- У вас есть что-нибудь, что принадлежало вашему мужу? - спросила она.
Мария достала из-за пазухи маленький кожаный мешочек:- Вот, крестик его нательный. Перед уходом снял, мне оставил, новый в городе купил.
Агафья взяла крестик и задумалась. Она не умела гадать и не верила в такие вещи. Но что-то подсказывало ей, что на Чёртовой мельнице обычные законы не работают. Здесь мистика и реальность переплетались самым причудливым образом.
- Подождите здесь, - сказала она и вышла из избы.
Подойдя к пруду, она позвала водяного. Кузьма Бултыхович появился почти сразу:-Что стряслось, мельничиха?
Агафья рассказала ему о посетительнице и ее просьбе:- Я не знаю, как ей помочь, но отказать неудобно, да и жаль её. Есть ли способ узнать о судьбе её мужа?
Водяной задумчиво забулькал:- Есть один способ... Но для этого нужно использовать силу перекрёстка. Дай-ка мне эту вещицу.
Агафья протянула ему крестик. Водяной взял его своей перепончатой лапой и опустил в воду:- Смотри внимательно.
Поверхность пруда начала рябить, затем на ней, как на экране, проступило изображение. Агафья увидела молодого мужчину в военной форме. Он сидел в каком-то помещении, похожем на казарму, и писал письмо.
- Он жив!- обрадовалась Агафья.
- Жив и здоров, - подтвердил водяной. - Служит где-то на юге, судя по свету. И письма писал, да не доходили они. Почтовая служба подводит.
- А сможет ли он вернуться? - спросила Агафья.
Водяной снова опустил крестик в воду, и изображение изменилось. Теперь мужчина был на улице заснеженного города, обнимал женщину - Марию.
- Вернется к зиме, - сказал водяной. - Служба его подходит к концу.
Агафья поблагодарила водяного и забрала крестик. Вернувшись в избу, она рассказала Марии все, что узнала, опустив, конечно, детали о разговоре с водяным.
-Я видела... - она запнулась, подбирая слова, - Мне открылось, что ваш муж жив и здоров. Он на юге служит, письма пишет, да не доходят они. К зиме вернется домой.
Мария вскочила, глаза её наполнились слезами:- Правда?! Господи, благодарю Тебя! И вас, Агафья Никитична, век не забуду вашу доброту!
Она попыталась заплатить, но Агафья отказалась:- Не надо денег. Просто помните, что любовь сильнее расстояний.
Когда Мария ушла, Агафья задумалась. То, что она только что видела, было невероятно. Водяной использовал силу перекрёстка миров, чтобы заглянуть в другое место, увидеть судьбу неизвестного ей человека. Эта сила была реальной, осязаемой.
И тут ее осенило. Возможно, именно эту силу имел в виду Прохор, когда писал о "потоке". Мельница не просто стояла на перекрёстке миров - она была инструментом, через который эта сила проявлялась. Как вода крутила мельничное колесо, так и энергия перекрёстка "протекала" через мельницу, преобразуясь и трансформируясь.
Это открытие подтолкнуло ее к еще одному озарению. Что если "жертва", о которой писал Прохор, - это не кровь или пища, а нечто менее материальное? Возможно, речь шла о воспоминаниях, о частице души, о чем-то по-настоящему личном и ценном?
Агафья вернулась к дневнику и перечитала последние записи с новым пониманием. Теперь некоторые фразы обретали смысл:
"Для запечатывания перекрестка нужна частица души, связанная с обоими мирами. Только так можно создать барьер, который невозможно будет пробить извне. Душа, знаюшая оба мира, станет стражем на грани."
"Душа, знающая оба мира"... Это могло относиться к самому Прохору, который путешествовал между мирами. Или... к ней, Агафье-Варваре, человеку из будущего, оказавшемуся в теле женщины из прошлого.
Неужели ее появление здесь не было случайностью? Что, если её перенос в тело Агафьи был частью плана - возможно, плана самого Прохора, который каким-то образом знал, что произойдет после его смерти?
Эта мысль была пугающей, но одновременно вносила ясность. Если она - тот самый "страж на грани", то у нее есть предназначение. И, возможно, способ его исполнить.
