Талли взяла пузырёк, рассматривая его с подозрением дикого зверя. Выдернула пробку, принюхалась. Кислый, едкий запах заставил её поморщиться, но она осушила флакон до последней капли. Спустя пару минут в её взгляде появилась ясность. Несмотря на это старый гоблин не стал убирать персональный рунный щит. Девчонка пока не стабильна, поэтому предосторожность лишней не будет.

— Вы не бои-тесь… ме-ня? — спросила она, глядя прямо в жёлтые глаза старика.

Зуг’Гал вместо ответа кивнул на Меноса, который пытался подняться, используя двуручник как костыль.

— Почему ты спасла этого болвана?

Талли перевела взгляд на парня. В её глазах промелькнуло непонятное.

— Долг. Вер-ну-ла, — коротко ответила она.

— Хорошо, — шаман сухо кивнул. — А теперь — уходим.

Он легко поднялся на ноги, не удостоив учеников даже взглядом.

— Учитель, но я… я ещё не могу ходить, — растерянно проговорил Менос. Нога, хоть и не болела, но слушалась плохо, да и голова всё ещё кружилась от магического выгорания.

Зуг’Гал остановился у выхода из зала и обернулся. В полумраке его лицо казалось лишённым всяких эмоций.

— А ты никуда и не идёшь, Менос.

— Был рад знакомству, — захихикал Арах, прихрамывая следом за учителем и помахав Меносу на прощание. — Даже жаль немного…

— Арах, ты тоже никуда не идёшь, нэк, — ледяным тоном осадил молодого гоблина шаман.

Полуухий замер на полушаге, и его физиономия вытянулась, приняв настолько нелепое и перепуганное выражение, что я мгновенно простил старику его недавнюю выходку. Видеть эту растерянную рожу стоило всех пережитых мучений.

Впрочем, злость на учителя быстро сменилась запоздалым осознанием. Старик не собирался меня бросать и не делал окончательный выбор в пользу химеры, несмотря на то что я только что пытался пустить ей кровь. Всё оказалось куда прозаичнее и расчётливее, в истинно гоблинской логике.

— А вы куда, нэк? — выдавил из себя Арах, поглядывая на выход.

— Глаза разуй и посмотри на гномов, — наставник кивнул на гору искорёженного железа, в которое превратились подгорные воины вокруг меня. — Видишь их доспехи? Тяжеленные латы, секиры, громовые трубки… А теперь скажи мне, нэк, где их припасы? Где запасные болты, где бурдюки с водой или хотя бы сумки с сухарями? Они пришли в полной боевой выкладке, но при этом совершенно налегке. Вот такой кривотолк получился.

Арах непонимающе моргнул, переводя взгляд со старика на трупы.

— Думаете, их поселение где-то совсем рядом?

— Нет, — отрезал Зуг’Гал. — Будь поблизости обжитая зона, здесь бы не было такого запустения. Значит, остаётся единственный вариант — временный лагерь. Где-то в соседних залах затаилась вторая часть отряда, которая охраняет провизию и прочее барахло. Шуму мы здесь наделали столько, что мёртвый бы проснулся, но раз за это время никто не явился на подмогу, значит, лагерь не за углом. Но на всякий случай лучше поскорее проверить.

Шаман перехватил посох и выразительно посмотрел на наши раны.

— Раз Менос ранен и едва стоит на ногах, а тебя одного, — он ткнул пальцем в сторону Араха, — посылать на разведку бессмысленно, ты же от собственного эха в обморок упадёшь, то придётся мне заняться этим лично.

Меня оставляли всего лишь, чтобы занялся ранами и восстановил силы после того, как выложился по полной программе, чтобы нашинковать гномий отряд.

Спрашивать, почему гоблин забирает с собой Талли, мы не стали — ответ напрашивался сам собой. Но старик, словно уловив наше общее недоумение, решил внести ясность в свойственном ему ключе.

— Девчонку я беру с собой, чтобы вы тут не перегрызли друг другу глотки, пока меня не будет, нэк.

— Вы же… вы же вернётесь? — в голосе Араха послышалась неподдельная тревога.

— Арах, лучше просто помолчи, — Зуг’Гал скривился, обнажив жёлтые клыки. — Не давай мне повода и вправду задуматься о том, чтобы не возвращаться за вами.

— Да, мастер, — гоблин покорно кивнул и, понурив голову, уселся на камни напротив меня.

