— Я пришла за справкой, доктор, — отрезала я, чувствуя, что разговор сворачивает совсем не в ту сторону.

— Справку вы получите, — кивнул он. — Но прежде ответьте мне на один вопрос. Что вы почувствовали, когда он предложил вам пари?

Я замялась. Что я почувствовала? Гнев? Раздражение? Или... азарт, который заставил меня забыть, зачем я здесь?

Я подалась вперед, впившись взглядом в спокойное лицо врача. Играть в эти игры мне уже порядком надоело.

— Я почувствовала, что передо мной стоит человек, который привык, что все вокруг танцуют под его дудку, — ответила я, чеканя каждое слово. — И мне чертовски захотелось сбить с него эту спесь. Это что, какой-то тест на профпригодность? Если так, то я, кажется, уже провалилась.

Доктор едва заметно улыбнулся, его взгляд стал еще более внимательным.

— Не провалились, Ева. Скорее, наоборот. Максиму... господину Захарову, — поправился он, заметив, как я поморщилась, — очень не хватает людей, которые готовы сказать ему «нет». В его мире «нет» — это всего лишь вопрос суммы, которую нужно предложить, чтобы оно превратилось в «да».

— Значит, я для него очередной «проект»? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает новый виток ярости. — Доктор, у меня своих забот хватает. Мне нужна справка, а не психоанализ человека, который даже не умеет проигрывать с достоинством.

Он вздохнул, взял ручку и начал что-то быстро заполнять в бланке.

— Вы получите свою справку. Но, Ева, будьте осторожны. Если вы решили принять это пари, Максим не отступит, пока не доведет его до конца. Он не привык бросать начатое, особенно если это касается... азартных игр.

Я взяла в руки листок, который он протянул, и, не прощаясь, направилась к выходу. Азартная игра? Ну что ж, посмотрим, кто из нас останется в большем выигрыше. Выходя из кабинета, я уже знала: этот день точно не закончится просто получением бумажки.

Я вылетела из кабинета, чувствуя, как бумажка со справкой жжет ладонь. В приемной было пусто, но стоило мне сделать шаг к выходу, как из тени коридора, словно из ниоткуда, возникон. Он прислонился к стене, лениво листая что-то в телефоне.

— Ну что, «ассистентка»? — он оторвался от экрана, и в его глазах блеснул опасный огонек. — Надеюсь, врач не слишком утомил вас вопросами о моей скромной персоне?

Я замерла, едва не выронив сумку.

— О вашей персоне? Не льстите себе, — я постаралась придать голосу максимально безразличный тон. — Доктор интересовался, почему я до сих пор не выкинула вас из своей жизни. Похоже, здесь работают отличные специалисты.

Он усмехнулся и сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию до критической.

— Спешу огорчить: ваша справка — это еще не конец, — он протянул руку и, прежде чем я успела дернуться, выудил из моей сумки краешек справки, внимательно её изучив. — Так, «годен к работе». Отлично. Моя очередь платить.

— Эй! — я попыталась вырвать бумагу, но он легко поднял её над головой. — Вы нарушаете мое личное пространство! Это уже переходит границы делового этикета.

— А я не предлагал деловой этикет, — он лукаво прищурился. — Я предлагал кофе. Пойдемте, моя машина прямо у входа. И не смотрите на меня так, будто я собираюсь везти вас в лес. Там слишком много колючих кустов, которые испортят вашу прическу.

Я опешила от такой наглости.

— Вы что, следите за моими волосами?

— Я слежу за качеством всего, что меня окружает, — ответил он, подталкивая меня к выходу. — А вы, судя по всему, — лучшее, что мне встречалось в этих унылых стенах за последние полгода.

Мы вышли на улицу. Воздух был прохладным, и я невольно поежилась. Максим — нет, пока еще просто «этот тип» — мгновенно скинул свой пиджак и, не спрашивая разрешения, накинул мне на плечи.

— Даже не думай, — предупредила я, чувствуя на коже тепло ткани, пропитанной его дорогим парфюмом.

— Это не жест рыцарства, — холодно парировал он, открывая дверцу шикарного черного седана. — Просто если вы простудитесь, мне придется искать новую ассистентку, а вы обещали мне целый час работы.

