— А что делать с заложниками? — уточнил Пепел, — Они ведь нам больше не нужны.

— Интересный вопрос, друг мой, — Стар немного призадумался, — нет, не будем их пока ликвидировать. Это всё равно неплохой рычаг влияния. Тем более, насколько мне известно, у нас родители Брода. Нужно кратно увеличить их охрану. Если Загон проболтается, то он придёт за ними. Я хочу получить записи боя, если он состоится. Аналитики должны оценить силу Брода. Вот этим пока и занимайся. Всё, я вас больше не держу.

Лиза покинула кабинет далеко не в самом хорошем настроении. Чëрт! Только у неё всё наладилось, она получила силу и влияние, которых действительно достойна. Виднейшие политики страны у неё буквально с рук едят. Но нет! Не даёт ей жить этот проклятый Бродский! Ну почему он не мог просто взять и сдохнуть там, где он пропадал эти два месяца?

А ведь всё было так хорошо! Лиза наконец-то добилась того, что могла получить абсолютно всё, что пожелает. Благодаря своему новому навыку, она могла не платить в ресторанах и модных бутиках. Деньги у неё, конечно, имелись, но дело тут не в жадности. Лиза наслаждалась каждым моментом, когда брала что-то не принадлежащее ей, она упивалась властью над людьми. Той властью, о которой всегда мечтала, и которую наконец получила.

И вот снова появился Олег и принялся ломать ей планы, портить жизнь! И почему он вдруг оказался настолько силён? А настолько это насколько? Сможет он сражаться с её кланом и победить? Ответа на этот вопрос Лиза не знала, но решила на всякий случай подстелить соломки и сделать некоторые заначки. Если всё будет совсем уж плохо, то она должна вовремя подсуетиться и выйти из положения живой и желательно с прибылью.

Ну а пока она действительно продолжит заниматься тем, чем ей приказали, тем более, ей и самой это надо. А Бродский? Ну а что он? Вряд ли его сил хватит для того, чтобы тягаться с целым иномирным кланом. Так что прав Стар, ничего серьёзного пока не случилось. А дальше будет видно…

— Папа! — воскликнула Юля, как только мы с Загоновым появились в зале.

— Поговорим, Юрий? — я усадил его на стул и ослабил контроль магии пространства, чтобы он смог шевелиться.

— Юля, — он безразлично кивнул дочери, — а у меня есть иные варианты? — это уже адресовалось мне.

— Сам знаешь, что нет, — я пожал плечами, а я Юля остановилась около меня и теперь просто стояла, молча глядя на отца. В её взгляде я не чувствовал узнавания. Как будто она в первый раз видела этого человека. Впрочем, я и сам прекрасно видел, что он какой-то другой. Видимо, хорошо ему по мозгам прошлись.

— Что тебе от меня нужно, Олег? — Юрия тяжело вздохнул, — Я скажу, где держат всех ваших, только действовать тебе придётся быстро. Уверен, Стар уже распорядился их спрятать понадёжнее. А ты только что потратил телепорт на Луркерию, мы ведь в этом мире, правильно я понимаю? Как собираешься вернуться? И как ты смог меня перетащить насильно?

— Много вопросов, Юрий, — я помотал головой, вот вроде адекватно разговаривает, но что-то всё равно не так. — И ты не в том сейчас положении, чтобы их задавать. Хорошо, что ты готов сотрудничать, на, пиши, — я передал ему блокнот и ручку, — всю информацию про моих людей.

Он молча взял канцелярские принадлежности и также молча начал писать, а я в это время погрузился в медитацию, чтобы попытаться почувствовать его ауру. Гул’Карон учил меня, что аура есть абсолютно у любого живого существа. За девять лет я более-менее научился её ощущать, а также со временем смог распознавать различные воздействия на неё. Именно это пытался проделать и сейчас.

Не сразу, но всё-таки нащупал. Саму ауру Загонова я ощущал как что-то эфемерное и холодное, при этом она была как будто укутана в какую-то оболочку. Вот, к примеру, у стоявшей рядом Юли она была тёплой и мягкой. Я так понимаю, это зависит от характера человека. Так что холодная аура — это нормально, а вот оболочка вокруг неё — это явно что-то инородное. Я просто чувствовал, что такого быть не должно.

Попробовал как-то воздействовать на неё магией пространства — ничего не получилось. Вероятно, это надо делать с помощью Воли, но я пока не умел. Никогда не тренировал подобные воздействия. Значит, надо пробовать с помощью голоса, только вот что говорить?

