В общем, завоевав поначалу громадную популярность в стране, Ельцин не смог стать лидером, ведущим страну в будущее, и обрек себя на политический и моральный крах, а Россию — на деградацию и унижение.

Но и в последний период правления Ельцина не подвела его интуиция. Озабоченный больше всего гарантиями личной безопасности, он выбрал своим преемником Владимира Путина.

В отличие от предшествовавших вождей СССР и постсоветской России, стремившихся к высшей власти, Владимир Путин планов политической карьеры не строил. Он со школьных лет мечтал стать советским разведчиком и стал им. Поэтому при назначении его премьером и приемником Ельцина он показался политикам и аналитикам человеком, как бы возникшим ниоткуда.

Историк Рой Медведев в своей книге «Владимир Путин — действующий президент» (М., 2002) приводит высказывания российских политиков и аналитиков по поводу назначения Путина премьером. Мэр Москвы Юрий Лужков назвал это событие «сплошным абсурдом власти», бывший первый вице-премьер Борис Немцов — «актом безумия», лидер коммунистов Геннадий Зюганов — «клиникой». Анатолий Чубайс советовал Путину отказаться от этого назначения. Журнал «Итоги» выражал недоумение по поводу того, что на столь высокий пост назначен блеклый, ничем не запоминающийся человек, напрочь лишенный не то что харизмы, но и малейшего намека на обаяние. Думается, каждый из видных российских политиков считал себя более подходящим на роль главы правительства и государства.

Сам Путин в беседах с тремя российскими журналистами — Наталией Геворкян, Натальей Тимаковой и Андреем Колесниковым (эти беседы составили книгу «От первого лица» — М., 2000) так изложил свою биографию, объясняющую этот фантастический взлет: «На самом деле у меня же очень простая жизнь, она вся как на ладони. Школу окончил, пошел в университет. Университет окончил — в КГБ. КГБ закончил — опять в университет. Из университета — к Собчаку. От Собчака— в Москву, в Управление делами. Потом — в администрацию президента. Отсюда — в ФСБ. Потом назначили премьером. Теперь — и.о. президента. Все!»

Но вряд ли действительно все так просто.

Володя Путин происходил из рабочей семьи, его детство прошло в коммунальной квартире обычного ленинградского дома без лифта и без удобств — без горячей воды, без ванной, с холодным туалетом. Учился он в рядовой школе, не отличался ни блистательными успехами в ученье, ни примерным поведением. («Я на самом деле был шпаной», — признавался Путин.) Для самоутверждения он стал заниматься спортом. При этом избрал самбо, а затем дзюдо.

Еще до окончания школы Путин поинтересовался, что надо сделать, чтобы стать разведчиком. Ему, правда, ответили, что в КГБ не приветствуют «инициативников», но все же сказали, что неплохо бы получить юридическое образование. Путин без какой-либо поддержки со

стороны, выдержав громадный конкурс, поступил на юридический факультет Ленинградского университета.

В университете Путин учился хорошо, но «комсомольским функционером не был», а все время посвящал спорту. Стал мастером спорта и чемпионом Ленинграда по дзюдо. Во время каникул подрабатывал в стройотрядах. Путин сам о себе того времени говорит: «Меня, без всякого преувеличения, можно было считать успешным продуктом патриотического воспитания советского человека». Точнее: продуктом уже периода начавшегося разложения советского строя: Путину нравились игра на гитаре, музыка группы «Битлз» и песни Высоцкого с антисоветским душком.

Незадолго до окончания Путиным университета кадровая служба КГБ сама нашла его, и он «шел на работу в органы с романтическими представлениями». А близким людям, спрашивавшим, чем он занимается, отвечал: «Я специалист по общению с людьми». И правда, общение с людьми у него, кажется, получается неплохо.

