда в Гренландию.

Кроме того, норманны истощили все природные ресурсы, от которых они зависели: деревья были вырублены, дёрн вырезан, поля вытоптаны скотом, почва смыта водой и сдута ветром. В самом начале освоения Гренландии викингами её земли были лишь условно пригодны для ведения средневекового европейского животноводческого хозяйства. Так, количество сена, которое удавалось заготовить в Гренландии, сильно варьировалось год от года, и далеко не всегда его было достаточно.

Многое о жизни норманнов нам поведали современных археологи, которые раскопали верхний слой мусора на фермах Западного поселения – слой, который, как предполагается, оставили викинги в последние месяцы своего пребывания здесь. Среди развалин зданий обнаружены двери, балки, стропила, мебель, кубки, распятия и другие крупные деревянные предметы. Это очень необычно для Гренландии: когда в Северной Скандинавии люди оставляли дом преднамеренно, все деревянные предметы они всегда забирали с собой для использования в новом месте, куда бы ни отправлялись, так как дерево было ценным и редким материалом. Очевидно, жители Западного поселения оставляли свои дома в крайней спешке либо не могли забрать с собой утварь, так как были убиты.