Когда минута молчания закончилась, София повернулась к нему:

— Вы знали моего отца?

— Я знал о нём, — ответил Лука. — Как и все здесь.

Но в его голосе была трещина. Она хотела спросить больше. Но в этот момент к ним подошёл Дон Карло.

— Лука! Ты исчез, как тень. Губернатор ждёт тебя. И… — его взгляд скользнул по Софии, — Не задерживай даму. У неё, вероятно, много дел.

Лука кивнул. Посмотрел на Софию.

— Будьте осторожны в этом городе, — прошептал он. — Он любит красивых женщин… но не прощает любопытных.

Он ушёл. София осталась одна на террасе, сжимая в руке белую розу. Ветер тронул её волосы. Где-то вдалеке зазвонил колокол церкви. И впервые за долгое время она почувствовала не гнев, а смятение. Потому что в глазах этого мужчины она увидела не врага. Она увидела зеркало своей собственной боли.

Палермо. Утро после бала. 08:12

Солнце вставало над крышами Старого города, окрашивая черепицу в золото, будто пыталось смыть ночную грязь. Но Палермо не отпускал тьму так легко. Она пряталась в переулках, в глазах прохожих, в молчании полицейских патрулей.

София сидела за столом в отцовской квартире, перед ней был раскрытый блокнот, фотографии, распечатки. В руке остывший кофе. В голове… его голос: «Он любит красивых женщин… но не прощает любопытных».

Она перечитывала записи отца в третий раз.

Фраза повторялась: «V. контролирует порт. V. знает о перевозках. V… не один».V.»

Валенте? Витале? Висконти?

Она открыла базу данных прокуратуры на ноутбуке и ввела: «Валенте, Палермо, бизнес».

На экране высветилось:

Tenuta della Rosa S.r.l.

Владелец: Luca di Marco

Адрес виноградников: Noto, провинция Сиракуза

Дополнительно: Член попечительского совета Фонда «Дети Сицилии»

Она нахмурилась.

Слишком чисто. Слишком идеально.

Но затем… появилось кое-что еще. Случайность или нет.

В архиве местной газеты Giornale di Sicilia за 2019 год, статья: «Трагедия в Монреале: погиб Маттео Валенте, наследник клана».

И фото. Молодой мужчина похож на Луку. Те же скулы, тот же изгиб бровей.

А ниже цитата из интервью матери:

— «Мой сын Лука теперь должен нести бремя семьи…»

София откинулась на стул. Сердце заколотилось от прочитанных новостей.

Лука Валенте. Не ди Марко. Валенте.

Тот самый клан, против которого боролся её отец.

Тот самый клан, чьё имя значилось в его последнем досье.

Она сжала кулаки.

Он лгал ей с первой минуты.

Но почему тогда в его глазах была боль, а не холод?

В это же утро, в палаццо Валенте, Лука стоял у окна своего кабинета, держа в руках фотографию Софии, распечатанную из базы прокуратуры Рима. Её официальное фото: строгое, без улыбки, но с огнём в глазах.

— Она приехала не просто так, — сказал он вслух, хотя был один. — Она приехала за мной.

Он знал, что рано или поздно правда всплывёт. Но не думал, что так быстро.

Его телефон зазвонил. Номер был зашифрован.

— Don Luca? — голос старого адвоката отца Софии, Фабрицио Ринальди. — Я получил твоё сообщение. Но ты понимаешь, что если меня поймают… — начал мужчина, но Лука не дал ему закончить.

— Никто не узнает. Я просто хочу знать, кто приказал убить судью Марини?

Последовала долгая пауза.

— Не Валенте. По крайней мере не старший совет. Это был… одиночный акт. Кто-то хотел остановить реформы. Кто-то, кто боится света.

— Кто? — ему нужно было имя. Нужно, как никогда.

— Имя я не назову. Но подумай: кто выиграл больше всех от смерти Марини? Кто теперь контролирует портовые контракты?

Лука закрыл глаза и имя сразу пришло на ум.

Дон Карло. Его дядя. Тот, кто всегда говорил: «Закон — для слабых. Сила — для нас».

— Спасибо, Фабрицио.

— Берегись, Лука. Она не просто прокурор. Она дочь того, кого убили. А такие женщины… либо ломаются, либо ломают всё вокруг.

Лука положил трубку и впервые за долгое время почувствовал страх не за себя, а за неё.