Агафья продолжила поиски в дневнике, и вскоре нашла еще одну загадочную запись:
"Подготовил тайник под северным жерновом. Положил туда все, что может понадобиться для ритуала. Если со мной что-то случится, надеюсь, это найдут."
Северный жернов! Агафья вскочила и побежала на мельницу. Там она внимательно осмотрела жернова - было их четыре, по сторонам света. Северный оказался чуть меньше остальных и имел странные символы, выбитые по ободу.
Жернов был слишком тяжёлым, чтобы его сдвинуть самостоятельно, и Агафья позвала на помощь Шишку:- Мне нужно посмотреть, что под северным жерновом. Прохор там что-то спрятал.
Домовой удивленно моргнул, но спорить не стал. Вместе с помощью рычагов и веревок они сдвинули тяжелый каменный круг. Под ним обнаружилась небольшая выемка, закрытая железной крышкой.
Агафья открыла ее и ахнула. Внутри лежал кожаный сверток, а в нем - тонкие листы бумаги, исписанные мелким почерком Прохора, и странный металлический предмет, похожий на компас, но с множеством стрелок и шкал.
- Что это? - спросил Шишка, с любопытством разглядывая находку.
- Думаю, это инструмент для работы с перекрёстком миров, - тихо ответила Агафья. - Прохор называл его "навигатором между мирами".
Она развернула листы бумаги и начала читать. Это были подробные инструкции по проведению ритуала закрытия перекрёстка. Прохор описывал, как настроить "навигатор", как активировать силу мельницы, какие слова произнести. И, как она и предполагала, речь действительно шла о жертве - не физической, а духовной:
"Тот, кто проводит ритуал, должен отказаться от своего прошлого. Воспоминания о другом мире, желания, связанные с ним, надежды на возвращение - все это должно быть отпущено, отдано перекрёстку. Только так можно создать барьер, который не пропустит никого ни в одну из сторон."
Агафья опустилась на пол, осмысливая прочитанное. Если она проведет этот ритуал, то навсегда захлопнет дверь между мирами. И одновременно потеряет все воспоминания о своей прежней жизни, о современном мире, о том, что она когда-то была Варварой из Химок.
- Тяжелый выбор, хозяюшка,- заметил Шишка, который, оказывается, читал инструкцию через ее плечо. - Но, может, так и надо? Чтобы окончательно стать Агафьей Никитичной, нашей мельничихой?
Агафья подняла на него глаза:- Ты знал? Знал, что я... не совсем та, кем кажусь?
Домовой смущенно кивнул:: Конечно, знал. Я же домовой, чую таеое. Как только вы очнулись тогда, сразу понял, что душа у вас другая. Но вы справлялись, мельницу вели как надо, с нечистью ладили... Вот и решил не тревожить.
- И Кузьма Бултыхович знал... - задумчиво произнесла Агафья. - Кто еще?
- Да все и знали, - пожал плечами Шишка.- Нечисть такие вещи чует. Но вы нам нравитесь - лучше, чем прежняя Агафья. Та была суровая, сердитая. А вы добрее, хоть и хваткая по-своему.
Агафья не знала, смеяться ей или плакать. Оказывается, всё это время вокруг нее жили создания, прекрасно осведомленные о ее истинной природе, но принявшие её такой, какая она есть.
- И что мне делать, Шишка? - спросила она. - Я не хочу, чтобы Дрёмин заполучил контроль над перекрестком. Но и терять память о своем прошлом...
- А оно вам так дорого, то прошлое? - неожиданно спросил домовой. - Вспомните: было ли вам там хорошо? Были ли вы там счастливы?
Агафья задумалась. Ее жизнь в XXI веке была... обычной. Работа бухгалтером, которая не приносила особой радости. Одиночество после развода. Взрослая дочь, которая жила своей жизнью, редко звонила и еще реже приезжала в гости. Маленькая квартира в Химках, вечера перед телевизором, редкие походы в магазин или кино...
А здесь, несмотря на тяжелый физический труд и отсутствие привычных удобств, она чувствовала себя... живой. Здесь каждый день был наполнен смыслом, здесь её уважали, здесь она была нужна. И странные существа, которых она раньше считала сказками, оказались самыми преданными друзьями, каких у неё никогда не было в "реальном" мире.