В органах Путину пришлось несколько лет заниматься малоинтересной работой. Немецкий общественный деятель Александр Рар в своей книге «Владимир Путин. «Немец» в Кремле» (М., 2001) утверждает, что Путин не мог смириться с ролью человека второго сорта и поэтому заставлял себя делать больше, чем от него требовалось. Репутация карьериста его не смущала — он ждал своего часа. Путина направили на обучение в Краснознаменный институт имени Андропова (ныне это Академия внешней разведки).

Говорят, в числе испытаний, которые должен был пройти в этой школе кандидат в разведчики, был бросок

под идущий танк, так, чтобы остаться невредимым. И не все такие экзамены выдерживали.

По окончании учебы Путина (или, по чекистскому псевдониму, Платова), недавно женившегося, в 1985 году направили на работу в ГДР, в Дрезден.

В Германии Путин вербовал осведомителей, добывал информацию, обрабатывал ее и посылал в Москву. А в СССР уже шла горбачевская «перестройка», и руководителям КГБ стало не до чтения (и тем более не до использования) поступающей из ГДР информации.

В то же время Путин и его жена видели, что уровень жизни в ГДР выше, чем в СССР, а в ФРГ еще выше. Они впитывали ценности образа жизни немцев, приобщались к немецкой и вообще к европейской культуре (Путин говорил, что вторая натура у него немецкая) и видели, что строй ГДР с тотальной слежкой за населением и суровыми репрессиями в отношении инакомыслящих вызывал в народе отвращение.

Путин впоследствии не скрывал, что со временем стал антикоммунистом. Дескать, коммунисты сперва залили Россию кровью, а затем довели экономику страны до краха. Его мечтой стало — вернуть России былое величие. Но избранный Горбачевым вариант «перестройки» казался Путину ошибочным.

После того как Горбачев «сдал» ГДР Западу, там началась расправа с деятелями социалистического режима. Подвергались серьезной опасности и офис советской разведки, и лично Путин. Пришлось срочно сжигать плоды своей работы почти за пять лет. В эти дни Пугину стало ясно, что Союз болен смертельной, неизлечимой болезнью под названием паралич власти. Ему «было только жаль утраченных позиций Советского Союза в Европе... Просто бросили все и ушли».

Позднее у Путина был разговор с Генри Киссинджером, который сказал: «Честно говоря, я до сих пор не понимаю, для чего Горбачев это сделал». Между прочим, Киссинджер спросил, где Путин работал раньше. Услышав, что в разведке, заметил: «Все приличные люди начинали в разведке. Я тоже».

Вернувшемуся в СССР Путину предлагали работать и в Москве, в центральном аппарате КГБ, и в Ленинграде. Но он уже понял, что будущего у этой системы нет, как нет будущего и у страны. «В тот момент все, включая правоохранительные органы, находилось в состоянии разложения». А убивать годы жизни на бесперспективное дело нет смысла. И он ушел «под крышу» Ленинградского университета, заняв должность помощника ректора по международным связям.

Председателем Ленсовета стал профессор университета, видный «демократ», антисоветчик и провокатор Анатолий Собчак, который жаловался, что вокруг него вьется много жулья и совсем нет порядочных людей. Ему порекомендовали Путина. Не исключено, что Путина внедрили в самую сердцевину ленинградской «демократической» тусовки.

Собчак назначил Путина своим помощником, а затем, когда стал мэром — своим заместителем. (Заместителями Собчака были также Владимир Яковлев и Алексей Кудрин, в мэрии работали Дмитрий Козак, Игорь Сечин и некоторые другие из нынешних «питерских».) Он часто оставлял Путина вместо себя, когда уезжал за границу с визитами. Путин и сам побывал в это время во многих странах. Когда он отъезжал в Израиль, мать передала ему его крестильный крестик с просьбой освятить его на Г робе Господнем. Путин выполнил эту просьбу, надел крестик и с тех пор не снимает его.

Во время «путча» «демократы» видели в членах ГКЧП страшных врагов, а Путин считал, что задача у них была благородная — удержание Советского Союза от развала, но их методы только подталкивали к этому развалу. Когда он «увидел путчистов на экране, сразу понял — все, приехали».