— Ты не спеши устраиваться поудобнее, — на губах наставника заиграла зловещая улыбка. — Пока нас не будет, проверь каждого гнома. Тщательно проверь, нэк. Может, выжил какой в этой свалке. Нам бы очень не помешало пообщаться с пленником, прежде чем двигаться дальше.

— Я вас понял, учитель, — глухо отозвался Арах, нащупывая на поясе кинжал.

Гоблин с девчонкой ушли.

В зале воцарилась давящая тишина.

— Того проверь, — я кивнул в сторону валунов, где из каменного капкана всё ещё беспомощно торчали ноги гнома.

Арах смерил меня подозрительным взглядом, словно пытался понять, не пытаюсь ли я его разыграть или заманить в ловушку. Не обнаружив в моём лице ни тени иронии, он коротко кивнул, развернулся и, бесшумно переставляя ноги, направился к скалам. Несколько минут Арах крутился вокруг застрявшего доспеха, выискивая щель в деформированных пластинах. Затем он вдруг неожиданно подался вперёд и почти ласково обнял гнома со спины, плотно прижав ладони к сочленениям шлема. Я не успел даже спросить, что за странные нежности он проявляет к предполагаемому пленнику, когда Полуухий резко отскочил в сторону. Над забралом воина взвилась тонкая струйка белого дыма и тут же бесследно растаяла в воздухе.

— Ну и зачем? — поинтересовался я, когда гоблин вернулся. — Это ведь был яд?

— Да, — не стал он отрицать, убирая пустой флакон в складки одежды. — Бородач наглухо застрял меж камней, нэк. Как мне было понять, жив он там внутри железа или уже испустил дух? А свидетелей нам точно оставлять нельзя. Несмотря на всё запустение, гномы в этих залах присутствуют, и будет крайне скверно, если они узнают, кто именно проредил их ряды.

В этом, пожалуй, Полуухий был прав. За каких-то десять минут он методично проверил вообще всех гномов в зале. Арах не ленился переворачивать щиты и заглядывать под обломки доспехов, даже если речь шла о тех, кого я разрубил надвое.

— Как шаман тебе говорю, нэк, — гоблин назидательно поднял палец вверх, заметив мой скептический взгляд. — Разрубить кого-то пополам — это вовсе не гарантия мгновенной смерти. В девяноста девяти случаях из ста это срабатывает, но если есть время, то лучше перепроверить. Всегда может оказаться, что судьба решила тебе подгадить, подсунув того самого «счастливчика», который выживет вопреки всему и подпортит тебе этим жизнь.

— Как скажешь, — отмахнулся я.

Никто из гномов не пережил встречи с нами. Оставалось надеяться, что старик сможет что-то обнаружить во время разведки.

— Тебя лучше порезать или когтями полоснуть, нэк?

Фраза прозвучала настолько неожиданно, что я не сразу сообразил, что именно сказал Полуухий. Впрочем, рефлексы, вбитые в подсознание бесконечными тренировками, отработали превосходно. Гоблин ещё не успел договорить, а в воздухе перед моей ладонью уже соткалась острая костяная спица, нацеленная прямо в его улыбающуюся рожу.

— Совсем дурак? — Арах нервно сглотнул, замирая на месте и медленно отводя в сторону кинжал, которым он до этого бездумно поигрывал. — Я же для тебя стараюсь, нэк! Убери свою магию. Сам подумай, что будет, если гномы увидят у тебя свежий шрам от арбалетного болта?

— Во-первых, я перед ними штаны снимать не собираюсь, — процедил я, не спеша отзывать костяной шип. — Во-вторых, Арах, нормальные существа сперва говорят, а потом уже, если тебе дадут согласие, лезут к товарищу с ножом.

— Да понял я, понял, — Арах медленно опустил руку и убрал кинжал в ножны.

— Но вообще мысль дельная, — я отозвал костяную спицу. — Нужно будет обязательно сказать учителю, когда вернётся.

— Ты сейчас намекаешь на химеру? — Полуухий прищурился, усаживаясь на край разбитого гранитного валуна.

— Ага, — я поморщился, стараясь найти положение, при котором рана на бедре ныла бы меньше. — Только о ней и думаю. Слишком много на неё завязано, чтобы просто игнорировать её присутствие.

— Кстати, что будем с ней делать, нэк? — Арах подался вперёд, и его глаза блеснули недобрым желтоватым светом.