Я скривился. Она была права, и руководство клуба пошло навстречу графикам, утвержденным в Нью-Йорке еще до моего обмена, но я совсем позабыл о гала-вечере.

— Ты ведь не настроил других планов? — вмешался отец. Эти двое всегда поддерживали друг друга, так что признание в забывчивости автоматически отправило бы меня в их черный список. Их союз был примером для всех нас. И именно того же я хотел для себя в будущем.

— Нет-нет, вовсе нет, — соврал я.

— Прекрасно. Хочешь, чтобы Тейлор подобрала тебе пару? Уверена, она найдет симпатичную брюнетку, которая будет отлично смотреться в золотом.

Раньше я частенько брал в сопровождение подруг сестры, но теперь все было иначе. Настал подходящий момент, и, сделав глубокий вдох, я начал рассказ с самого начала. Спустя двадцать минут, так и не поняв, прошло ли все лучше или хуже, чем я ожидал, я повесил трубку и поднялся наверх.

Делия стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, а Дилан сидела у стойки.

— Где дети? — я подошел к ней со спины и начал разминать ей плечи. Она негромко застонала и буквально растеклась на стуле.

— Как же хорошо... Ты можешь стоять так вечно?

— У него в конце концов руку сведет, — Делия обернулась к нам. — На твою машину точно начнут жаловаться из-за шума. Ты же в курсе?

Дилан снова блаженно промычала. С каждой секундой она расслаблялась все сильнее.

— Ты сама уладишь эти жалобы или мне нанимать адвоката? — я усмехнулся, глядя на Делию.

Она покачала головой и вернулась к плите: — Ну ты и придурок.

— Так где дети? — спросил я снова, целуя Дилан в макушку.

— Лив и Беккет повели своих в парк. Лиам ушел в магазин комиксов, а Кай с моими девчонками собирают позвоночник Бобби, — отозвалась Делия.

Я заглянул в дверной проем столовой: на раскладном столе между детьми были разложены открытые книги и крошечные косточки.

Убедившись, что Дилан окончательно размякла, я склонился к ней и прошептал:

— Послушай, Светлячок. — Ее кудри щекотали мне щеку. — Мне нужна услуга.

— Если поделаешь так еще пять минут, я тебе точно отсосу.

В груди отозвался низкий смешок.

— Я имел в виду другое, но от такого предложения никогда не откажусь.

Она развернулась на стуле, и я убрал руки.

— Если это как-то связано с розыгрышами, которыми вы с Беккетом заразили детей, то я пасую.

— Нет, с розыгрышами я и сам справлюсь. — Лиам мне в этом уже подсобил. Мы заказали несколько пар обуви, точь-в-точь как у Беккета, но на полразмера меньше. Перед нашим отъездом Лиам, Финн и Кай их подменят. Так что все девять дней пути у Беккета будут ныть ноги. — В следующую пятницу мои родители устраивают небольшую вечеринку в Нью-Йорке. Это в поддержку больницы...

— Ты только что назвал бал Миллеров «небольшой вечеринкой»? — Делия резко обернулась, размахивая огромной ложкой, с которой капал томатный соус.

Я стиснул зубы и бросил на нее свирепый взгляд, безмолвно призывая ее заткнуться.

— Мои родители хотят с тобой познакомиться, так что я подумал: не хочешь составить мне компанию?

— Вообще-то, это будет главное светское событие сезона в Нью-Йорке. Ты не с того боку заходишь, — не унималась Делия. Судя по всему, бессловесное общение было не ее коньком.

Я «заходил» именно с того боку, который был важен для меня, а не для нью-йоркских светских львиц и карьеристов.

Метнув в Делию еще один красноречивый взгляд, я посмотрел на Дилан. Черт. Она была бледнее тени.

— Твои родители хотят, чтобы я пришла? — почти прошептала она.

— Конечно. — На самом деле, они просто настаивали. Так что, хоть я и преподносил это как предложение, выбора у нее не было. По крайней мере, с их точки зрения. — И я бы очень хотел, чтобы ты пошла со мной.