Я закатила глаза, но, признаться, было чертовски приятно.

— А если я сейчас сяду в машину и уеду в другую сторону?

— Тогда я просто найму вас как стилиста, — не моргнув глазом, ответил он. — Плачу втрое больше, чем вы зарабатываете в своем салоне. Пари принимаете?

Салон автомобиля пах кожей, дорогим табаком и той самой «уверенностью», от которой у меня внутри всё переворачивалось. Я устроилась на пассажирском сиденье, скрестив руки на груди, и демонстративно уставилась в окно.

— Ну что, «босс»? — я не удержалась и подчеркнуто издевательски выделила последнее слово. — Куда везем ассистентку? Надеюсь, это не склад с манекенами, где я должна буду расставлять вам приоритеты?

Максим — я решила, что пора бы уже запомнить это имя, хотя бы чтобы знать, кого именно я буду разносить в щепки, — плавно тронулся с места.

— Вы сегодня чертовски колючая, Ева, — сказал он, даже не глядя на меня. — Склад манекенов — это скучно. Я везу вас туда, где лучший кофе в городе, а заодно проверю, насколько хороши ваши навыки «ассистирования» в условиях реального мира.

— Например? — я прищурилась, чувствуя, как азарт берет верх над раздражением.

— Например, мне нужно срочно выбрать галстук к вечернему приему, — он бросил на меня короткий взгляд. — А мой стилист сегодня решил, что у него мигрень. Как думаете, у вас хватит вкуса, чтобы не превратить меня в посмешище?

Я едва не расхохоталась. Этот человек — IT-магнат, владелец жизни, вершитель судеб — сейчас серьезно предлагал мне, парикмахеру, выбирать ему галстук?

— Слушайте, господин Захаров, — я повернулась к нему, опираясь на подлокотник, — вы решили сделать меня своим имиджмейкером? Боюсь, ваш стиль настолько безнадежен, что тут не галстук нужен, а полная смена концепции. Но если настаиваете…

— Настаиваю, — перебил он, и в его голосе прозвучало что-то неожиданно мягкое. — Так что? Пари в силе? Час моей полной покорности в обмен на... скажем, мою честность?

Я на секунду замолчала. Честность? У такого типа? Это было интереснее, чем просто бесплатный кофе.

— Идет, — отрезала я. — Но предупреждаю: если выберете какой-нибудь кислотный цвет, я лично привяжу вас этим галстуком к ближайшему столбу.

Он лишь усмехнулся, нажав на газ. Машина мягко ускорилась, а я поняла, что этот час обещает быть либо самым провальным, либо самым интересным в моей жизни.

Бутик мужской одежды встретил нас прохладой и тишиной, которая моментально сменилась моими быстрыми шагами по ковролину. Максим шел следом, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто наблюдал за дрессировкой дикого зверя.

— Ну, показывайте свои сокровища, стилист, — насмешливо бросил он, кивнув на стеллажи с шелком и кашемиром.

Я даже не обернулась. Мой взгляд сканировал полки, отбрасывая один скучный вариант за другим. В конце концов, я вытянула узкий галстук цвета глубокого графита с едва заметным матовым блеском.

— Это? — он приподнял бровь, разглядывая мой выбор. — Слишком консервативно для человека, который только что пытался привязать меня к столбу.

— Это для того, чтобы ваш статус не перевешивал ваш интеллект, — я подошла к нему вплотную и, не дожидаясь приглашения, начала небрежно, но профессионально поправлять воротник его рубашки.

Вблизи он оказался выше, чем мне казалось в машине. И, черт возьми, от него пахло чем-то настолько свежим и мужским, что мои руки на секунду дрогнули. Он замолчал, глядя на меня сверху вниз, и эта его привычная самоуверенность внезапно сменилась чем-то иным — тихим, почти ощутимым напряжением.

— Вы очень близко, Ева, — прошептал он. — Вы уверены, что хотите продолжать игру?

Я резко затянула узел, так, что он чуть не задохнулся.

— Игра продолжается, пока я не решу, что вам пора переодеваться в клоунский костюм, — отрезала я, отстраняясь. — Галстук сидит идеально. А теперь — моя честность. Спрашивайте, Максим. Пока я добрая.