В полдень они встретились снова, случайно, как будто судьба насмехалась над их ложью.

Она сидела в маленьком кафе у моря, в Монделло, с блокнотом и чашкой эспрессо.

Он — проезжал мимо на чёрном Alfa Romeo, но остановился, увидев её.

Лука подошёл. Просто не смог проехать мимо.

На этот раз был без смокинга. В льняной рубашке, с закатанными рукавами. Выглядел… человечнее.

— Ты следишь за мной? — спросила она, не вставая и поднимая на него взгляд.

— Я просто пью кофе. Как и ты, — улыбнулся он.

— Ты не Лука ди Марко. Ты Лука Валенте, — он не стал отрицать. Просто сел напротив, не спуская взгляда с девушки.

— А ты не просто «девушка с бала». Ты София Марини. Дочь судьи, который пытался разрушить мой клан.

— Ты убил его? — смело спросила Софи.

— Нет.

— Ты лгал мне с самого начала, — сказала она, подразумевая, что он может лгать и сейчас.

— А ты? Ты сказала, что приехала за вещами отца. Но ты ищешь убийцу. Ты приехала за кровью, — она не ответила. Потому что он был прав.

— Почему ты не арестовала меня вчера? — спросил он.

— Потому что… я не уверена, что ты враг.

Он посмотрел на море. Волны накатывали на берег, как приливы совести.

— Я не твой враг, София. Но я и не твой союзник. Я… человек, запертый между двумя мирами. Один убивает. Другой судит. А я… я просто хочу выжить. И, может быть, сохранить что-то чистое.

Она впервые услышала его без маски. И впервые поверила.

— Почему ты подарил мне розу, — спросила она тихо.

— Потому что ты напомнила мне, что я ещё могу чувствовать.

Они сидели молча. Их окружал шум волн, крики чаек, жизнь, которая не знала их тайн.

Но в этот момент, в тени аркады напротив кафе, молодой человек в униформе дворника делал фото на телефон. Его звали Марко. Он работал на Дона Карло.

Вечером София вернулась домой. На пороге ее ожидал новый горшок с белой розой. Никакой записки. Только цветок.

Она знала: это он.

А в палаццо Валенте Лука сжигал файл с её личными данными.

— Пусть думает, что я враг, — прошептал он. — Лучше, чем знать, что я… влюбляюсь.

Но ложь уже трещала по швам. И скоро одному из них придётся выбрать: правда или любовь.

Ното. Провинция Сиракуза. Два дня спустя.

Дорога из Палермо в Ното петляла между холмами, как старая сицилийская песня, то взмывая ввысь, то ныряя в тень оливковых рощ. София ехала одна, за рулём арендованного Fiat 500, с ветром в волосах и сердцем, бьющимся между страхом и надеждой. Лука пригласил её накануне вечером, позвонив на защищённую линию, ту, что она сама не знала, откуда у него.

— Приезжай завтра. В полдень. Я встречу у ворот виноградников. Я покажу тебе, кто я на самом деле.

Она не должна была соглашаться. Прокурор не ездит к подозреваемому в уединённое поместье. Но… она поехала. Потому что в его голосе не было угрозы. Было лишь приглашение.

Ворота «Tenuta della Rosa» были открыты. На столбах выкованный герб: роза с лозой винограда вместо стебля. За ними бескрайние ряды лоз, уходящие к горизонту, где солнце сливалось с землёй в золотистую дымку.

Лука ждал у старого каменного амбара. Без пиджака. В простых брюках и рубашке, заправленной небрежно. На руках виднелись следы земли. Он только что обрезал лозы.

— Ты приехала, — сказал он, не скрывая облегчения.

— Я не верю в совпадения. Но верю в доказательства. Покажи мне свои.

Он кивнул. Повёл её по тропинке между рядами Неро д'Аволы.

— Этот виноград мой дед посадил в 1952 году. После войны. Он говорил, что если человек может вырастить вино, то он ещё не потерян. — Софи шла рядом, молча, слушая мужчину. Воздух пах землёй, солнцем и чем-то древним… терпением. — После смерти брата я хотел всё продать, — продолжал он. — Уехать. В Аргентину. Где никто не знает имени Валенте. Но отец сказал, что если ты уйдёшь, то клан поглотит тебя целиком. Останься и попробуй изменить его изнутри.