Откинув голову, она просто смотрела на меня. Глаза расширены, лицо белое. В голове снова всплыли слова Лиама, сказанные днем. А потом — замечания родителей. Мне было важно, чтобы она доверилась мне. Чтобы знала: я ее поддержу. Она вцепилась в кристалл на шее и принялась возить его по цепочке туда-сюда.

Наконец она кивнула, и я выдохнул — кажется, я все это время не дышал.

— Ладно, я пойду. — Она оперлась ладонями о зеленую столешницу и поднялась. — Пойду прилягу.

Я проводил ее взглядом и повернулся к Делии.

— Поможешь мне сделать так, чтобы ей было комфортно?

Делия качнула головой, и ее хвост мазнул по плечу.

— Проклятье. Я собиралась сказать, что у меня нет времени обставлять твою смерть как несчастный случай, но ты взял и включил этого своего «милого парня».

— Просто скажи, что мне делать. — Потому что если у Дилан хватит смелости дать моей семье шанс, то я уверен: они ее полюбят. А все остальные могут катиться к черту.

Беккет: Почему у меня ноги болят?

Я:С чего ты взял, что я могу это знать?

Беккет: Немногие обладают средствами и возможностями, чтобы подменить всю мою обувь.

Я: Гифка: странный парень пожимает плечами.

Беккет: Гифка: мужчина указывает двумя пальцами на свои глаза, а затем вперед.

Я: Я сейчас умру со смеху. Ты в самолете в пластиковых шлепках.

Беккет: Спи чутко.

Я: Гифка: мужчина истерически смеется и хлопает ладонью по столу.

— Не беги к лопастям! — крикнула я Лиаму, стараясь перекрыть гул мотора.

Он бросил на меня через плечо взгляд в духе «мне не пять лет», но шагу не убавил.

— Тебе понравится, — заверила меня Лив.

В это время Беккет и Лиам грузили сумки в вертолет, стоявший прямо на парковке стадиона Revs.

— Я просто нервничаю.

Я согласилась пойти на этот званый ужин с Кортни, но его не было всю неделю. Вертолет приземлился здесь, Беккет и Лив вышли, и теперь машина готовилась доставить нас с Лиамом в Нью-Йорк. Все это находилось за пределами моей зоны комфорта.

Но Кортни не хотел, чтобы мы четыре часа ехали одни. Он настоял на перелете, чтобы мы могли провести побольше времени в Нью-Йорке с моим отцом. Кортни сам все устроил: договорился, чтобы Лиам провел пятницу и субботу с дедушкой в Бруклине, пока мы будем в центре. Моей единственной задачей на неделю было мерить платья с Делией. И одолжить у нее туфли на каблуках, от которых мои ноги точно взвоют.

— Не бойся. — Лив обняла меня за плечи и притянула к себе. — Ты им понравишься.

Я едва заметно кивнула, хотя ни капли в это не верила. Я не смела даже надеяться, что смогу вписаться в его мир. Если не получится, я буду раздавлена, а я больше не позволяла себе ломаться. Уже очень давно.

Я взглянула на «умные» часы, которые Кортни подарил мне пару недель назад.

— Да, тебе пора, — подтолкнула меня Лив.

Скрепя сердце я побрела к вертолету, а ветер нещадно трепал мои волосы.

Забравшись внутрь, я выслушала указания пилота насчет наушников и ремней безопасности.

— Обалдеть как круто, — раздался в наушниках голос Лиама, когда мы оторвались от земли.

Мне хотелось согласиться, но тяжелый ком тревоги в животе подавлял любой восторг. Кортни замечательный, мне дорога каждая минута с ним, но знакомство с родителями...

Сердце ныло при мысли о том, чем может закончиться эта поездка. Откинувшись на кожаное сиденье, я достала из кармана леденец, надеясь, что это поможет унять тошноту.

Я не привыкла к светским приемам. И сегодняшний вечер виделся мне только так: родители Кортни заявляют, что мне не место в семье Миллер. Они поставят ему ультиматум, и на этом нам конец. Я сжала висевший на шее кварц, стараясь впитать его успокаивающую энергию. Каким бы ни оказался прием у Миллеров, Кортни вел себя с моими друзьями безупречно. Он искренне пытался найти подход к каждому. Так что я сделаю все возможное, чтобы произвести хорошее впечатление, хоть и понятия не имею, как это сделать.