— Юрий, слушай меня внимательно и смотри в глаза, — когда он закончил писать, я вложил немного Воли в голос, чтобы сфокусировать его внимание на себе. Он сразу как-то сжался, но приказ выполнил. — На твоё сознание как-то воздействовали, сейчас ты не похож сам на себя. Мысли, которые приходят тебе в голову, на самом деле не твои, их тебе навязали.

Он смотрел мне в глаза, не моргая, и я начал ощущать пока слабую внутреннюю борьбу за его взглядом. Хорошо, продолжим, надо усилить нажим.

— Ты Юрий Загонов, выдающийся бизнесмен и крайне волевой человек. Разве ты позволишь кому-то влиять на твоё сознание? — не знаю, правильно ли я подбирал слова, нужного опыта у меня не было, поэтому действовал интуитивно. — Рядом с тобой стоит твоя любимая дочь, которую ты предал и смертельно обидел. Враги заставили тебя это сделать! Но разве ты, Юрий, позволишь кому-то встать между тобой и дочкой? Влиять на себя и решать за тебя, что делать и говорить? БОРИСЬ! Скинь оковы! Сопротивляйся влиянию! Я приказываю тебе!

Некоторое время ничего не происходило. Я снова погрузился в медитацию и стал наблюдать за состоянием его ауры. Удивительно, но, похоже, работает! Оболочка начала немного трескаться, поэтому я вложил ещё больше Воли в голос и продолжил мотивационную речь.

— Представь, что будет с Юлей, если ты не вернёшь себе контроль? Кто её защитит, кроме тебя? Ты же не готов бросить единственную дочь на произвол судьбы? СОПРОТИВЛЯЙСЯ, Юрий! Верни себе контроль над собственным сознанием! Только ты сам хозяин своей судьбы! Ты должен разрушить оковы, пока не потерял всё, что строил на протяжении всей жизни! Приди в себя, Загонов!

Он моргнул, и прямо на моих глазах оболочка его ауры начала рушиться. Получилось? Я вернулся в нормальное состояние и сел рядом с Юлей, молча глядя на её отца. Ещё пару минут он молчал, чувствовалось, что он ведёт какую-то внутреннюю борьбу. А потом вдруг Загонов громко зарычал, яростно тряхнул головой и тяжело задышал, уставившись в пол. Просидел так с полминуты, а потом поднял взгляд на Юлю.

— Юленька, дочка! — из его глаз потекли слëзы, — Прости меня! Какой же я идиот! Старый дурак! Чуть было не потерял тебя из-за какой-то девки!

В этот момент я облегчённо выдохнул. Кажется, получилось.

— Папа, это правда ты? — Юля не выдержала и тоже расплакалась. — Ты правда вернулся?

— Вернулся, дочка, — он вытер слëзы и резко повернулся ко мне, — Олег… Я понимаю, что мои слова ничего не изменят, но всё равно хочу попросить прощения. Не буду говорить, что на меня повлияли, и я не виноват. Это не так. Я очень виноват перед тобой.

— Да, Юрий, дел ты наворотил немало, — я не собирался как-то смягчать ситуацию. Не тот он человек, которому это нужно. — Я думал, на тебя можно положиться! А стоило мне только отлучиться на некоторое время, как ты с лёгкостью развалил всё, что мы собирались построить. Ты хоть помнишь, что делал?

— Частично, — ответил он, немного подумав, — в некоторых моментах как будто стёрли воспоминания.

— Да? Интересно… — вроде не врёт, я бы почувствовал. — Что скажешь по поводу своей дружбы с председателем правительства?

— С кем? — он ошарашенно захлопал глазами.

— На, смотри, — я включил на смартфоне ролик, который до этого мне показывала Юля.

— Вот ведь тварь! — выругался он после просмотра.

— Кто? — не ожидал я такой реакции.

— Лиза, кто? — он отчаянно схватился за голову. — Пригрел змею! Всегда ведь знал, что от женщин одни проблемы, но нет, повёлся, как школьник!

— Ну, теперь у тебя будет о чëм поразмышлять на досуге, — я поднялся на ноги, — Не могу сказать, Юрий, что не держу на тебя зла, но понимаю, что ты был под контролем. Так что разбираться в наших с тобой взаимоотношениях будем позже. Поговорите пока с Юлей, а эту штуку я, пожалуй, с собой возьму, — я снял с него ошейник и убрал в инвентарь, — мало ли, может, пригодится ещё… Пойду родных и друзей спасать, пока их не перевезли куда-нибудь. Полосатый, ты со мной? — Васька, сидевший тут же, в уголке, уверенно кивнул и подошёл ко мне. — А ты, Юрий, подумай пока, как будем исправлять твои косяки.